Что означает «мир праху его»?

Гершензон Здравствуйте. Объясните, пожалуйста, что означает «мир праху его», когда говорят о Моше рабейну? Спасибо. Дмитрий Отвечает рав Зеев Гершензон Здравствуйте, уважаемый Дмитрий,Благодарим Вас за интересный вопрос. Действительно, принято, упомянув имя, скажем, одного из праотцов еврейского народа, добавлять алав а-шалом. На русский язык переводят обычно как «мир с ним» или «мир праху его». Давайте попробуем разобраться, зачем добавляют эти слова и что они означают.Вавилонский Талмуд[1] рассказывает о похожем обычае — при упоминании имени праведного человека добавлять зэхэр цадик ли-враха, что на русский язык переводят как «благословенна память праведника». Источник этой фразы — в книге Мишлей[2], написанной царем Шломо. Этот обычай сохранился до сегодняшнего дня, так говорят, упомянув имя умершего праведника.Комментатор Маарша объясняет, почему вообще следует добавлять эти слова, приводя цитату из РаМБаМа о том, что речь человека делится на пять видов[3]:предписанная речь (например, изучение Торы, благословения);запрещённая речь (например, ложное свидетельство, злословие);«презренная» речь (например, пустые разговоры, не приносящие никакой пользы);речь, «вызывающая приязнь» (рассказы и песни, восхваляющие поступки праведников);разрешённые слова (необходимые для нужд человека, например, для работы).Маарша относит «благословенна память праведника» к словам, «вызывающим приязнь», и человеку следует стараться произносить их. Ведь с их помощью мы прославляем праведных людей и праведность как таковую. Чтобы тем, кто это слышит, тоже хотелось идти праведными путями и следовать их примеру.Это же можно сказать о словах «мир с ним» (алав а-шалом), или, как Вы пишете, «мир праху его». Одно из имён Всевышнего — Шалом. Это слово означает также «мир» и «совершенство». Когда мы говорим о праведном человеке, что с ним — мир, Шалом, мы подразумеваем, что он находится на высокой ступени духовного совершенства. И покоится в мире, будучи навечно связан со Всевышним. Разумеется, это прославление такого человека, его поступков.Возникает естественный вопрос: всегда, когда в наших книгах говорится о Моше-рабейну (и праотцах), используются слова алав а-шалом, но никогда не встречаются слова зэхэр цадик ли-враха («благословенна память праведника»). Почему?Это можно объяснить на основании мнения наших мудрецов[4], что уровень «праведника» (цадик) — не максимально достижимый духовный уровень. Рабби Моше-Хаим Луцатто в книге Месилат Йешарим говорит: всё сказанное в книге выше — это то, что необходимо человеку, чтобы достичь духовного уровня праведника, а более высокий уровень — это уровень благочестивого (хасида). Комментаторы[5] поясняют, что цадик — это человек, который выполняет все заповеди, возложенные на него, согласно букве Закона. А хасид —это тот, кто выполняет волю Творца даже тогда, когда это больше, чем требует Закон.Теперь можно понять, почему о праотцах (и Моше-рабейну), которые достигли величайших высот совершенства, не говорят зэхэр цадик ли-враха: этого просто недостаточно для того, чтобы дать представление об их духовном уровне.С уважением и наилучшими пожеланиями, Зеев Гершензон[1] Трактат Йома, лист 38 б.[2] Именно так звучит часть отрывка из Мишлей, 10:7.[3] Комментарий на мишну в Пиркей Авот .[4] См., например, книгу Месилат Йешарим, начало 13-й главы, и др.[5] Комментарий Симхат-Мордехай.