Десятое Тевета

Десятое Тевета

Наши учителя пишут, что общественные посты были установлены не для того, чтобы отдать дань памяти трагическим событиям, происшедших в истории нашего народа, а ради того, чтобы побудить нас отказаться от прегрешений, которые когда-то привели к этим событиям, извлечь уроки из прошлого и избрать путь добра, приближающий нас к Творцу («Яд а-Хазака», «Илхот Тааниёт» 5:1; «Хатам Софер», «Орах Хаим» п. 208). В Писании рассказывается о том, что Всевышний через пророка Йону призвал жителей города Нинве срочно вернуться на путь истинный, ибо в противном случае весь город будет перевернут. Жители Нинве вняли словам пророка и, облачившись в мешковину, каялись и постились. В результате Творец принял их раскаяния. Об этом сказано: «И увидел Б-г их деяния» (Йона 3:10). Из того, что не сказано: «И увидел Б-г их мешковину и их пост», а сказано: «И увидел Б-г их деяния», мудрецы заключают, что цель поста – это не формальное выражение скорби, но глубинное переосмысление и активные действия, направленные на исправление жизненного пути («Таанит» 15а).

Такова в частности задача и поста Десятого Тевета, одного из четырех общественных постов, о которых говорил пророк (Захарья 8:19): «Так сказал Г-сподь Воинств: пост четвертого (месяца, т.е. пост Семнадцатого Тамуза), и пост пятого (месяца, т.е. пост Девятого Ава) и пост седьмого (месяца, т.е. Цом Гедалья, установленный на следующий после Рош а-Шана день) и пост десятого (дня и месяца, т.е. пост Десятого Тевета)» («Рош а-Шана» 18б). В этот день мы с особенной серьезностью должны пересмотреть свои поступки, задуматься о том, как можем стать еще лучше и цельней и тем самым превратить день начала великих бед и трагедий в день начала великого избавления от зла и изгнания («Мишна Брура» 549:1).

Десятого Тевета 3338 года от сотворения мира вавилонский царь Навуходоносор начал осаду на Иерусалим, вынашивая планы по его захвату и уничтожению («Мегилат Таанит»). Десятое Тевета никогда не выпадает на субботу, но если бы оно выпадало на субботу, то, согласно некоторым мнениям, пост не стали бы переносить на будний день, как это происходит в случае с другими постами, упомянутыми пророком. Намек на эту особенность поста Десятого Тевета, содержится в другом месте из книги Пророков: «…именно в этот день…» (Йехезкель 24:2), из чего мы учим, что его невозможно перенести на другой день («Минхат Хинух» заповедь 301; рав Хаим Соловейчик, стенсел, «Рош а-Шана» п. 44). Это единственный из четырех постов, о которых говорил пророк, в отношении которого была названа конкретная дата. Ведь другие посты названы по порядковым номерам месяцев, без упоминания дат.

Суть принципиального отличия поста Десятого Тевета от других постов, по мнению наших учителей («Яарот Дваш» ч. 1, друш 2 п. 534 и ч. 2, друш 12; «Торат Моше» ч. 2, «Ваикра», «Друш ле-Шива бе-Адар»; «Бней Иссахар», «Кислев-Тевет» п. 14), заключается в том, что блокада, в которую был взят Иерусалим в этот день, по сути, явилась началом разрушения первого Храма, гибели сотен тысяч людей и семидесятилетнего вавилонского изгнания нашего народа. А начало всегда играет особо важную роль, как мы это видим в Талмуде (см., например, «Таанит» 29а).

Вывод об особом значении поста Десятого Тевета мы можем выучить также из слов Мидраша («Танхума», «Тазрия» гл. 9) о том, что еврейский народ должен был уйти в изгнание Десятого Тевета, но Всевышний по великому милосердию Своему срок изгнания, назначенный на период холодов и дождей, перенес на сухое и теплое время года.

Мудрецы («Шабат» 119б) говорят о том, что разрушение Храма стало возможным только, когда его жители начали нарушать законы субботы. Наши учителя («Хатам Софер», «Друш ле-Ходэш Тевет») пишут, что это еще одна причина, почему мы должны были бы поститься в субботу, если бы Десятого Тевета пришлось на субботу – чтобы искупить нарушения субботы, позволившие Навуходоносору захватить Иерусалим.