Глава Ваикра

Бедняк не может быть по-настоящему скромным, потому что его положение изначально ограничивает чувства. Богатый, здоровый и скромный — вот он, еврейский идеал. Рассмотрим начало третьей книги Торы с некоторыми комментариями мудрецов последних столетий. Сначала приведём первый отрывок книги с объяснениями Раши [1] .

«И воззвал (всем речениям, высказываниям и приказам предшествовало “воззвание ( крия קריאה )” — обращение любви ( лашон хиба לשון חבה ), которым пользуются ангелы Служения, как сказано (Йешаяу, 6): “ И взывал этот к этому ”, а пророкам народов-идолопоклонников открывался с обращением непостоянства и нечистоты ( арай ве-тума עראי וטומאה ), как сказано (Бамидбар, 23): “ И случился Вс-сильный Биламу ”) к Моше (голос идёт и доходит до ушей его, а все [сыны] Израиля не слышат) , и говорил Б-г ему из Шатра Собрания (учит, что Голос прерывался и не выходил из Шатра ), сказав (иди, скажи им слова воспитывающие (“ диврей квушим ”, [ דברי כבושים ] т.е., букв.: “захватывающие”, “поражающие”): ради вас Он говорит со мной! И так мы и находим, что все 38 лет, пока были [сыны] Израиля в пустыне как отверженные — от разведчиков и далее — не уединялось Речение [Вс-вышнего] с Моше, как сказано (Дварим, 2): “ И было, когда закончили умирать все люди войска, то говорил Б-г мне, сказав ”, — ко мне было [обращено] Речение. Другое объяснение: иди и скажи им Слова Мои, и ответь мне, примут ли они их [2] , как сказано (Шмот, 19): “ И передал Моше слова народа и т.д .”) : “Говори сынам Израиля, и скажи им: человек (зачем сказано: “человек ( адам אדם )”? Что известно про первого человека?

Что он не приносил жертв из ворованного, ибо всё в мире принадлежало ему, так и вы — не приносите из ворованного) когда принесёт из вас жертву для Б-га, из животных — из крупного и из мелкого скота приносите жертвы ваши”» . Раби Яаков бен Ашер (« Баал hа-Турим ») в своём первом комментарии к третьей Книге объясняет размер буквы «алеф» из слова « и воззвал ( ва-йикра ויקרא )»: «Буква “алеф” в слове “ И воззвал ” — маленькая (заметно меньше остальных букв Свитка Торы), поскольку Моше не хотел писать ничего кроме “ и случился ” (“ ва-якер ”, [ ויקר ] т.е.

без буквы “алеф”) — слово, употреблённое в описании пророчества Билама, как будто и Моше показался Б-г только по случаю ( ба-микрэ במקרה ). И сказал ему Святой, благословен Он, написать “алеф”. И он написал, но маленький (из скромности — чтобы сохранить намёк на случайность обращения Творца)». Раби Шломо-Эфраим (« Кли Якар ») поясняет, что, хотя в Талмуде (трактат Брахот, лист 7) пророчества Моше и Билама действительно сравниваются (« не восстал более пророк в Израиле, подобный Моше »

(Дварим 34): в Израиле не восстал, а среди народов мира — восстал»), конечно же, речь не о прямом, не дай Б-г, сравнении уровней Господина пророков и Билама-злодея. Единственное, что связывает этих двух (столь непохожих) людей — то, что оба они получали гораздо больше откровений, чем были готовы получить (все откровения, даруемые Творцом, требуют подготовки, и обычно пророчество даётся согласно уровню готовности; Моше же получал гораздо больше, чем мог получить человек — любой, даже такой великий и прекрасно подготовившийся к пророчеству — так же, как и Билам, чьё пророчество, хоть и было по уровню несравнимым с любым другим настоящим пророком (не говоря про Моше), который получал гораздо больше того, к чему был готов, ибо по его праведности (т.е., отсутствию таковой) пророчество ему вообще не полагалось). Раби Хаим-Йосеф-Давид Азулай ( Хида ) в книге « Пней Давид » цитирует отрывок Зоhара (гл.

Хаей Сара), где рассказывается, что р. Шимон бар Йохай услышал в «высшем Доме Учения» ( метивта ди-леэла מתיבתא דלעילא ): «малый — велик, а великий — мал», т.е., величие в этом мире редко соответствует величию в мире лучшем и истинном (если только речь не идёт о славе мудрецов и праведников, которая сохраняется везде). После этого Раби Хаим-Йосеф-Давид выводит из маленького «алефа»

следующее несложное правило: «Эта буква — первая в алфавите, она — основа всего строения. Именно она — меньше остальных. Это намёк на то, что считающий себя основой и началом (подобным “алефу” — началу всех букв), он мал, и лишь тот, кто уменьшает себя — велик». Раби Авраам-Шмуэль-Биньямин Софер (« Ктав Софер ») развивает эту тему, приводя отрывок из Мидраша (Мидраш Раба в начале нашей главы), где сказано, что у Моше было 10 имён (упомянутых в разных книгах Танаха), но Вс-вышний сказал, что «из всех имён, которыми тебя называли, Я буду называть тебя только тем, которое дала дочка фараона!»

(поэтому сказано «и воззвал к Моше», т.е., называл его именно этим именем). «Почему же именно это имя выбрал Творец?», — спрашивает р. Софер. «Чтобы объяснить, почему Святой, благословен Он, выбрал именно то имя, которым назвала будущего Господина пророков дочь фараона (а не, например, данное при рождении — мама назвала ребёнка именем Тов, как указано в Талмуде, трактат Сота), надо исследовать известный отрывок Талмуда (трактат Недарим, лист 38).

Там сказано: “Святой, благословен Он, опускает Присутствие своё ( машрэ Шхинато משרה שכינתו ) только на могучего ( гибор גיבור ), мудрого ( хахам חכם ), богатого ( ашир עשיר ) и скромного ( анав עניו ), и всё это [было] у Моше”. С первого взгляда — удивительно: какое преимущество есть с точки зрения Святого, благословен Он, в богатстве человека? Разве не одинаковы перед Ним богатый и бедный? То же следует спросить и о преимуществе физической силы.

Раби Шмуэль-Элиэзер Эдлис ( Маhарша ) объясняет это место Талмуда так: главное достоинство человека в глазах Творца, конечно, скромность, как сказали мудрецы: “Велика приниженность духа перед Святым, благословен Он, больше, чем все жертвоприношения, как сказано (Теhилим, 51): “ Жертвы для Б-га — дух сломленный, сердце сломленное и несчастное ”, и написано (Йешаяу, 57): “ Я пребуду с несчастным, с низким духом ”. И в Моше, учителе нашем, Писание прославялет именно скромность, и благодаря этому качеству он удостоился уровня пророчества большего, чем у всех пророков, ведь именно этого желает Творец, “ и мерзость для Б-га — всякий заносящийся сердцем ” (Мишлей, 17). Однако, если некто очень беден, то тогда он по природе своей смирен, ибо откуда у него гордость? И уже сказали мудрецы, что “бедняк-гордец” — это одна из вещей, которые “не терпит разум” (трактат Псахим, 113: “Четверых не терпит разум: гордеца-бедняка, богача прибедняющегося, старика развратничающего и руководителя, который попусту возносится над общиной”).

Так же — тот, что физически немощен — тоже смирен и скромен, но это не целостная скромность, происходящая от победы над Злым Побуждением. И только имеющий и богатство, и коронованный мудростью, и физически сильный — т.е., тот, кому есть, чем гордиться и возноситься сердцем перед людьми (ведь у них нет подобных преимущств), а он, несмотря на всё это, смирен и скромен, низок духом, — тот обладает истинным качеством скромности, которое избирает Святой, благословен Он, чтобы опустить на обладателя такой скромности Присутствие Своё. И поэтому сказали мудрецы, что Святой, благословен Он, опускает Присутствие своё только на могучего, мудрого, богатого и скромного (т.е., скромного, несмотря на всё, что ему дано). С помощью этого объяснения мы сможем понять слова Равы (одного из величайших Амораим, составителей Гемары среднего поколения) в третьей главе трактата Моэд Катан: “Три вещи просил я у Небес.

Две дали мне, а одну не дали. Просил богатство р. Хисды и мудрость р. Уны, и дали их мне.

Просил скромности Рабы, сына рав Уны, и не дали мне”. Казалось бы, как мог Рава желать богатства и просить о нём Вс-вышнего? Почему не попросил сначала скромности — главного, чего желает Творец, прежде, чем просить о богатстве — вещи суетной и пустой ( hевель ва-рик הבל וריק )? И почему две первых просьбы были исполнены, а третья, важнейшая, не была исполнена?

В связи же со сказанным выше ясно: Рава хотел обрести качество скромности во всей его полноте, а для этого просил богатства и мудрости, чтобы, несмотря на них, быть скромным, как Раба, сын р. Уны. И конечно же, эта просьба о скромности тоже была удовлетворена Творцом. Просто тот, кто в действительности скромен, всегда считает, что скромен недостаточно, и в собственных глазах представляется излишне гордящимся.

Поэтому Рава сказал, что его просьба о скромности не исполнена… Так же можно объяснить и Мидраш, где говорится о самом лучшем имени Господина пророков, которым его называл Создатель. Ведь именно имя Моше было широко известно, оно использовалось и когда будущий величайший пророк жил во дворце фараона, в роскоши и достатке, и когда он вёл переговоры с фараоном во времена Исхода. Именно под этим именем Моше обрёл всё своё величие.

И всё-таки оставался скромнейшим человеком. Поэтому Творец избрал именно это имя из всех остальных, ведь в нём — указание на истинное, полноценное качество скромности Господина пророков”. [1] Комментарии Раши к началу третьей книги Торы очень обширны, и тут приводится только их небольшая часть. [2] Поскольку речь — о законах жертвоприношений, то есть, о немалых тратах, Вс-вышний приказывает Моше обратиться к народу с вопросом, а не требованием.

Из «Книги для изучения Торы»