Хотелось бы понять природу Машиаха. Он будет человекобогом?

Здравствуйте! Хотелось бы понять природу Машиаха. Будет ли он каким-либо образом человекобогом? Или обладать каким-то особым духом?

Какой был, например, у Моше Рабейну, ставшего избавителем от египетского рабства? Будет ли он всесильным? Каким образом мы обретем в нем спасение, когда он действительно придет? N.

Отвечает рав Меир Мучник Здравствуйте, N.! Затронутую Вами тему важно прояснить. Ибо за последние 2000 лет большая часть мира настолько привыкла к идее Машиаха в интерпретации христиан, что люди автоматически предполагают, что Машиах таков и в еврейской Традиции. И что евреи отказываются признать Машиахом Христа только потому, что он по факту не принес избавления.

А мог ли он в принципе его принести? Был ли он человеком того типа, каким должен быть Машиах? Соответствуют ли описания его «деяний» в «новом завете»

тому, что мы ожидаем от Машиаха? Важный на самом деле вопрос. Что мы ждем от Машиаха? Спасения?

Да, но какого? «Кто уверует в него, тот будет спасен?» На том свете, разумеется. Нет, Машиах, которого ждем мы, не будет Б-гом ни капельки.

Поэтому дело совсем не в вере в него. И не в спасении на том свете. А в спасении на этом. Действительно, Моше, который нас вывел из египетского изгнания, был каким-либо образом Б-гом?

Никоим образом и никак. Он был человеком, смертным (рожденным у смертных мужчины и женщины самым обыкновенным образом), которого истинный Единый Б-г выбрал для этой миссии. Причем, будучи человеком, Моше, хотя и великий праведник, иногда допускал оплошности или впадал в отчаяние! Например, после того, как первая попытка избавить евреев от рабства привела, наоборот, к ужесточению угнетения (Шмот 5:6).

И уж точно не был всесильным. Так, он умер, не осуществив заветную мечту войти в Землю Израиля. Потому что Всесильный Б-г не дал. А Моше был лишь Его верным смертным слугой.

Моше жил раньше нас, поэтому мы уже знаем, кем он был, и рассказываем о его деяниях, чтобы извлечь уроки как из его праведности, так и из его ошибок: если даже Моше их совершал и даже у него была возможность роста, повышения своего уровня, что же говорить о нас... Но не затем, чтобы создать его культ и обрести в нем какое-то «спасение». Машиах еще в будущем, и мы не знаем, кем он будет. Поэтому по определению не можем рассказывать о его деяниях, чтобы извлечь какие-либо уроки.

И, если обратить внимание на наши разговоры о Машиахе, можно обнаружить: они ведутся не столько о самом Машиахе, сколько о временах Машиаха. Нас интересует не кто и как именно нас выведет из изгнания, а каким тогда станет мир и наша жизнь. «Когда придет Машиах, будет так-то». Или «пусть поскорее придет Машиах, и избавимся от такой-то проблемы».

В этом духе ведется обсуждение, в том числе и здесь. И для этого достаточно знать, что Машиах будет помазанником Б-га и каким-то образом исправит ситуацию. Но не следует и не имеет смысла делать из него самого святого и создавать его культ. Он не будет человекобогом, да и вообще, вполне возможно, не будет таким уж «святым»

в общепринятом понимании слова. Ведь он будет потомком царя Давида и сделает то, что пытался сделать тот. А сам царь Давид каким был? Читая описание его жизни в Пророках (книга Шмуэля), легко обратить внимание, что у него были ярые оппоненты, причем из потомков Йосефа и Биньямина — праведников и интеллигентов.

Так, Шими бен-Гера, потомок Биньямина, нанес царю Давиду «тяжкое оскорбление» (клала нимрэцет). Говорят мудрецы: в слове нимрэцет (корень: мэм-рэйш-цади) содержится информация о том, какие слова произнес Шими: ноэф — «развратник», мамзер — «незаконнорожденный», роцеах — «убийца». Как он посмел говорить такое помазаннику Б-га?!

Потом Йаровам, потомок Йосефа, расколол царство и увел десять колен, а когда Б-г предложил ему раскаяться в идолопоклонстве и обещал, что тогда «Я, Давид и ты будем вместе гулять по Эденскому саду», тот спросил: — А кто впереди? — Давид. — Тогда не желаю! Почему??

Хотя теперь Давид для нас бесспорный праведник, в глазах тех современников он вовсе не был святым и интеллигентом. Потому что действительно обладал иным типом характера, был воином, много убивал в боях и, на своем уровне, не всегда воздерживался от греха. А праведность его выражалась не в том, что не грешил, а в том, что, согрешив, умел признать неправоту и искренне раскаяться. И был он таким именно потому, что он царь.

А власть обычно крутая, и интеллигенция ее обычно не любит. А власти приходится такой быть, потому что такой здесь мир. Поэтому коту Леопольду не место во власти, заедят мыши, а если каким-то образом попал туда, то нужен «озверин». И колено Йеуды, к которому принадлежит Давид, оно в целом такое: не интеллигенты, а воины.

Поэтому Машиах нас интересует не как святой и объект культа, а как царь, который добьется конкретных целей: положит конец нашему изгнанию, избавит от врагов, объединит. И такие цели частенько достигаются вовсе не интеллигентскими методами… Поэтому, например, раби Акива[i] думал, что Машиахом мог быть Бар-Кохба, поднявший восстание против римлян — опять же, не святой мудрец, как сам раби Акива, а воин и лидер. (В отличие от других исторических этапов, когда некоторые группы принимали за Машиаха именно людей другого типа: раввинов и ученых.

В свете сказанного: на самом деле такого рода праведность и ученость — вовсе «не повод» считать, что человек может быть Машиахом!) Так что не о самом Машиахе мечта, как бы к нему прилепиться и обрести в нем спасение, а об эпохе, которую его приход ознаменует, о том, как освободимся от гнета и «прилепимся» к Б-гу. Нет, мы не говорим, что Машиах непременно будет обладать тяжелым характером или быть «на озверине».

А только — что его культ как святого и чуть ли не «бога» вовсе не стыкуется с той ролью, которую он должен сыграть, согласно нашей Традиции. И что в образ, который создали христиане, — с его «кротостью» и т.

п., тоже явно не вписывается. Не таким он в принципе должен быть. А также — не «спасать» нас и не заниматься всем, что делает человек, описанный в «новом завете»: ходить и исцелять, и воскрешать.

Странная вообще ситуация получается: именно в тот момент вся страна превратилась в какой-то госпиталь, полный больных и покойников, а он ходит и всех исцеляет и воскрешает, воскрешает и исцеляет, и в этом всё дело. (Вот повезло им, что заболели или умерли именно тогда, иначе не выздоровели бы и не воскресли). Нет, не в этом роль раввина, и не в этом роль царя. И вообще наш мир — слава Б-гу, обычно не больница.

Вот в регионы, где военные конфликты, ему стоило направиться, там исцелять и воскрешать, очень было бы кстати. Но там, где жизнь «нормальная», главным образом не это нужно. Как подчеркивает Рамбам[ii], говоря о Машиахе, наша основная цель — все-таки не ждать его, а жить здесь и сейчас и совершенствовать мир. Поэтому главное — что делать нам?

Действовать. А не то что кто-то должен нас спасти, а мы — всего лишь в него верить и почитать. В этом плане мы действительно «кузнецы своего счастья». Б-г — Начальник, Который дал нам инструменты и даст «зарплату», но мы должны «заработать», «выковать».

Да, мы почитаем раввинов, но не как посредников между нами и Б-гом или «спасителей», а как учителей, которые могут научить нас правильным действиям. И подать пример собственными действиями. Кто-то кого-то чудом исцелил или воскресил — это мне не помогает, я так не сумею. А вот великий раввин кому-то помог, позаботился, приютил — и я так должен и могу к этому стремиться.

Поэтому такие в основном истории у нас рассказывают о раввинах. Продолжим у них учиться, жить и совершенствовать мир здесь и сейчас, а также надеяться, что Машиах, смертный царь, посланник Б-га, избавит нас по Его воле от нынешнего изгнания. С уважением, Меир Мучник [i] Раби Акива бен-Йосеф (3775-10 тишрея 3896 / 15-135 , Эрец-Исраэль) — один из величайших мудрецов Израиля всех времен. [ii] Раби Моше бар-Маймон, Маймонид (4895-4965/1135-1204, Испания — Египет) — величайший еврейский мыслитель и законоучитель.