«ХУКАТ» («ЗАКОН»)

Из книги рава Ицхака Зильбера «Беседы о Торе» Недельная глава «Хукат» («Закон») начинается с одного из законов очищения от ритуальной нечистоты — закона о красной корове. Глава рассказывает о странствовании евреев в последний, сороковой год их пребывания в пустыне.

Много важных событий произошло в этом году: умерли Мирьям и Аhарон; колодец Мирьям покинул общину, и у евреев начались проблемы с водой; на пути к Обетованной Земле евреи вступали в населенные области, и им приходилось либо обходить их стороной, как Эдом, либо воевать с теми, кто их не пропускал, как с эморитянами. Кончается глава сообщением о том, что евреи приблизились к границам Эрец-Исраэль и остановились на восточном берегу Ярдена, напротив Йерихо. Прежде чем евреи подошли к реке Ярден у границы Эрец-Исраэль и остановились напротив города Йерихо, им пришлось участвовать еще в двух сражениях: с царем эморитян Сихоном и с царем Башана Огом. Оба сражения завершились, с Б-жьей помощью, их победой.

Выше мы подробно цитировали отрывок, в котором Израиль обращается к Эдому за разрешением пройти по его территории. Теперь, в эпизоде с Сихоном, Тора повторяет буквально тот же текст (21:21-23): «И послал Израиль послов к Сихону, царю эморитянскому, сказать: '[Позволь] мне пройти по твоей земле! Не станем заходить в поля и виноградники, не будем пить воду из колодцев, по главной дороге пойдем, пока не перейдем твою границу'. Но не позволил Сихон Израилю пройти через свой предел; и собрал Сихон весь народ свой, и выступил против Израиля в пустыню».

А в стихе 33 сказано: «...и выступил против них Ог, царь башанский, он и весь его народ...» Зачем эти повторы и подробности? Чтобы подчеркнуть: Израиль никогда не был агрессором. Не был и не будет.

Гнев: временное самоубийство из книги рава Ицхака Зильбера «Беседы о Торе» Все мы знаем, что гнев — нередкая причина сердечных приступов. И все мы при желании можем сдержать свои эмоции. Но вот что странно.

Обходись нам каждое злое слово в сотню долларов, мы как-нибудь умудрились бы свести их количество к минимуму. Почему же мы не делаем этого ради собственного здоровья? Ведь оно дороже денег! В момент гнева человека покидает вера.

Если бы он верил, что все от Б-га, что Всевышний испытывает его выдержку, он бы не вышел из себя. Раз уж назначено ему Небом огорчение, он непременно его испытает, если не от человека, который рассердил его в данную минуту, то от чего-то другого (по книге Алтер Ребе «Ликутей-амарим»). Раби Хаим Виталь в своем труде «Шаар руах hа-кодеш» приводит слова святого кабалиста Аризаля.

Тот говорил, что гнев хуже других грехов, — даже если еврей сердится из-за того, что кто-то нарушает святую заповедь. В гневе человек перестает быть самим собой, поступает не так, как поступил бы в спокойном состоянии. Он может даже поднять руку на ближнего. На время его покидает святая душа.

Гнев — это временное самоубийство. Человека, охваченного гневом, приравнивают к идолопоклоннику: ведь в этот миг он, как мы уже говорили, теряет веру в то, что и огорчение, и радость приходят к нам по воле Всевышнего, он ничего не видит и не слышит вокруг, кроме себя. Мне так хочется убедить моих читателей в том, какое это благо — уметь обуздывать свой гнев, что я готов приводить все новые и новые примеры. Перед смертью отец завещал сыну, всегда относившемуся к нему с величайшим почтением: «Ты уважал меня при жизни, уважай и после смерти.

Запомни мою просьбу: если вдруг рассердишься, дай своему гневу 'переночевать', смолчи до следующего утра». Спустя какое-то время после смерти отца сын его уехал по делам в заморские страны, оставив дома беременную жену. Много лет пробыл он вдали от семьи и наконец вернулся в свой город. Дело было поздней ночью.

С радостным волнением возвратившийся открыл дверь и вошел в прихожую. Вдруг он услышал из спальни мужской голос и звук поцелуя. В гневе вошедший выхватил меч, но... вспомнил завет отца и остановился.

И тут раздался голос жены: «Сын мой, много лет прошло с тех пор, как уехал за море твой отец! Не знает он, что у него родился мальчик, что вырос он и пришло время его женить...» Воскликнул этот человек: «Слава Всевышнему, что я сдержал гнев! И благословен мой отец, который завещал мне это!»

(Сефер хасидим, 655).