XX век и наше время

К началу XX века численность еврейского населения Стамбула составила около 54 тыс. человек (в том числе около 51 тыс. сефардов и около трех тысяч ашкеназов). Оглавление Начало XX века ↓ Еврейские газеты в Стамбуле ↓ Численность и положение евреев Стамбула до 1940-х гг.

↓ Вторая мировая и евреи Стамбула ↓ Вторая половина XX века ↓ Несколько слов о традициях и культурных особенностях стамбульских и турецких евреев ↓ Ювелирные украшения евреев ↓ Интересные обычаи турецких евреев ↓ Культурное взаимодействие ↓ Музыка ↓ Начало XX века [↑] К началу XX века численность еврейского населения Стамбула составила около 54 тыс. человек (в том числе около 51 тыс. сефардов и около трех тысяч ашкеназов ; кроме того, там проживало около 500 караимов ). В 1905-1907 годах в город прибыло большое число евреев, бежавших из России от погромов , однако в дальнейшем большая часть из них направилась в другие страны.

Большинство стамбульских евреев составляли бедняки — мелкие торговцы, включая коробейников, грузчики, рыбаки, лодочники; некоторые зарабатывали на жизнь тем, что нарезали папиросную бумагу. Многие евреи (и почти все караимы) были злато-кузнецами, ювелирами, менялами. Зажиточную верхушку общины составляли немногочисленные оптовые торговцы, банкиры (в городе действовало около десяти еврейских банков), владельцы предприятий, производивших готовую одежду и предметы роскоши; единственный в Османской империи стекольный завод, расположенный близ Стамбула, принадлежал еврею — выходцу из Салоник. Некоторые стамбульские евреи, получившие светское образование, служили в филиалах европейских банков и страховых обществ, газовых и водопроводных компаниях, а также в государственных учреждениях, однако лишь единицы назначались на высокие официальные должности (Д.

Молхо был первым секретарем Дивана, Элияу Коэн — лейб-медиком султана). В городе работали шесть школ Альянса для мальчиков и пять для девочек (всего в них было около трех тысяч учащихся), несколько Талмуд-Тора (около тысячи учащихся) и около 30 частных хедеров . С 1898 году функционировала еврейская учительская семинария. Многих молодых евреев привлекали государственные профессиональные училища.

В Стамбуле насчитывалось 40 синагог, четыре бейт-мидраша и 12 еврейских благотворительных обществ; одно из них, «Ор а-Хаим», действовавшее в Балате, открыло в 1900 году еврейскую больницу. С начала XX века до Первой мировой войны Стамбул был одним из центров сионистской деятельности, которую вели преимущественно жившие здесь выходцы из восточноевропейских стран: Давид Бен-Гурион, Ицхак Бен-Цви, Виктор Якобсон и другие. Еврейские газеты в Стамбуле [↑] В 1853 году Леон-Хаим де Кастро начал выпускать в Стамбуле первую в Османской империи еврейскую газету — «Ор Исраэль, о Ла лус де Исраэль» (на еврейско-испанском языке).

За ней последовал целый ряд разнообразных периодических изданий, большей частью недолговечных; лишь литературно-политическая и финансовая газета «Эль тьемпо» просуществовала более полувека (1871-1930). В начале 20 века значительной популярностью пользовалась ежедневная газета «Эль телеграфо». В 1860-1940 годах в еврейской газетной типографии Стамбула печатались также многочисленные книги на еврейско-испанском языке.

C 1842 в Турции издавалось более 80 различных изданий, начиная от 1842 — La Buena Esperansa — Yaymlanmadi Izmir до 2010 — Shalom Dergi Istanbul. Первой регулярно издаваемой газетой со шрифтом Раши стала газета «Саркийе». До 1950-х годов еврейские газеты обычно печатались полностью на еврейско-испанском языке, но по инициативе молодого поколения, растущего в Турецкой Республике, некоторые статьи стали печататься на современном турецком языке. Газеты, полностью напечатанные на турецком языке, появлялись в турецкой еврейской общине, но они были недолговечны.

30 октября 1947 Аврам Лейон издал первый выпуск газеты «Шалом». Начиная с 1984 года, газета стала издаваться полностью на турецком языке, за исключением одной страницы на еврейско-испанском языке. Аврам Лейон привлекал опытных журналистов, но пригласил и молодых сотрудников, чтобы предложить публике динамичную газету, и в 1955 года сделал «новаторский шаг», пытаясь создать «мост поколений». С этого времени молодые обозреватели писали на турецком языке в газете, которая в основном печаталась на ладино (иудео-испанский).

Удостоенный «Почетной пресс-карты» в 1976 году, Аврам Лейон был признан генеральной дирекцией по вопросам печати и тиража достойным награды «50 лет служения прессе» в 1983 году. 19 января 1984 года Аврам Лейон передал Gozlem Press & Circulation Inc права собственности, названия и издательские права.

Газетой завладел молодой и полностью добровольческий коллектив. Они начали выпускать газету почти полностью на турецком языке, но все еще оставалась одна страница в иудео-испанском — ради сохранения связи с прошлым. Газета имеется и в цифровом виде, резюме на английском языке также представлено в интернете. 2 марта 2005 года газета «Шалом»

начала публиковать 24-страничное приложение El Amanaser на испанском языке, и это единственное издание такого рода в мире. С декабря 2010 года «Шалом» публикует 98-страничный ежемесячный журнал Shalom Dergi. А сама газета «Шалом»

до сих пор выходит по средам. Самыми долгоживущими изданиями за последние 173 года (1842-2015) были «Эль Тиемпо» (1872-1930) и еженедельная газета «Шалом», которая выходит с 1947 года, см. выше.

Численность и положение евреев Стамбула до 1940-х гг. [↑] В первой половине XX века численность еврейского населения Стамбула почти не менялась: в 1927 году она составила, согласно результатам официальной переписи, 47 035 человек, в начале 1948 года, по приблизительной оценке, около 55 000 человек. После распада Османской империи (1918), ликвидации султаната (1922) и провозглашения Турецкой Республики (1923) законодательные акты, определявшие административное устройство еврейской общины Стамбула, утратили силу, а новые долгое время не издавались; в результате членство в ней и уплата внутриобщинных налогов, использовавшихся в основном на нужды религиозных и благотворительных учреждений, стали сугубо добровольным делом. Вопросы брачно-семейного права перешли в ведение общих судов.

Власти объявили вне закона любые организации, связанные с базирующимися за пределами страны международными объединениями нетурецкой национальной ориентации; это воспрепятствовало как развитию в Стамбуле сионистского движения, так и установлению контактов между общиной города и Всемирным еврейским конгрессом. Многие стамбульские евреи — предприниматели, торговцы, ремесленники, представители свободных профессий и даже наемные работники — понесли крупные материальные потери и подверглись преследованиям (включая аресты и депортацию) в результате введения в 1942 году чрезвычайного налога на имущество (отменен в 1944 году), система взимания которого была крайне дискриминационной по отношению к немусульманам. В рамках третьего раздела Лозаннского договора, подписанного 24 июля 1923 года, были признаны особые права немусульманских религиозных меньшинств — «защита меньшинств». Руководители турецкой еврейской общины во главе с исполняющим обязанности главного раввина Хаимом-Моше Бекерано 15 сентября 1925 года подали в Анкару прошение об освобождении от привилегий, предоставляемых им в областях личного и семейного права по Лозаннскому договору (пункт 42).

Резюме Лозаннской петиции: «… Поскольку отделение религиозных и светских дел друг от друга отменило все законы религии и теперь они подготовлены исключительно для развития и удовлетворения потребностей государства, больше нет необходимости вводить семейное право специально для евреев. Поэтому турецкие евреи просят подчиняться светским законам, которые должны издаваться по семейному и личному праву, а также другим действующим гражданским законам… и персональным законам, а также другим гражданским законам…»

И вновь — такова «официальная версия». Насколько добровольно было подано это прошение? Вопрос к раввину ! В 1920-40-х годах в Стамбуле работали четыре еврейские начальные школы и одна средняя (Еврейский лицей, основан в 1922 году организацией «Бней-Брит»); с 1920-х годов они были обязаны следовать программе государственных учебных заведений: в частности, языком обучения в них стал турецкий (вместо французского и иврита).

В 1932 году, когда была осуществлена радикальная секуляризация всех школ страны, в Стамбуле было запрещено преподавать еврейскую традицию и историю; изучение иврита допускалось лишь в объеме, минимально необходимом для чтения молитв. В городе выходили три еврейские газеты: «Шалом» (редактор Авраам Лейон, см. выше), «Ла вера лус»

(редактор Элиэзер Менда — обе печатались на еврейско-испанском языке латинским шрифтом), «Этуаль дю Леван» (просуществовала до 1948 года) — на французском языке. В 1923-38 годах организация «Бней-Брит» выпускала на иврите, еврейско-испанском и французском языках ежемесячный (позднее ежеквартальный) журнал «а-Менора»

(редактор Давид Маркус, умер в 1944 году, раввин ашкеназской общины Стамбула), где публиковалось немало важных материалов по истории еврейских общин Османской империи. Вторая мировая и евреи Стамбула [↑] В годы Второй мировой войны через Стамбул осуществлялась связь между еврейским ишувом в Эрец-Исраэль и еврейскими организациями на территориях, оккупированных нацистской Германией, и в странах — союзницах Германии. После прихода к власти нацистов, академики, некоторые из которых были евреями, уволенными из университетов Германии и Австрии, были приняты на работу в университеты Стамбула и Анкары при поддержке президента Ататюрка и внесли свой вклад в университетскую реформу 1933 года. Во время Второй мировой войны многие высокопоставленные турки спасали турецких евреев.

В частности: Намик Кемаль Йолга — вице-консул в Париже, предоставив чистые паспорта с турецкими удостоверениями личности студентам, сумел предотвратить аресты многих евреев и способствовал их безопасному проезду в Турцию. Некдет Кент (заместитель консула в Марселе) в своих воспоминаниях пишет, что, проигнорировав угрозы командира Гестапо, который погрузил около 80 турецких евреев в поезд, отправляющийся в Германию, он сел в поезд вместе с ними и добился их освобождения на следующей станции. Бехич Эркин (Париж, затем генеральный консул Виши) — ему удалось отправить в Турцию многих евреев, которых Гестапо должно было арестовать. Бехич Эркин скончался 11 ноября 1961 года в Стамбуле и похоронен в гробнице на железнодорожной станции Эскишехир Энверие в треугольной развилке, где соединяются железные дороги.

Вторая половина XX века [↑] В конце 1940 — начале 1950-х годов (в основном, в 1948-50 гг.) многие стамбульские евреи репатриировались в Израиль. Хотя около десяти процентов репатриантов впоследствии вернулись в Стамбул, численность его еврейского населения снизилась к 1955 году до 32 946 человек, а к 1965 году — до 30 831 человек, среди которых было лишь 1-1,5 тыс. ашкеназов. В это число при переписи включили около тысячи караимов (200 семей); они жили почти исключительно в предместье Хаскёй, имели свою синагогу и кладбище и старались не поддерживать никаких отношений с евреями, хотя и были вынуждены пользоваться услугами их моэлей — специалистов, делающих обрезание ребенку.

В 1950-60-х годах материальное положение евреев Стамбула значительно улучшилось, образовательный уровень повысился; к концу 1960-х годов они играли заметную роль в торговле, юриспруденции, здравоохранении, инженерном деле, однако сравнительно редко становились служащими государственных учреждений. В 1949 году Великое национальное собрание (парламент Турции) приняло (по инициативе депутата-еврея Шломо Адато) закон об автономии еврейских религиозных общин; во исполнение этого закона в каждом районе Стамбула со значительным еврейским населением были избраны общинные комитеты, члены которых образовали общегородской общинный совет в составе 60 человек; в его ведение перешли как религиозные, так и административные дела. Под контролем совета в конце 1960-х годов находились больница «Ор Хаим», сиротский приют, дом престарелых (основан в 1899 году), благотворительные организации «Цдака у-Марпэ» (основана в 1918 году) и «Мишнэ Тора», просветительская ассоциация «Махзикэй Тора».

В конце 1940-х годов власти разрешили преподавать иврит и основы религии в еврейских учебных заведениях. К концу 1960-х годов в Стамбуле функционировали три начальные еврейские школы и одна средняя; в них насчитывалось около 950 учащихся, в основном из бедных семей, поскольку зажиточные евреи предпочитали посылать своих детей в государственные школы и в частные учебные заведения, организованные гражданами европейских стран. Для таких детей ассоциация «Махзикэй Тора» проводила вечерние и воскресные уроки иврита и еврейской Традиции; под ее эгидой действовали также курсы подготовки хазанов , резников (специалистов по кошерному убою скота) и моэлей.

В 1955 году в Стамбуле открылась раввинская семинария; в середине 1960-х годов в ней обучалось около 50 человек. В конце 1960 — первой половине 1990-х годов численность еврейского населения Стамбула продолжала снижаться: в 1980 году она составила, по приблизительной оценке, около 23000 человек, в 1994 году — около 22000. Одновременно вновь возрос удельный вес сефардов: ашкеназская община уменьшились до нескольких сотен человек. Несколько сотен человек осталось и в караимской общине.

Жизненный уровень стамбульских евреев был значительно выше среднего по стране; примерно четверть из них проживала в фешенебельных кварталах на азиатском берегу Босфора (в 1987 году здесь открылся еврейский клуб). Экономическое процветание общины побудило некоторые еврейские семьи, переселившиеся в Израиль в конце 1940 — начале 1950-х годов, вернуться в Стамбул; в конце 1980 — начале 1990-х годов число таких реэмигрантов заметно возросло. В середине 1990-х годов в городе работали две еврейские школы (начальная и средняя), которые посещали и неевреи, несколько синагог, еврейских благотворительных обществ (их услугами пользовались как сефарды, так и ашкеназы) и молодежных клубов. Действуют молодежные движения Бейтар и Маккаби.

Начиная с 1980-х годов, отмечается рост интереса евреев Стамбула к религии и традиции ; в связи с этим ощущается нехватка раввинов . Единственный в Стамбуле ресторан, где соблюдался кашрут , закрылся во второй половине 1980-х годов. В конце 1970-х годов прекратилось издание «Ла вера лус»; после этого газета «Шалом» осталась единственным за пределами Израиля периодическим изданием, где хотя бы частично используется еврейско-испанским язык (на нем печатается треть материалов этой газеты, остальные — на турецком языке).

Тираж «Шалом» возрос к середине 1980-х годов до пяти тысяч экземпляров; поскольку общая численность еврейского населения Турции составляет около 24000 человек, это означает, что газету получает почти каждая еврейская семья. В Стамбуле живет известный в современной Турции еврейский поэт Йосеф Хабиб Герез (родился в 1928 году). Несколько слов о традициях и культурных особенностях стамбульских и турецких евреев [↑] Ювелирные украшения евреев [↑] Для евреев Турции ювелирные украшения — это не просто то, что делает женщин красивыми; это то, что можно легко продать в трудную минуту.

Ювелирные изделия также являлись показателем социально-экономического положения женщин и семьи в обществе. «Mania de chaton» (двойной браслет) носили на запястьях обеих рук. «Оgadero»

(ожерелье) носили на шее, его дарил отец невесты. Изображение полумесяца ( лелал ) дарил муж, оно указывало на то, что женщина замужем. К шарфу ( халеби ) прикреплялось украшение в виде полумесяца. Грудь украшали золотые цепочки разной длины ( филар , колана , кадена и др.).

Очень популярны были изделия из жемчуга, были также украшения из монет (dukados), которые украшали шею (rеста-де-dukados) и лоб (frentera). Пояса и пряжки изготовлялись из золота, серебра и драгоценного камня. Интересные обычаи турецких евреев [↑] Кортадура де фашадура , что означает «вырезать подгузник», — название церемонии, где рубашка, предназначенная для еще не рожденного ребенка, вырезается из ткани. Это сгула для долголетия будущего новорожденного.

Церемония проводится на 5-ом или 7-ом месяце беременности, либо в понедельник, либо в четверг (дни чтения Торы ) с участием друзей и родственников будущей мамы. Ткань, обычно хлопчатобумажную или льняную, вырезает с добрыми пожеланиями человек, у которого живы мать и отец. Затем рубашку сшивают, а позже в нее одевают новорожденного. VIJOLA : имена девочкам даются в течение сорока дней после их рождения на специальной церемонии с чтением молитв.

Эта церемония называется «Вийола» и проводится до сих пор. Культурное взаимодействие [↑] Сефарды взаимодействовали с местным населением тех стран, в которых оказывались. Это повлияло на их музыку, традиции, поверья, кухню и язык.

Они заимствовали многие слова из турецкого, греческого и итальянского языков и сделали их частью иудео-эспаньола. Влияние не было односторонним. Некоторые слова из иудео-эспаньола вошли в турецкий язык и стали его частью. Например, такие слова, как «рandispanya»

(«бисквит»), «palavra» («хвастовство») и др. Когда в 1912 году почти во всех частях Османской империи были созданы школы Международного Сообщества, учебные программы которых были на французском языке, на иудео-эспаньол сильное влияние оказал французский язык. Франкофонизация привела к расколу в обществе, создав класс людей, которые использовали иудео-эспаньол только для общения со своими родителями или с теми, кто не мог учиться во франкоязычных школах.

Музыка [↑] В Испании XV века господствующая музыкальная культура получила название «романса». Это были песни на длинные стихи, каждый из которых рассказывал историю. В них подробно описывались душевная боль, любовь, слухи. «Romansas», сохранившиеся до наших дней, написаны на простые, постоянно повторяющиеся мелодии.

Турецкая сефардская музыка — это народные песни, Kantikas, и духовная музыка, которая звучит в синагогах. Языком Kantikas является иудео-эспаньол, а песни в синагогах — это, в первую очередь, молитвы, их языком был иврит. Очень редко в них встречаются слова на иудео-эспаньол. Люди, которые слышат современную турецкую сефардскую музыку, могут почувствовать сильное влияние турецкой классической и балканской музыки.

Это интересный пример культурного взаимодействия. Существуют еще религиозные песни, которые поют семьи, собираясь на еврейские праздники . Песни, посвященные праздникам, обычно на иудео-эспаньол. Гимны, которые поют в синагогах, написаны на классическую турецкую музыку макама .

На протяжении многих лет хазаны (канторы), исполнявшие эти гимны, обучались вместе с имамами.