История об уповании

Эту историю опубликовал в 1905 г. р. Цви Дов из Бердичева, одновременно на иврите и идише. В предисловии к ней указано, что раби Нахман рассказал ее 4 элула 5566 (18 августа 1806 г.).

Перед этим он говорил о том, что страдания должно принимать с любовью и верой. Однажды царь сказал сам себе: «Есть ли на свете кто-нибудь счастливее меня? Ведь есть у меня все блага мира, я правитель и властелин». Решил он проверить, так ли это.

Переоделся в простую одежду, и стал гулять по ночам, останавливаясь позади домов, чтобы услышать и узнать, о чем говорят люди. И все время слышал царь лишь об ущербах — о бедах и несчастьях, трудностях и беспокойстве. В одном доме говорят, что у кого-то беда, и нужно ему добиться аудиенции у царя, в другом — что случилось иное несчастье. Так все и жалуются, а если и слышны где слова радости, то лишь потому, что обрел кто-то что-нибудь из того, чего ему не хватало.

А потом увидел царь покосившуюся избушку, вросшую в землю по самые окна. Крыша дырявая, вся провалилась. В избушке сидел человек и тихо наигрывал на скрипочке так, что распознать мелодию можно было, лишь очень прислушиваясь. И человек этот был счастлив.

Перед ним стояла тарелка с едой, стакан с выпивкой, и выглядел он по настоящему счастливым, полным радости и лишенным забот. Царь постучался, вошел и поприветствовал хозяина, тот радушно ему ответил. На столе стояли выпивка и закуски, да еще горшок варева, а лицо хозяина лучилось радостью. Налил он гостю выпить и сам выпил за его здоровье.

Полюбился он царю, и выпил тот вместе с хозяином. А потом положил тот царя спать, и приснилось тому совершенное счастье и беззаботность. Утром встал царь вместе с хозяином, и пошел тот его провожать. «Чем ты зарабатываешь на жизнь»?

— спросил царь. «Я лудильщик, — ответил тот. — Я умею чинить все, что сломано. Делать новые вещи я не умею, но починить могу все.

Утром я выхожу и чиню, что придется. А когда набирается заработка пять-шесть золотых, покупаю себе еды и питья». Выслушал его царь и сказал себе: «Надо его испытать». Вернувшись домой, царь издал указ: когда у людей что-то портится, пусть не дают чинить никому.

Пусть чинят сами, или новые вещи покупают. На следующее утро вышел лудильщик искать заработка. Рассказали ему о царском запрете отдавать вещи в починку. Расстроился он, но не впал в уныние, потому что полагался на Бога.

Пошел он себе и увидел богача, который рубил дрова. «Ты почему сам дрова рубишь? — спросил лудильщик. — Разве это достойно тебя?»

«Я искал кого-нибудь, кто бы за меня нарубил, — ответил богач, — но никого не смог найти. Приходится мне теперь рубить дрова самому». «Давай, я тебе их нарублю», — сказал лудильщик. Нарубил лудильщик дров, и получил от богача золотой.

Решил себе, что это тоже хороший заработок, и стал рубить дрова для людей, пока не заработал шесть золотых. Взял деньги, накупил и еды и питья, устроил себе пир и был совершенно счастлив. А царь этой ночью снова отправился на прогулку и пришел к избушке лудильщика, посмотреть, что с ним сталось. А войдя к нему, увидел то же, что в прошлый раз: сидит лудильщик и играет на скрипке, перед ним еда и питье, и весь он лучится счастьем.

И как в прошлый раз легли они спать, а наутро вышел хозяин проводить гостя. «Где же ты взял еду? — спросил царь. — Как ты деньги на это заработал?»

«Моя обычная работа — чинить все, что сломано, — ответил лудильщик. — Но недавно царь запретил отдавать вещи в починку. Поэтому я ходил и рубил дрова, пока не заработал, сколько мне было нужно». Вернувшись домой, царь издал указ: чтобы никто не нанимал других рубить дрова.

Услышал об этом лудильщик и очень расстроился, потому что снова остался баз заработка. Но унывать не стал, потому что полагался на Бога. Походил и увидел: богач конюшню чистит. «Разве подобает тебе самому чистить конюшню?»

— спросил он. «Я искал кого-нибудь, кто бы кто бы сделал это за меня, — ответил богач, — но никого не смог найти. Приходится мне чистить конюшню самому». «Давай, я за тебя почищу», — сказал лудильщик.

Почистил он конюшню и получил за то два золотых. Пошел себе дальше, почистил еще и другие конюшни и заработал шесть золотых. Накупил на эти деньги еды и питья, устроил себе пир и стал радоваться жизни. А царь снова пошел на прогулку, пришел к избушке и увидел радость лудильщика.

Вошел и заночевал у него, а утром хозяин пошел царя провожать. Спросил царь, откуда он взял деньги, тот все и рассказал. Вернувшись, царь издал указ: пусть никто не нанимает больше работников чистить конюшню или хлев. Утром вышел лудильщик чистить конюшни, а ему говорят, что царь запретил людей для такой работы нанимать.

Не нашел он другого выхода, кроме как пойти и наняться в солдаты в царскую стражу. А было так, что одних солдат призывали, а другие сами нанимались за плату. Договорился он с офицером, что нанимается в армию поденно и плату будет получать каждое утро. Надел сразу форму, опоясался перевязью с мечом.

А ночью форму снял, накупил на солдатское жалование еды и питья, пошел домой, устроил себе, как обычно, пир, и был очень счастлив. А царь решил посмотреть, как лудильщик справился с новой напастью. Пришел к нему и видит, что сидит тот со своей скрипкой и радуется жизни, а перед ним еда и питье. Вновь провел у него ночь, а наутро осведомился о заработке, тот ему и рассказал всю историю.

Вернувшись, царь позвал офицера и приказал ему никому не платить в это утро из царской казны. Лудильщик, придя на службу, запросил у офицера дневную плату, а когда тот ему отказал, возмутился: «Но мы же договорились, что ты будешь платить мне каждый день». «Верно, — сказал офицер, — но царь приказал именно сегодня никому не платить. Завтра заплачу тебе за два дня, а сегодня ну никак не могу заплатить».

Как лудильщик не ругался, как не спорил, но все бесполезно. Но он и тут нашел выход. Взял свой меч, отделил клинок от рукоятки, а вместо него, чтобы не видно было, вставил деревянное лезвие. Клинок же сдал в заклад, а на вырученные деньги накупил себе еды и питья, как обычно, и еда эта была для него настоящим пиром.

Ночью пришел царь и увидел, что лудильщик счастлив, как и раньше. Снова заночевал у него, а наутро спросил, как идут дела. Лудильщик и рассказал все, как было, что сдал он в залог клинок, чтобы купить еды и питья. «Когда мне сегодня заплатят, — закончил он, — выкуплю меч и верну его на место.

Никто нечего и не заметит, а царь ничего не потеряет, потому что я все починю. Я ведь все могу починить!». Когда царь вернулся во дворец, то позвал офицера и сказал ему: «Есть у меня преступник, приговоренный к казни. Позови-ка лудильщика, которого ты недавно нанял, и прикажи ему привести приговор в исполнение — отрубить преступнику голову».

Офицер пошел звать лудильщика, а царь призвал всех своих офицеров, чтобы пришли поглядеть на эту шутку, как один солдат подменил клинок меча деревяшкой. Предстал лудильщик перед царем и пал перед ним ниц: «Ваше величество, зачем вы меня позвали»? «Чтобы ты исполнил приговор и голову преступнику отрубил», — сказал ему царь. Лудильщик стал отказываться и умолять: «Пожалуйста!

Пусть кто другой это сделает, ведь я никогда никого не убивал». «Именно поэтому я и приказываю тебе это сделать», — ответил царь. «А что, нет никаких сомнений относительно его преступления? — спросил лудильщик.

— Может быть, не все с ним ясно, и он вовсе не заслужил смерти. Я в жизни не убивал человека. Как я теперь могу убить того, кто, может быть, невиновен»? «Это вообще не вопрос, виновен он или нет, — ответил царь.

— Приговор вынесен тайно, а ты должен лишь привести его в исполнение». Понял лудильщик, что царя ему не разубедить. Поднял он глаза к небу и сказал: «Боже Всемогущий, я в жизни своей не убил человека. Если этот человек не виновен, пусть клинок моего меча станет деревянным»!

С этими словами он выхватил меч из ножен, и оказалось, что клинок у него и правда из дерева. И все, кто это видел, стали смеяться. Царь же признал, что лудильщик этот — счастливейший из людей, и отпустил его домой с миром.