Три функции удовольствий

Удовольствия имеют три основные функции.

1. Понять собственные нужды

Прежде всего, они помогают нам понять, в чем мы нуждаемся. Например, если бы человек не чувствовал голод или жажду (выражающиеся в сильном желании поесть или попить) и не испытывал бы удовольствия от утоления голода и жажды, он бы не знал о том, что его телу не хватает жидкости или питания.

2. Облегчить восполнение нужд

Получение удовольствия также облегчает человеку восполнение нужд тела и делает этот процесс легким и приятным. Если бы человек не получал от поглощения пищи удовольствия, ему было бы неинтересно и утомительно кормить себя (задумаемся: что было бы с человеком ленивым?!).

3. Извлечь большую пользу

Кроме того, удовольствия помогают человеку «соединиться» с предметом вожделения и тем самым извлечь из него большую пользу. Поэтому мудрецы (Йома, 74 б) запретили есть в темноте, поскольку, если человек не видит пищу, он не испытывает к ней вожделения и, следовательно, не получает удовольствия, а в результате и польза от съеденной пищи невелика.

Удовольствия во имя удовольствий

Но всё это только в том случае, когда удовольствия служат для поддержания сил и здоровья. Если же человек жаждет наслаждений самих по себе, ставит их во главу своих интересов, тогда они его разрушают.

Объясним это с помощью следующей притчи: каким-то образом маленький ребенок добрался до мобильного телефона своего отца. Он начал нажимать на различные кнопки. При нажатии каждой кнопки слышался определённый звук (как известно, предназначение эти звуков – дать возможность человеку понять, что нажимает на правильную кнопку). Младенцу понравились звуки, и он начал нажимать на кнопки телефона без остановки. В конце концов телефон сломался.

Также и вожделения – их предназначение, чтобы человек понял, что «нажал на правильную клавишу» (что насыщает себя тем, что недостает его телу), но, если человек ставит во главы всего свои вожделения, они разрушают его.

Праведный ест досыта

Это различие подчеркнул царь Шломо в Мишлей (13, 25):

«Праведный ест, чтобы насытиться, а чрево нечестивых будет в недостатке».

Виленский Гаон, комментируя слова «чрево нечестивых будет в недостатке», говорит, что нечестивому как бы не хватает еще одного живота, ибо он уже не может получать удовольствие после того, как наполнился его живот, а ведь весь смысл его чревоугодия в получении наслаждения. Поэтому вместо удовольствия он испытывает страдание. Праведник же ест для поддержания сил и здоровья, для «насыщения души», и именно это, а не чревоугодие, делает его счастливым и радостным.

Отсюда различие между тем, кто ест исключительно для получения удовольствия, и тем, кто ест для поддержания сил, – первый инвестирует свои усилия в наслаждения, в то, что не принесет ему пользы, а только заберёт у него силы.  Второй же вкладывает усилия в себя, в то, что принесет пользу ему.

Поэтому царь Шломо предупреждает (Мишлей, 5:8): «отдали от нее путь твой» – от бесконечной погони за вожделениями, и добавляет: «Чтобы не насыщались чужие силою твоею» – чтобы не направил ты свои силы на то, что не дает тебе пользы и совершенствования.

Удовольствия для праведника

И завершим словами из книги Виленского Гаона «Адерет Элияу» (Берешит 2, 9):

«Все те удовольствия, которые даются нечестивцу чрезвычайными усилиями, праведник получает с лёгкостью, без надрыва и греха».

Он приводит изречение наших мудрецов: «всякий, кто избегает почет, почет преследует его», и добавляет: «подобно этому наслаждения – если человек не ищет их, они преследуют его, т.е. Всевышний посылает их ему самым благоприятным образом».