Как с религиозной точки зрения относиться к убийству мирного населения?

Неужели иудаизм не говорит о всеобщей любви, милосердии и уважении к другим? Как тогда с религиозной точки зрения нужно относиться к войне и убийству других, мирного населения?.. N. Отвечает рав Яков Шуб Уважаемый N., Большое спасибо, что обратились к нам.

Вы совершенно правы, кто как не еврейский народ, прошедший через столетия страданий и лишений, гонений и притеснений, понимает, что такое война и в чем заключается настоящая ценность человеческой жизни. К сожалению, сегодня человечество находится под воздействием средств массовой информации, которые влияют на общественное мнение и формируют его. Но если мы на минуту оторвемся от «голубых экранов» и попробуем подумать самостоятельно, то вопрос отпадет сам собой.

Право на самооборону — даже без того, что это записано в Торе, — является первоочередным правом каждого человека в отдельности и народа в целом. Это право, которое диктуется здравым смыслом. Ни одно государство, ни одна правовая система не отрицает это право. Только почему-то, когда речь идет о евреях, всё происходит по-другому.

Удивительно, но человечество очень любит именно мертвых евреев. Когда нас убивают, тогда нам готовы сочувствовать, поддерживать и даже учреждать монументы и музеи памяти. Но как только мы пытаемся защищаться, чтобы выжить, нас сразу же называют агрессором. Мировое сообщество обвиняет нас в «эскалации конфликта»

и «непропорциональности ответа». Мы в очередной раз убеждаемся, что нам не на кого надеяться, кроме Б-га. Но давайте попробуем копнуть глубже. В Торе находим описание первой «мировой»

войны. Коалиция четырех царей сражается с коалицией пяти царей, племянник Авраама Лот взят в заложники. Но, как ни странно, именно Авраам, являющийся олицетворением доброты и милосердия, самоотверженно бросается в бой, одерживает победу и освобождает Лота. Тора говорит, что после войны Авраама охватил страх — настолько, что Всевышний должен был его успокоить.

Чего же испугался Авраам? Мидраш («Пиркей дэ-раби Элиэйзер» 27) говорит: Авраам опасался, что во время военных действий от его руки пострадали и мирные жители тех мест. Б-г уверяет Авраама (Берешит 15:1), что ему нечего опасаться: он своими действиями не причинил неоправданной боли или смерти.

Поскольку убийство мирных людей не было целью Авраама, ему нечего бояться. Иными словами, даже при самой справедливой войне неизбежны трагические моменты, когда погибают люди, не принимающие участия в военных действиях. Но пока те, кто защищает себя, не стремятся уничтожить их специально, им не в чем себя винить. Сфат Эмет[i] добавляет, что Авраам страшился еще одного: вдруг то, что ему пришлось убивать, негативно скажется на его духовном уровне.

И действительно, для Авраама, чьи доброта и милосердие были известны всем, необходимость убивать была серьёзным испытанием. В свое время подобное опасение выразила и небезызвестный израильский политик Голда Меир, заявив: «Мы можем простить арабам убийство наших детей, но не можем простить им то, что они превратили наших детей в убийц». Давайте оставим первую часть ее высказывания без комментариев. Но мы видим, что даже у светского человека существует подобное опасение.

Как мы видим, Б-г уверяет Авраама: он с честью вышел из этого испытания. Он не только не потерял в духовном плане, но и поднялся на более высокий уровень. Рав Йеошуа Боймель[ii] (Эмек Галаха, с. 9) пишет: «намек»

на это видим в том, что после войны Малкицедек встречает Авраама именно хлебом и вином. Это два единственных продукта, которые после того, как их измельчают в процессе приготовления, получают благословение более высокого уровня (а не более низкого, как бывает при измельчении продукта). В результате войны главное качество Авраама — милосердие — поднялось на более высокий уровень. Оно «обрело правильную перспективу».

Наши мудрецы выражают это в словах: «Тот, кто милосерден к жестоким, в результате станет жестоким к милосердным» (Ялкут Шимони, Шмуэль 1:121). Это то, чему научился Авраам. Еврейский народ как никто другой понимает, в чем опасность войны и какова ценность человеческой жизни.

Но мы также понимаем, что милосердие и дипломатия не всегда являются правильным решением. Мы не ищем войны, но, когда в этом есть необходимость, мы, подобно праотцу Аврааму, можем действовать бесстрашно, жестко и самоотверженно. Тора учит нас правильному балансу. Еврейская душа может сочетать в себе и безграничное милосердие, и способность дать отпор врагу в случае необходимости.

В противоположность культу смерти Хамаса мы умеем продолжать ценить жизнь. Да хранит Всевышний наших солдат и весь еврейский народ! С уважением, Яков Шуб [i] Раби Йеуда-Арье-Лейб бар-Авраам-Мордехай Алтер из Гуры (Сфат Эмет; 5607-5665 / 1847-1905, Польша) — выдающийся знаток Талмуда и хасидский наставник. «Сфат Эмет»

— его комментарий к Пятикнижию. [ii] Раби Йеошуа Боймель (5460-5708 / 1880-1948, Галиция, США) — галахический авторитет — знаток еврейского Закона, автор книги «Эмек Галаха».