Как запретили многожёнство?

Гершом Шалом, уважаемые равы! Я слышал, что в Торе есть заповедь ничего не убавлять и не прибавлять к Торе. Взять, к примеру, херемы рабейну Гершома. Например, нигде же не сказано, что нельзя читать чужие письма или напоминать раскаявшимся выкрестам, что они когда-то отступили от иудаизма. А чего стоит запрет многоженства? Ведь это же явное умаление от Торы. Отвечает рав Овадья Климовский Шалом! Вы совершенно правы — Тора запрещает убавлять и прибавлять к ней. Но запрет относится только к случаям, в которых дополнительный запрет выдается за слова самой Торы1. Если же мудрецы хотят создать вокруг запретов Торы «ограду», чтобы отдалить людей от возможности нарушения, и для этого вводят дополнительные ограничения, это только приветствуется. Рамбам даже посчитал послушание мудрецам за одну из заповедей самой Торы, как сказано — «не отклоняйся ни влево, ни вправо от того, что укажут тебе» (Дварим ). Есть и другие причины, по которым мудрецы делают новые постановления — таканот. Само это название (буквально — исправления) показывает на смысл этих постановлений — поколения мельчают, и то, что было ясно само по себе 100 лет назад, сегодня нуждается в дополнительном запрете (так можно понять запрет на чтение чужих писем). Есть же постановления, связанные с изменениями в укладе жизни. Рабейну Гершом увидел, что в его поколении люди не смогут служить Всевышнему с двумя женами лучше, чем с одной, наоборот, это приводит к ссорам. Мы не претендуем здесь на раскрытие всех его соображений, но, безусловно, он пришел к выводу, что в наше время иметь более одной жены — вредно. Постановление это, кстати, было принято только европейскими общинами, для которых рабейну Гершом был ведущим авторитетом поколения.А запрет напоминать человеку о дурных поступках, совершенных им в прошлом, является одной из заповедей Торы (см. Хинух, 338). Как написано «Не обижайте друг друга» (Ваикра ), и Талмуд в трактате Бава Мециа (58б) делает вывод из этого — нельзя говорить раскаявшемуся грешнику «вспомни свои былые дела».1Как это было сделано по ошибке первой женщиной, Хавой. Она сказала Змею — Творец запретил нам есть только от этого дерева, и прикасаться к нему. А запрет был только на еду. Если бы она отметила, что не хочет прикасаться к запретному дереву по собственному почину, желая уберечься от греха, возможно, это было бы только похвально, и не привело бы к таким печальным последствиям.С уважением, Овадья Климовский.Читайте: Рабейну Гершом — Меор Агола