Общий смысл всех заповедей Торы

Следующая заповедь повелевает нам чтить своих родителей. Продолжая наш пример, можно объяснить это так. Известно, что не в обычае царей показываться своим подданным ежедневно. Поскольку Б-жественная Тора предназначена для того, чтобы указать человеку, каким должно быть его поведение на земле и по какому пути надлежит ему продвигаться, она неизбежно представляет собой олицетворение связи между Всевышним (повелевающим) и человеком (которому предназначается повеление).

Из этого неминуемо следует, что восприятие какого-либо повеления из уст Всевышнего неопровержимо свидетельствует и о существовании пророчества, и о Б-жественном происхождении Торы, и о существовании Творца, управляющего Своим творением, повелевающего Своим созданиям. Тем более, таким свидетельством являются первые две заповеди из Десяти — «Я — Г-сподь Б-г твой» и «Да не будет у тебя иных богов, кроме Меня»: они дают истинности этих трех принципов доказательство столь неопровержимое, какое только возможно. Творец пожелал, чтобы весь народ Израиля услышал от него все Десять заповедей, обобщающих все, к чему обязывает человека связь между ним и Творцом: как со стороны Творца (повелевающего), так и со стороны человека (слуги, которому повелевает Творец).

По этой причине Десять заповедей были начертаны не на одной, а на двух скрижалях : чтобы указать на существование двух аспектов, отличающихся один от другого. Пять заповедей, указывающих на повелевающую сторону, оказались на одной скрижали, а пять, указывающих на сторону, к которой обращены повеления, — на другой. Это означает, что для достижения того совершенства, которое приуготовлено человеческому роду, в равной степени необходимы заповеди и того, и другого рода. Если некий царь построил город, затем взял и освободил рабов и поселил их там, с чего ему должно начать, когда он придет в этот город, желая, чтобы его жители признали его власть и подчинились ему?

Безусловно, прежде всего он должен дать им узнать, что именно он — тот самый правитель, который заботится об их судьбе и освободил их из рабства. Как раз в этом состоит смысл первой заповеди из Десяти ( Шмот, 20:2-3 ): «Я — Г-сподь Б-г твой, Который вывел тебя из страны египетской, из дома рабства». То есть: Я — Тот, Кто вывел вас на свободу, и поэтому вам надлежит подчиниться Моей воле. Затем царю из нашего примера следует предупредить своих подданных, что они не должны подчиняться какому-то другому повелителю.

Это — смысл второй заповеди, гласящей: «Да не будет у тебя иных богов, кроме Меня». Ему также не мешает предостеречь своих подданных, что им запрещается самим ставить над собой какого-то другого царя. Поэтому Всевышний повелевает: «Не делай себе никакого изваяния или изображения того, что в небесах вверху, и того, что на земле внизу…» После этого царь должен указать, что его подданные обязаны воздавать ему почести и остерегаться проявлять в отношении его хоть какое-либо пренебрежение — например, ложно клясться именем царя: «Не произноси Имени Г-спода, Б-га твоего, попусту…»

А в память о дне, когда царь построил свой город, ему пристало учредить особый день, соблюдая который, его подданные будут постоянно помнить, что у них есть повелитель, строитель города, где они живут, который и заботится об их судьбе, и который вывел их из рабства на свободу. Вот поэтому Всевышний приказал евреям соблюдать день субботний, постоянно напоминающий о сотворении мира Всевышним из ничего и об Исходе народа Израиля из Египта — из рабства на свободу. Следующая заповедь повелевает нам чтить своих родителей. Продолжая наш пример, можно объяснить это так.

Известно, что не в обычае царей показываться своим подданным ежедневно. Поэтому есть опасность, что уже дети и тем более потомки их, не изведавшие рабства, не испытавшие радости освобождения от него и не видевшие въезда царя в город, забудут обо всем этом и начнут считать, будто этот город всегда принадлежал им, будто у них нет никакого правителя, и сбросят с себя иго власти царя. Чтобы предотвратить это, нет иного средства, кроме того, как заставить детей чтить своих родителей, слушаться их и учиться у них. Тогда от родителей дети узнают о том, что раньше они были рабами, и о том, что именно повелитель освободил их, что именно он построил этот город и поселил их в нем, и вечно будут помнить добро, которое царь оказал им.

И так будет из поколения в поколение. Поэтому Всевышний дал пятую заповедь из Десяти, гласящую: «Чти отца своего и мать свою» ( Шмот, 20:12 ), чтобы обеспечить непрерывность преемственности от родителей к детям. Надо отметить, что этот общий принцип присутствует во всех религиях, потому что их существование невозможно представить без того, чтобы люди подчинялись всему, чему их учат отцы и мудрые сердцем.

/…/ Теперь настает очередь для тех правил, которые необходимы людям для того, чтобы их собственная жизнь протекала нормально и чтобы их общество и их государственный строй существовали спокойно. Сначала — запрет посягать на жизнь другого человека — «Не убивая» ( там же, 20:13 ). Затем — запрет посягать на его достояние — «Не кради», а также на того, кто соединяет в себе оба эти качества — кто близок человеку настолько, что как бы является частью его самого, и в то же время принадлежит ему словно его достояние — «Не прелюбодействуй», то есть не посягай на жену своего ближнего.

А потому Всевышний подчеркивает, что недостаточно, если один человек не причиняет вреда жизни, имуществу и семье товарища своими действиями. Он также обязан остерегаться причинить ему вред даже словом: «Не свидетельствуй о ближнем своем ложно». Более того, надлежит остерегаться даже мыслей об этом: «Не желай жены ближнего своего, не вожделей ни поля его, ни раба его, ни рабыни, ни быка его, ни осла и ничего, что принадлежит ближнему твоему» [Дварим, 5:18].

На этом заканчиваются те повеления, которые необходимы человеку тогда, когда он оказывается вынужден жить совместной жизнью с другими людьми (как мы писали в разделе первом). И снова укажем на тот факт, что Десять заповедей были размещены на двух скрижалях, и несмотря на различие их аспектов — все они необходимы для достижения человеком совершенства. Одни — в плане личного совершенствования человека, другие — в плане того, что он представляет собой частичку государства. Поэтому на одной скрижали были начертаны первые пять заповедей, объединенные одним общим аспектом, не менее важным, чем второй, а на второй — следующие пять заповедей, также объединенные одним общим аспектом, не менее важным, чем первый.

И так сказано в «Торат коганим» («Кедошим» ): « Раби Акива говорит: Заповедь “И люби своего ближнего как самого себя” ( Ваикра, 19:18 ) — великое обобщение всей Торы; а Бен-Азай говорит: “Это — родословная книга человечества” ( Берешит 5:1 ) — еще более великое обобщение».