Когда перестанет расти население? Страшно представить, что будет дальше…

Шалом! Население земли — 8 миллиардов человек. Когда перестанет расти население? Страшно представить, какое население будет в 8000 году.

Борис Отвечает рав Меир Мучник Здравствуйте, Борис! О том, что страшно представить себе численность населения в 8000 году. Если честно, это время от нас настолько далеко, что страшно вообще что-либо представить в этом направлении. Ведь это еще через 6 тысяч лет!

А что было 6 тысяч лет назад? Согласно летоисчислению Торы, мир даже еще не был создан. И в любом случае за это время мир не просто «изменился», а прошел через целый калейдоскоп смен эпох. Чего только не было и не изменилось множество раз!

И общество, и политика, и технологии, и всё на свете. И по состоянию мира и текущим тенденциям, скажем, 5000 лет назад, никак невозможно было определить, что сегодня он будет таким, какой есть. Да что 5000 лет… Даже на ближайший год прогнозировать обычно — дело неблагодарное: слишком легко ошибиться, слишком много в мире и действиях людей непредсказуемого.

А если что и можно предвидеть, то только «если не случится ничего непредвиденного». Ну, а если всё-таки говорить конкретно о росте населения, то достаточно быстрой проверки во всем известных и доступных сегодня источниках, чтобы получить информацию, для Вас успокоительную. Быстрый рост населения в нынешнем мире — это уникальное явление, переходный период от одного стабильного состояния к другому. А именно: До наступления современной эпохи в последние века численность населения Земли стабильно оставалась в определенных пределах и за них не выходила.

Главная причина — высокая смертность, особенно детская. Поэтому, хотя высокой была и рождаемость, эти два фактора друг друга «уравновешивали». Меняться ситуация стала в связи с развитием мира в современную эпоху, благодаря чему кардинальным образом улучшились питание, санитария, медицина. В результате существенно снизилась смертность, тогда как рождаемость такими же темпами не падала.

Вот и получилось: каждый год рождается больше людей, чем умирает, отсюда быстрый рост. Но и это не конец. Последние лет 30 наблюдается начало новой тенденции: рост населения, хотя и продолжается, но более медленными темпами. И, согласно многим прогнозам, он может сойти на нет уже к концу 21-го века.

Потому что в связи с тем же развитием мира и его благосостояния всё-таки ускоряется падение рождаемости, и в конечном итоге она может «догнать» смертность в ее падении. Вот и получается: в прошлом — стабильность вследствие баланса высокой рождаемости и высокой смертности, а в будущем — стабильность вследствие баланса низкой рождаемости и низкой смертности. Только в прошлом — стабильная относительно низкая численность населения, а в будущем — стабильно относительно высокая в связи с ростом населения в переходный период между эпохами.

(Важно, конечно, пояснить, что всё это — без учета специфики каждого региона: ведь население растет только в целом, при этом есть регионы, где оно уже перестало расти, а то и сокращается. В этой связи еще вопрос: сохранится ли численность населения стабильно на том уровне, которого достигнет на своем пике, или в целом тоже начнет сокращаться? Но тут мы опять попадаем в зыбкую область прогнозов). А вот почему так получилось, что именно на данном этапе происходит эта смена эпох от низкой численности населения к высокой?

— Тут, конечно, трудно заявлять что-либо с уверенностью, но одно предположение высказать осмелюсь: возможно, это связано с общим переходом мира от господства Эйсава к господству Ишмаэля, которое, вместе с его причинами, уже неоднократнообсуждали. Атрибут Эйсава — унаследованная им от его отца Ицхака строгость и дисциплина (гвура), но доведенная самим Эйсавом до крайности — нетерпимости и жестокости. А у Ишмаэля — наоборот: унаследованные им от его отца Авраама милосердие и любовь (хесед), но доведенные им самим до крайности — разнузданности и дикости. Соответственно характер каждого из них повлиял и на их эпохи: раньше был «мир Эйсава», отражавший его атрибуты, а теперь наступает «мир Ишмаэля».

Предыдущая эпоха, мир Эйсава, отличалась своей суровостью, жесткостью. Избалованным в ней было не место. Надо было трудиться, бороться не на жизнь, а на смерть. Войны не просто были нормой, а военное дело считалось доблестью.

То, что сегодня считается «военным преступлением», тогда было нормой. (Рыцари и мушкетеры были ведь по сегодняшним меркам просто головорезами). Вот и смертность была высокой, особенно детская — слабым приходилось туго. Основная черта эпохи — сложность, ограничение жизни.

Вот и в целом — живых людей было сравнительно немного. Как невысока доля потомков Эйсава в общем населении мира: даже в эпоху своего доминирования европейцы, белые люди, представители Запада, точнее, северо-запада, были в меньшинстве. Вот и весь мир тогда был сравнительно меньше населен. Нынешняя эпоха — наоборот, очень даже балует.

Уже не модно рубить шашкой, почетнее быть миротворцем, филантропом. Всё делается для удобства человека, всевозможные пособия делают даже жизнь бедняков и обездоленных вполне сносной, проповедуется терпимость ко всем и вся. В странах Ишмаэля всегда был жаркий климат, а теперь говорят и о глобальном потеплении. Основная черта эпохи — легкость, расширение жизни.

Вот и численность населения растет, и многие из тех, кто в предыдущую суровую эпоху не выжил бы, теперь выживают. И в целом людей становится больше. Как больше в мире потомков Ишмаэля, людей Ближнего Востока, а также цивилизационно более близких к нему представителей того, что как раз сейчас стали называть «глобальным югом», — этих же людей теперь называют «мировым большинством». На это соотношение есть намек в Торе.

Стих в «Песни Песней» (8:7) провозглашает: «Многие воды не смогут погасить любовь…» Мудрецы объясняют, что выражение «многие воды» обозначает народы мира: они не смогут затушить огонь любви между Б-гом и еврейским народом.

Виленский Гаон[i] в своём комментарии объясняет, что каждое слово в этом выражении обозначает одну из основных сил нееврейского мира: «воды» — Эйсав: он физически силён и сравнивается с могучим потоком воды, который трудно сдерживать, трудно плыть против течения. «Многие» — Ишмаэль: он не так силён, зато его потомки многочисленны, он может взять числом, пойти «маршем миллионов»

— или, как любил говорить Арафат, «миллионами шахидов». В отличие от Эйсава, Ишмаэль обладает огромными людскими резервами и может пожертвовать большим количеством людей — и в этом часто заключается его (нечистая, но) сила. В свете всего сказанного, наверное, понятно, что у каждой эпохи — свои достоинства и недостатки. Можно, конечно, беспокоиться о перенаселении, но это, так сказать «роскошь»

новой эпохи. В предыдущую приходилось беспокоиться, наоборот, о вымирании! Как и о других тогдашних проблемах. А теперь — да, о проблемах наступающей эпохи.

Но мы понимаем также, что и та, и другая эпохи — части исторического сценария, написанного Б-гом. Каждая часть — испытание для живущих в ту пору евреев — и для остального человечества тоже. Раньше приходилось бороться с жесткостью людей и жизни в целом — или мириться с ней, терпеть ее. В том числе — приспосабливаться к ужасной детской смертности.

А теперь это не проблема, и бороться надо, скорее, с избалованностью. В то же время раньше легче было настроить себя на труд и на подвиги — жизнь заставляла. А теперь легче проявлять любовь и терпимость, заботиться о других — жизнь предоставляет условия и настраивает. Таким образом, волноваться о последствиях «чрезмерного»

скачка в росте населения сегодня следует не больше, чем в прошлом надо было волноваться о том, что человечество вообще вымрет в бесконечных войнах и эпидемиях. Оно часто было на грани вымирания. Так или иначе, выжило, Б-г не дал ему исчезнуть. Выживет и теперь, Б-г позаботится.

С уважением, Меир Мучник [i] Виленский Гаон (Дер Вильнер Гаон, Раби Элияу бен-Шломо-Залман, а-Гро, 5480-5558 / 1720-1797) — знаменитый ученый-талмудист, гордость восточно-европейского еврейства.