«Кто за Б-га – ко мне!» — Глава 26 — Доверие к мудрецам Торы (эмунат хахамим)

Редакция «Беерот Ицхак» благодарит правнучку рава Шимшона Рафаэля Гирша рабанит Хаву Крускаль за право переводить ее книгу на русский язык и неоценимую материальную поддержку. Все права на данный материал защищены! Редакция «Беерот Ицхак» не дает права на перепечатку либо копирование данного материала в любой форме, кроме как с разрешения рабанит Хавы Крускаль. Данная книга основана на реальных исторических фактах и написана в оригинальной форме ради удобства восприятия материала читателем.

Глава 26. Доверие к мудрецам Торы (эмунат хахамим)

Рав Азриэль Гильдесхаймер, раввин ортодоксальной общины Берлина под названием «Кааль Эдат Исраэль», внимательно слушал известия, которые привез посланник из Святой Земли.

– …а миссионеры в Иерусалиме совсем распоясались! Они ловят своих жертв с большой легкостью: это несчастные дети, о которых некому позаботиться!

– Сироты? – с болью спросил рав Гильдесхаймер.

– Да, именно так! Так что Вы, рав, наверняка понимаете, к каким страшным результатам приводит «забота» миссионеров об этих сиротах…

– Что в этой ситуации можно предпринять? Наша организация, «Союз по делам Эрец Исраэль» немедленно возьмет на себя спасение еврейских детей! – сказал рав Гильдесхаймер, который и был основателем «Союза».

У посланника уже был готовый ответ:

– Мы слышали, что есть рекомендация создать в Иерусалиме сиротский дом. Воспитание и образование в сиротском доме будет, разумеется, основано на изучении Торы: ТаНаХа, Талмуда и трудов законоучителей. В дополнение к этому дети будут обучаться светским дисциплинам, которые подготовят их к самостоятельной жизни.

– Прекрасная идея! – воодушевился рав. – Это может быть настоящим спасением! А кто предложил эту программу?

– Генрих Герц после своего посещения Иерусалима, – ответил посланник.

Рав Гильдесхаймер помрачнел:

– Герц? Этот вероотступник, притворяющийся Б-гобоязненным евреем, который на самом деле учит своих учеников отрицать слова наших мудрецов. Что у нас может быть общего с ним и его предложениями?

Он помолчал, постукивая пальцами по столу, и собрался с мыслями. В конце концов он сказал:

– Перед нами проблема, которая, возможно, является угрозой для жизни – в духовном плане – для этих детей. Может быть, стоит провести эту программу в жизнь, несмотря на то, что ее инициатором является тот самый Герц.

Раввины Иерусалима, во главе которых стояли величайшие мудрецы Торы рав Йеошуа Лейб Дискин и рав Шмуэль Салант, были резко против образовательной программы, которая включала бы светские предметы, и выступили с однозначным протестом.

Рав Гильдесхаймер обратился к раву Гиршу с просьбой присоединиться к его предложению и построить интернат для сирот, где система образования будет подобна той, которая существовала в школе рава Гирша во Франкфурте.

Рав Гирш написал ему ответное письмо, в котором напомнил, что идея создать на Земле Израиля такой интернат, чтобы спасти сирот от рук миссионеров и поднять их культурный уровень, была выдвинута Герцем. Далее рав Гирш писал, что человек, воспитанный на доверии к мудрецам Торы, не может положиться на свидетельство и рекомендации Герца, поскольку «в своих трудах он осмеливается писать лживые идеи и дерзко искажает слова мудрецов, чтобы вызвать пренебрежение к ним».

Однако главное объяснение протесту против образовательной программы в интернате, как писал рав Гирш своем послании, было таково: «Точно так же, как, лишь живя в Берлине, можно установить мнение о том, что будет хорошим и полезным для евреев Берлина, и так же, как во Франкфурте знают, что принесет пользу евреям Франкфурта, – так наши братья и раввины, находящиеся в Святой Земле, и только они, могут знать, что подходит им, что принесет им пользу и благо».

[Примечание редактора. Великие мудрецы Торы на Святой Земле, безусловно, не оставили еврейских сирот без попечения. Рав Йеошуа Лейб Дискин, а впоследствии его сын, рав Ицхак Йерухам, приложили немало усилий, чтобы спасти еврейских детей. В 1880 году в Старом Городе был открыт первый приют, известный как «Сиротский дом рава Дискина».

После смерти рава Йеошуа Лейба Дискина его сын, рав Ицхак Йерухам, продолжил дело отца по спасению еврейских сирот. Приют переезжал в новые, более просторные здания, пока в 1927 году не обосновался на въезде в иерусалимский район Гиват Шауль. В наши дни в этом здании находится ешива. Потомки семьи Дискин основали благотворительный фонд с отделениями в Израиле, США и Канаде. Эта организация и в наши дни помогает еврейским сиротам на Святой Земле.]

Согласно позиции рава Гирша, не следовало издалека вмешиваться в любую возникающую проблему, поскольку только местные знатоки Торы, знающие ситуацию во всех ее аспектах, имеют право и власть руководить общиной согласно своему видению и оценке. Если духовные лидеры Иерусалима выражают протест – мы не имеем право устанавливать, что хорошо для их общины.

Рав Гирш посоветовал раву Гильдесхаймеру оставить эту идею, поскольку был проникнут настоящим доверием к мудрецам Торы и считал, что нужно вести себя в соответствии с правилом: «Мудрец должен принимать решение, исходя из той действительности, которую видят его глаза».

От редакции. В 25-й главе книги «Кто за Б-га – ко мне!», опубликованной в номере 103, была допущена существенная ошибка. Приведенный ниже отрывок

На протяжении более чем десятка лет рав Калишер вновь и вновь предпринимал попытки привлечь рава Гирша на помощь сионистскому движению, пока его самого в итоге не обвинили в том, что он (рав Калишер) задерживает приход геулы. Рав Гирш отреагировал на это так: «Я просил не примешивать меня к этому делу, так как то, что они считают великой заповедью, – в моих глазах немалый грех»!

следует читать следующим образом

На протяжении более чем десятка лет рав Калишер вновь и вновь предпринимал попытки привлечь рава Гирша на помощь сионистскому движению, пока в итоге не обвинил рава Гирша в том, что он задерживает приход геулы. Рав Гирш отреагировал на это так: «Я просил не примешивать меня к этому делу, так как то, что они считают великой заповедью, – в моих глазах немалый грех»!

Приносим наши извинения за допущенную ошибку!

Перевод – Л. Г. Шухман