Недельная глава Кдошим

Недельная глава «Кдошим» из книги рава Ицхака Зильбера «Беседы о Торе» В главе «Кдошим» («Святы») говорится, что каждый еврей обязан быть святым.

Она содержит пятьдесят одну заповедь и насыщена предписаниями и запретами: слушаться (букв. «бояться») родителей, не проявлять интерес к обычаям идолопоклонников, не есть мясо жертвенных животных в неположенное время, не употреблять в пищу плоды дерева в первые три года после посадки, уважать пожилых людей и мудрецов (знатоков Торы), соблюдать точность в мере и весе… Мы остановимся лишь на некоторых. Итак, предыдущая глава закончилась требованием «не оскверните себя…

Я — Г-сподь, ваш Б-г». Новая начинается предписанием: «Будьте святы, ибо свят Я, Г-сподь, ваш Б-г» (19:2). Какая разница между словами «не оскверните себя»

и «будьте святы»? Вроде бы это одно и то же, как призывы «не пачкайтесь» и «будьте чисты». Но так же, как существует разница в оттенках во второй паре выражений, есть и разница в уровнях — в первой.

«Не оскверните себя» — это нижняя граница святости. «Будьте святы» — это указание на то, что в святости можно подниматься все выше и выше.

Существуют разные уровни святости, и им нет конца. Рамбан в комментарии к началу этой главы говорит, что есть люди, которые формально не нарушают заповеди Торы, — но при этом манера их поведения мешает достижению святости. Таковы непристойная, развязная речь, обжорство, неряшливость, пьянство, похотливость. Можно, увы, быть низким человеком и в рамках законов Торы.

Так вот: глава «Кдошим» говорит о более высоких вещах, чем только «не оскверняйтесь». Она содержит правила соблюдения святости. При словах «святой человек»

большинство из нас готовы сразу же представить себе мудрого всеведущего старца, непременно с длинной седой бородой, великого знатока Торы и кабалы, который все свое время проводит в молитве и изучении святых книг. Но дело обстоит совсем не так. Оказывается, любой еврей, у кого есть возможность и желание развратничать и который, тем не менее, сумел это желание в себе подавить, называется святым. И человек, отказывающийся от некашерной пищи, тоже называется святым.

Законы о запрещенной пище и запрещенных половых отношениях Рамбам так и называет: исурей-кдуша — «запреты ради святости». Свят человек, который не ест трефное мясо и мясное вместе с молочным. В главе «Шмини», где перечисляются запрещенные в пищу животные, прямо сказано: «Не оскверняйтесь ими… ибо Я — Г-сподь, ваш Б-г, и освящайтесь, и будьте святы»

(11:43, 44). Любой еврей, отказывающийся от запрещенной ему пищи, хотя он голоден, — свят. Сказано в Мидраш раба (Бемидбар, 9:7): «Евреи называются святыми, если остерегаются разврата». В главе «Кдошим»

перед перечислением запрещенных половых связей сказано: «И освящайтесь, и будьте святы, ибо Я — Г-сподь, ваш Б-г» (20:7). Значит, если, например, человек полюбил чужую жену, но удерживается от греха, — он уже святой. Свят мужчина, который не сближается с женой, пока она не окунется в миквэ.

Глава «Ахарей мот», говоря о запрещенных половых отношениях, предупреждает: не оскверняйтесь гнусными обычаями народов, живших на этой земле прежде вас (18:30). А стих в главе «Кдошим» (19:2) подтверждает: не нарушайте эти запреты — будьте святы. В другом стихе этой же главы, по завершении перечня наказаний за нарушения, снова повторяется: «Будьте же Мне святы».

Мы, евреи, должны быть святы во всем: и во взаимоотношениях с людьми, и в выборе пищи, и в семейных отношениях. По правде говоря, не всегда легко быть святым. Вспоминаю две истории. Был у меня друг, благословенна его память (по понятной причине не называю имени), удивительно красивый и талантливый молодой человек.

Он работал на предприятии в Москве, в бухгалтерии, и заметил, что одна привлекательная молодая сотрудница неравнодушна к нему: ищет повод побыть рядом, вертится перед глазами, кокетничает… Однажды вышло так, что после рабочего дня во всем здании остались только он и эта женщина. Зная себя и свою природную пылкость, он, как и положено еврею (вспомните Йосефа), чтобы избежать соблазна, просто-напросто удрал домой, бросив все срочные дела и рискуя навлечь на себя неудовольствие начальства. Такая победа над собой дается нелегко, недаром он потом поделился со мной этим переживанием.

Вторая история такова. Не то в тридцать седьмом, не то в тридцать восьмом году сотрудница спецчасти вызвала одного еврея и сказала, показывая какие-то документы: «Этого достаточно, чтобы ты сел. Но ты мне нравишься. Будешь со мной — я все это уничтожу».

Что делать? На правосудие рассчитывать в те годы не приходилось. Чтобы выиграть время, он несколько раз пригласил ее в кино. А потом исчез из города, скрылся, бросив дом, родных, работу, порвав все связи, чтобы начать все заново на новом месте.

Мне известна его дальнейшая судьба: он построил хорошую еврейскую семью и воспитал прекрасных детей. О значении испытания в жизни и его преодолении мы не раз уже говорили (в связи с главой «Ваера» книги «Брешит», например). Всегда надо помнить: не было еще случая, чтобы Всевышний подверг человека испытанию и не дал сил его выдержать.

В этой главе много говорится о святости во взаимоотношениях между людьми. Святость, оказывается, состоит в том, чтобы оставлять для бедных край поля, сада и виноградника (то есть не снимать с него урожай), не подбирать опавшие в поле и на винограднике колосья и ягоды, не задерживать выплату заработка наемному работнику, не мстить, не помнить зла и не проклинать, любить ближнего как себя, не говорить о людях дурно и не сплетничать, и еще во многом другом. Процитируем полностью начало главы. И Г-сподь говорил Моше так: «Обратись ко всей общине с такими словами: “Будьте святы, ибо свят Я, Г-сподь, ваш Б-г.

Бойтесь каждый своей матери и своего отца, и субботы Мои соблюдайте. Я — Г-сподь, ваш Б-г. Не обращайтесь к идолам и не делайте себе литых богов. Я — Г-сподь, ваш Б-г”»

(19:1—4). Какая связь между требованием бояться родителей, то есть почитать их, не возражать им и не оспаривать их суждений, не садиться на их обычное место за столом и т.п., и соблюдением субботы? Этот момент мы уже отмечали, говоря о главе «Итро» книги «Шмот».

Остановимся на нем несколько подробнее. Представьте себе, что отец или мать попросили вас вскипятить чай или купить что-нибудь в субботу. Как быть? Ответ прост: и отец, и сын подчинены Творцу.

Поэтому хотя каждому предписано «бойтесь матери и отца», но — «субботы Мои соблюдайте», так как «Я — Г-сподь, ваш Б-г» — Б-г и отца, и матери, и ваш. И это касается любого поступка, о котором просят вас родители, но который запрещен Всевышним. И вы, и родители подчинены воле Создателя!

А что значит «не обращайтесь к идолам»? Не занимайтесь изучением законов и обычаев служения идолам. И это относится не только к прямому язычеству, но и к самым «изысканным» явлениям культуры, вроде церковной архитектуры и музыки.

Зачем дальше добавлено «не делайте себе литых богов»? Разве первое уже не содержит в себе второе? Не совсем. Не делайте, даже если вы не собираетесь к ним обращаться.

Строгость запрета усилена до того, что не только для самого себя, но и для нееврея еврей не должен изготовлять предметы языческого культа. Ни за какие деньги на свете. Это запрещено даже в ситуации, когда хозяин-нееврей приказывает рабу-еврею помочь ему в изготовлении или установке идола. Заметил раби Давид-Моше из города Чорткова: все три стиха, следующие один за другим, кончаются словами «Я — Г-сподь, ваш Б-г».

Почему? Раби объяснил это так. Речь идет о трех разных периодах духовного состояния народа. Бывали времена, как, например, лет двести назад, когда евреи были усердны и в изучении Торы, и в службе Б-гу — в молитве — и делали много больше, чем обязаны.

О таком периоде Всевышний говорит: «Это Мои люди! Я — Г-сподь, ваш Б-г». Времена эти прошли, рвение к Торе и молитве заметно ослабло. Но такие заповеди, как требование уважать родителей и освящать субботу, соблюдались крепко.

Творец еще говорит: «Я — Г-сподь, ваш Б-г». Наступили плохие времена, уменьшилось уважение к родителям, небрежнее соблюдается суббота. Но если сохраняется хотя бы вера в Б-га («Не обращайтесь к идолам и не делайте себе литых богов»), не носят еще еврейские парни комсомольские значки и не голосуют за «Мерец» — все еще «Я — Г-сподь, ваш Б-г».

Создатель старается видеть хорошее в Своем народе. В рассматриваемой главе содержатся два запрета на проклятия. Сказано: «Не проклинай глухого» (19:14) — человека, который не слышит проклятий, а значит, не переживает из-за нанесенной ему обиды.

Говорится также: «Всякий, кто проклянет своего отца или свою мать, должен быть предан смерти» (20:9). В главе же «Мишпатим» книги «Шмот»

мы читали: «Судью не проклинай и вождя твоего народа не проклинай» (22:27). Под вождем подразумевается царь, который ведет себя достойно, как полагается главе еврейского народа. Итак, Тора запрещает проклятия и при этом конкретно указывает, кого проклинать нельзя.

А проклинать не глухого, и не судью, и не вождя народа, и не родителей — можно? Тора приводит в пример разных людей: от самого незначительного — глухого — до самого выдающегося — вождя, чтобы сказать нам: проклинать нельзя никого. И самого себя в том числе. Следом за запрещением проклинать Тора запрещает злословить и сплетничать.

В главе «Тазриа» мы говорили о проказе как наказании за злоречие. Сам же запрет на злословие дан в этой главе. Сказано: «Не ходи сплетником в твоем народе; не стой у крови твоего ближнего»

(19:16). В стихе содержатся два запрета. Почему они объединены? …Дело было в России.

Моего соседа задержали за нечто, нигде, кроме как в тех краях, не наказуемое. Надеясь помочь, друзья рассказали об этом знакомому следователю, тоже соседу. Тот обещал: «Я немедленно переговорю с кем надо, и его выпустят». И тут приходит болтун и рассказывает, что на одном вечере арестованный якобы отозвался об этом следователе как о халатном работнике.

Тот вскипел: «Не буду я за него хлопотать, пусть сидит!» Человек был осужден и отсидел полный срок. «Не стой у крови твоего ближнего» означает, что если кто-то попал в беду, надо сделать все возможное, чтобы его спасти, — нельзя стоять в стороне.

Но если вы нарушили запрет «не ходи сплетником в твоем народе», может случиться, что человек, обидевшийся на другого из-за сплетни, откажется прийти ему на помощь. Талмуд (Авода зара, 19б) рассказывает, что рав Александри однажды возгласил: «Кто желает долголетия?» Пришли к нему люди за секретом долгой жизни. Он открыл им книгу «Тhилим»

и прочел в псалме 34-м: «Кто человек, желающий жизни, любящий дни, чтобы видеть благо? Оберегай язык твой от зла…» Что называется сплетней и кто называется сплетником? Тот, кто пересказывает слова одного человека о другом, сообщая при этом факты, которые, став общеизвестными, могут этому второму повредить.

Даже если эти факты подлинны — он творит зло. Настолько большое, что иногда это приводит к разрушению устоев мира. Только в одном случае можно говорить такую правду: если вы уверены, что принесете этим пользу (например, предупредите человека, что компаньон, с которым он собирается открыть дело, — аферист и может его обмануть). Но и при этом соблюдаются определенные условия.

Правила, кому и когда можно и когда нельзя сообщать такие вещи, достаточно сложны. В каждом конкретном случае надо обратиться за советом к раввину. Раби Исраэль-Меир hа-Коhен написал целую книгу о том, как осторожно надо обращаться со словом. Три ее главных принципа — не сплетничать, не слушать сплетни и не доверять сплетням, если уж их услышал.

Книга эта называется «Хафец хаим» — «Жаждущий жизни». Раби издал ее анонимно, и весь еврейский мир был поражен: среди нас появился великий человек! Поскольку у евреев все решает личное поведение, а не призывы, которые человек произносит, то, как рассказывают, зачастили к раби Исраэлю-Меиру «лазутчики».

Они заводили с ним разговоры на разные темы, чтобы проверить, не проговорится ли он, не скажет ли что-либо из категории лашон hа-ра. Но такого не случилось ни разу! И «лазутчики» объявили, что раби Исраэль-Меир выполняет все, что написал в своей книге.

По ее названию раби hа-Коhен, духовный вождь евреев Восточной Европы, один из крупнейших авторитетов в современном иудаизме, и стал известен впоследствии как Хафец Хаим. «Не мсти и не помни зла сынам народа твоего, и люби ближнего твоего, как самого себя. Я — Г-сподь» (19:18).

Здесь в одном стихе мы находим три заповеди. Талмуд (Йома, 23а) объясняет, как понять «не мсти» и «не помни зла». Скажем, кто-то попросил соседа одолжить ему серп, а тот отказал.

Назавтра отказавший в одолжении, в свою очередь, просит дать ему на время топор. И если первый говорит второму: «Ты мне отказал, так и я тебе не дам», — это называется мстить. А если он дал ему топор, но сказал при этом: «Я не то, что ты, ты-то мне серпа не одолжил», — он проявил злопамятность. Весь еврейский народ — как единый человек.

И у каждого своя роль. Один — голова, другой — рука, третий — нога и так далее. Каждый занимает свое место в цельном организме — народе Израиля. Если уж так случилось, что человек упал и ушиб руку, глупо бить ногу за то, что она споткнулась о камень.

А что значит «люби ближнего твоего, как самого себя»? Это значит — относись к здоровью, имуществу и достоинству другого, как к собственному. И старайся, чтобы между людьми царил мир. Как связаны между собой эти три заповеди?

Очень просто. Что мешает нам любить? Злоба и мстительность. Соблюдай две заповеди из разряда ло таасэ (не мсти и не злись) — и сможешь выполнить заповедь из категории асэ (любить).

Но что связывает эти три заповеди: не мсти, не помни зла и люби ближнего, как самого себя, — со словами «Я — Г-сподь»? Как-то очень давно слышал я такой рассказ. Есть в нем что-то от сказки про доброго царя, но в его основе, как подсказывают некоторые детали, лежит реальный факт. Впрочем, это и не важно.

Можете отнестись к нему как к притче. История эта произошла как будто бы после девятьсот пятого года, во время столыпинской реакции. Один еврей оказался в очень тяжелом положении: работы не было, долгов уйма, дочь обручил, а свадьбу сыграть не на что. Он вспомнил о друге детства, с которым учился в хедере и который стал потом купцом первой гильдии и поселился в Петербурге.

Решил еврей поехать в Петербург и обратиться к товарищу. Купец тепло его принял: и работу предложил, и сумму ссудил достаточную, чтобы покрыть долги и сыграть свадьбу, — короче, все учел, вызволил из беды. Прощаясь, гость сказал ему: «Ты выполнил заповедь “люби ближнего, как самого себя” полностью. Приеду домой — напишу тебе».

Прошло недели две, а от уехавшего — никаких вестей. Странно! Что произошло? В Петербурге, как вы, наверно, знаете, евреям, за исключением купцов первой гильдии, жить запрещалось.

И вот, когда этот иногородний еврей спешил на поезд, вдруг раздались выстрелы. Он побежал еще быстрее — и привлек к себе внимание полиции. Его задержали. Приезжий путался в ответах, потому что не хотел говорить, где был, и полиция признала его виновником только что совершенного убийства генерала.

Купец увидел объявление о предстоящей казни террориста. Он пришел посмотреть на казнь, и у него потемнело в глазах: его бедного товарища приняли за преступника! Купец прорвался к виселице с криком: «Вы казните невинного! Это я убил!

Вешайте меня!» Его товарищ, уже прочитавший предсмертную молитву, испугался: повесят его благодетеля! И тоже закричал: «Неправда! Это хороший человек!

Убийство совершил я!» Все растерялись — что за безумцы? Наперебой рвутся в петлю! На площади присутствовал царь.

Он велел остановить казнь и разобраться, в чем дело. В конце концов никого из них не повесили, а царь сказал: «Я вижу двух друзей, готовых отдать друг за друга жизнь. Я властелин огромной страны, но у меня таких друзей нет. Возьмите меня третьим!»

Если мы выполняем заповедь «люби ближнего, как самого себя», то Б-г хочет быть и будет с нами «третьим», то есть будет нам помогать. И то же касается двух других заповедей в этом стихе: «не мсти», «не помни зла» — и Б-г будет с тобой.