Недельная глава Мишпатим

Восточные истории, комментирующие недельную главу Торы. ודל לא תהדר בריבו «И нищему не потворствуй в тяжбе его» (23: 3) Раби Исраэль Абухацира (Баба Сали), будучи одним из руководителей общины города Тафлиэля (Марокко), должен был разбирать судебные тяжбы, и, как заповедано, руководствоваться исключительно законами Торы, а не имущественным положением тяжущихся. Однажды пришёл к Баба Сали богач, дабы востребовать свои деньги с бедной вдовы, не выплатившей долг.

Пришла и вдова с пустыми руками и глазами, полными слёз. Дом вдовы был пуст, не было у нее ни копейки, а богач требовал причитающиеся ему деньги. Баба Сали постановил, что вдова должна вернуть долг. Он огласил решение суда плача, слёзы текли из глаз, а глаза буравили жестокосердного богача, отнюдь не нуждавшегося в деньгах вдовы.

Жалоба его была мелочной и проистекала из душевной чёрствости. Увидел богач слёзы рава и его взгляд, испугался и тут же заявил, что прощает долг. И все трое вздохнули с облегчением! כל-אלמנה ויתום לא תענון “Никакой вдовы, ни сироты не притесняйте” (22: 21) Ришон лецион Нисим Хаим Моше Мизрахи, живший два с половиной столетия тому назад, отличался не только глубокими знаниями Торы, но также скромностью и добросердечием.

Дело было в разгар лета. Шёл рав в жаркий полдень по улице и увидел женщину, несущую поднос с тестом, готовым к выпечке. В те времена не пекли в доме. Помощник пекаря ходил по домам, собирал подносы с тестом и относил их в пекарню.

Там за несколько монет выпекали хлеб и разносили по домам уже готовый. Увидел рав, что пожилая женщина несёт тяжёлый поднос, и спросил: “Где помощник пекаря, ведь это его обязанность нести тесто в пекарню?” “Я звала его, — вздохнула женщина, — но он не захотел придти. Я — вдова, и некого мне послать с подносом. А тесто поднимается и может скиснуть”.

“Дай мне поднос”, — сказал рав. Женщина колебалась, но рав настоял: “Я приказываю тебе, ты обязана дать по закону Торы!” Женщина передала поднос раву, и тот понёс его в пекарню. Когда пекарь увидел рава с подносом, слова застряли у него в горле, но он все же спросил: “Рав? Что это значит?

Почему рав не послал за моим помощником? Разве достоинство рава позволяет нести поднос по улице?” “Ты меня удивляешь, — ответил рав. — Если твой помощник не выполняет заповеди уважения к вдове, то почему он поспешит ко мне в дом? Ведь это не мой поднос, а поднос вдовы, к которой он отказался придти…” וכי-יגנב איש שור או-שה וטבחו או מכרו חמשה בקר ישלם תחת השור וארבע-צאן תחת השה “Если украдёт кто быка или овцу и зарежет его или продаст его, то пять быков заплатит за быка, а четыре овцы за овцу” (21: 37) Раши объясняет, что овца у вора на плече позорит его в глазах окружающих, посему Г-сподь облегчил его выплаты (т.е.

вчетверо, а не впятеро). Один человека разводил индеек, и была среди них птица с ярким красивым оперением. Хозяин очень дорожил ею, кормил лучшим зерном, а на ночь всегда запирал в сарай, ключ от которого прятал в особом месте. Однажды утром пришёл хозяин открыть сарай и увидел, что дверь открыта, а птицы нет!

Поднял хозяин крик. Собрались соседи и начали его успокаивать: “Стоит ли надрываться так из-за пропавшей птицы? Криком делу не поможешь, лучше подумай, кто мог ее взять”. Вспомнил хозяин, что сосед следил за ним и видел, где он положил ключ.

Нет сомнения, сосед — вор! И хотя уязвлённый сосед утверждал, что не брал индейки, вызвали его на суд Торы к раву Ицхаку Ихье Алеви. Увидел рав соседа в рваной одежде, изнурённого голодом, послушал его объяснения, и понял, что бедность сбила его с пути истинного: не удержался он от искушения и решился на кражу. Что делать?

С одной стороны говорится: “И нищему не потворствуй в тяжбе его”, с другой — как можно поставить на человеке позорное клеймо вора из-за одного случая. Обратился рав к хозяину птицы с вопросом: “Ты видел, что сосед украл?” “Нет”, — признался хозяин. “Если так, то как ты осмелился обвинить соседа публично? Так не делают!

Хочешь я расскажу тебе, что вчера произошло? Вечером ты забыл закрыть курятник, индейка убежала, и сосед нашёл её! Он хотел вернуть птицу, но ты стал кричать о краже, и как ему было вернуть тебе её, избежав обвинения в краже?”. Обрадовался сосед и сказал: “Верно, раби, так и было!” И всё вернулось на своё место в мире и согласии.

Публикуется с разрешения издательства « Швут Ами »