Недельная глава Ваикра 2

Краткие очерки на тему недельного раздела Торы Содержание раздела Воззвав к Моше из Шатра Откровения, Б-г сообщает ему общий порядок храмовых жертвоприношений. Первая категория называется олот , жертвы всесожжения. Животное (обычно быка) приводят к входу в Мишкан . Хозяин возлагает руки на его голову.

Затем быка режут, и коэн окропляет его кровью жертвенник. С животного снимают шкуру, вынимают внутренности, разрезает тушу на части и раскладывают их на жертвеннике. Так же обрабатывают жертвы всесожжения из мелкого рогатого скота и птиц. Далее описаны различные виды «хлебных даров»

( менахот ), которые готовят из муки, оливкового масла и ароматных благовоний. Часть от менахот сжигали на жертвеннике, остальное шло в пищу коэнам. В хлебные дары запрещено добавлять закваску и мед. Следующая группа жертвоприношений — шламим , мирные жертвы, для которых также используют быков, овец и коз.

В отличие от олот , лишь малую часть этих жертв сжигают, а большую — съедают. Нельзя, однако, употреблять в пищу кровь и хелев — определенный вид нутряного жира. Далее описаваются жертвоприношения, искупающие преднамеренные грехи, совершенные первосвященником, всей общиной, ее лидерами и рядовыми членами. Приведены детали грехоочистительных жертв, искупающих лжесвидетельство в суде, ложные клятвы, нарушение законов ритуальной чистоты и другие прегрешения.

Каждое жертвоприношение должно сопровождаться искренним раскаянием и возмещением материального ущерба, если таковой имел место. Если нет денег для покупки жертвенного животного, разрешается заменить его более дешевым хлебным даром. В конце раздела говорится о жертвах, которые должны приносить люди, случайно злоупотребившие святыней или доверием ближнего, либо совершившие другой грех по неведению. Ученье — свет…и спасение «И сказал Б-г Моше, говоря…»; «скажи сынам Израиля, говоря…»

Такие вступления часто встречаются в Пятикнижии. В начале следующего раздела Цав Б-г повелевает Моше: « Цав эт-Аарон веэт-банав лемор — Повели Аарону и его сыновьям, говоря…» Зачем Тора прибегает к такому лексическому удвоению: «сказал… говоря», «повели…

говоря»? Хафец Хаим объясняет, что в случае с Аароном и сыновьями слово «говоря» добавлено не просто для усиления, чтобы подчеркнуть важность храмовых жертвоприношений. Тора хочет сказать, что заповедь корбанот не ограничивается одним лишь принесением жертвы; она распространяется и на изучение законов жертвоприношений.

Без учебы мицва считается невыполненной. Та же мысль содержится и в Пасхальной Агаде , где приводятся слова рабана Гамлиэля: тот, кто не говорил о песахе (пасхальной жертве), маце и мароре (горькой зелени), не выполнил свой религиозный долг, включающий в себя также съедение этих продуктов. В обоих случаях устное обсуждение мицвы является неотъемлемой и обязательной частью ее материального выполнения. Сегодня, когда из-за отсутствия Храма мы не можем приносить жертвы, изучение законов жертвоприношений приобретает особенно важное значение.

Более того: обращая внимание на регулярно повторяющийся в книге Ваикра рефрен «вот Тора (закон) жертвы всесожжения…», «а это Тора хлебного дара…» и т.д., мудрецы заключают, что всякий, кто изучает законы жертв всесожжения, хлебного дара, искупительной жертвы и пр., как будто самолично приносит эти жертвы — в установленное время и с соблюдением всех правил. В Торе есть много заповедей, которые мы не можем сегодня выполнять, например, законы ритуальной чистоты и нечистоты, проверки супружеской верности водами соты и другие, но законы корбанот занимают особое место: только в них речь, «служение устами», принимается в качестве замены действия, как говорил пророк Ошеа (14: 3): «И мы заплатим устами нашими за (жертвенных) быков». Такая казалось бы неэквивалентная замена не только допускается — она жизненно необходима.

В книге Зоар сказано: «Всякий, кто глубоко и сосредоточенно обсуждает тему корбанот в синагоге (месте молитвы) и в бейт мидраше (месте учения), будет избавлен от кары; даже ангелы, собиравшиеся огласить его грехи перед Высшим судом, смогут говорить о нем только хорошее». Столь велика мистическая сила изучения храмовых жертвоприношений: она превращает обвинителей в защитников. Берите пример с Амана Теперь мы сможем понять эпизод из талмудического трактата Мегила . Когда злодей Аман пришел к Мордехаю-еврею, чтобы по высочайшему указу воздать тому царские почести: одеть в великолепные одежды и провести по улицам персидской столицы на царском скакуне, он увидел, что его лютый враг изучает с другими мудрецами законы жертвоприношений.

В этот момент Мордехай обсуждал с коллегами законы кемицы , отделения горсти муки от хлебного дара. «Поразительно, — прокомментировал эту сцену Хафец Хаим. — Мордехаю и всем евреям грозит смертельная опасность, а он вместо того, чтобы искать пути спасения, спокойно учит законы корбанот !» Но только что приведенное положение из книги Зоар все объясняет.

Заслуга изучения корбанот трансформирует обвинение в защиту . Так произошло и в дни Пурима . Получив объяснение Мордехая, злодей Аман воскликнул: «Твоя горсть муки перевесила мои 10 тысяч кикаров серебра!» (Аман внес их в царскую казну за право истребить евреев.) Аман был далеко не глуп.

Он понимал, какая мощная духовная энергия скрыта в Торе и ее знатоках, как влияют храмовые жертвы на реальные события, даже если их не приносят в Святилище, а только изучают в убогом здании бейт мидраша. Неслучайно тема корбанот входит в текст ежедневных молитв. Если уж злодей Аман понимал их важность, то нам, его несостоявшимся жертвам, как говорится, Сам Б-г велел. Бегом от славы Уменьшенная буква «алеф»

в Ваикра , первом слове настоящего раздела, выражает идею скромности. В одном комментарии сказано, что поскольку корень алеф означает также учиться, приобретать знания, из этого следует, что изучать Тору необходимо со смиренным усердием. Мудрость Торы, ее глубокий смысл не войдут в сердце гордеца. Более того, сама цель изучения Торы состоит в том, чтобы культивировать в себе смирение, по примеру ее первого учителя Моше-рабейну, «скромнейшего из людей».

К раби Бунему из Пшиска пришел один еврей и спросил: «Мудрецы говорили, что надо бежать от почета, и тогда он сам придет к тебе. Я всю жизнь только этим и занимался, убегал от почестей, едва завидев их. Но они почему-то не спешат догонять меня. В чем дело?»

Раби Бунем внимательно посмотрел на гостя и ответил: «Из вашего вопроса мне стало ясно, что, убегая от почета, вы все время с надеждой оглядывались назад. Но как только вы поворачивали голову, почет думал, что вы сейчас повернетесь и броситесь к нему навстречу, и тогда он сам поворачивался и пускался наутек». Публикуется с разрешения издательства « Швут Ами »