Немецкая свинина, или о том, как я приехал на Маккабиаду, а попал в ешиву.

После синагоги я сидел дома перед куском свинины в тарелке, и не мог ее есть. В этот вечер я проиграл. Страх перед родителями заставил меня съесть бифштекс. До сих пор у меня во рту стоит его мучительный вкус...

В Германию я уехал с родителями лет семь назад. Мы жили на Украине, как все. И нам было интересно, как живется в Европе. Считали, что Германия — это центр Европы.

Ведь люди, которые сейчас живут на Украине или в России, считают, что Европа — это что-то особенное. Все началось с того, что отец мой просто так — на всякий случай — подал анкету. А когда пришло приглашение, стали серьезно об этом думать. В принципе, главной причиной был я.

В материальном плане они жили хорошо, у них был свой круг общения. Но родители решили ехать. Мне было семнадцать. Чтобы учиться в Германии в университете, надо перед этим закончить школу, то есть иметь аттестат на 13 лет, а мы на Украине учимся всего 10 лет.

Поэтому еще 3 года надо было доучиваться. Без языка как учиться в немецкой школе? Для этого нужны были полугодовые курсы. Я пошел на интенсивные языковые курсы.

А чтобы попасть на них, пришлось ждать больше года… Короче, потерял два года, чтобы попасть на тот уровень, на котором я был на Украине. В Германии это нормально… Когда я учился там в школе, компания была не очень …

ребята, с которыми я общался, потянули меня за собой, я вошел в круг сомнительных удовольствий. В какой-то момент почувствовал депрессию, стал хуже учиться в школе, остался на второй год. Было внутреннее неудовольствие. Разочарование…

И я решил пойти в синагогу. Такая мысль была давно. Так в пятницу вечером я в первый раз попал в синагогу. После синагоги я сидел дома перед куском свинины в тарелке, и я не мог ее есть.

Внутри развернулась настоящая борьба. Я был уверен, что маме это не понравиться… В общем, в этот вечер я проиграл. Страх перед родителями заставил меня съесть бифштекс.

До сих пор у меня во рту стоит его мучительный вкус… Второй раз, придя из синагоги, все повторилось. С таким же куском в тарелке у меня опять началась внутренняя буря, но я нашел в себе силы и выдавил : — Сегодня я не буду кушать свинину. Тут началось!

Они меня атаковали: — Ты зомбирован! Мы теряем сына! Ты наш единственный ребенок! Родители мои — люди достачно развитые.

Отец — сильная личность, бизнесмен, мама — учитель фортепиано, любит искусства: выставки, театры, обожает музыку… Но поменять их мнение очень тяжело. У них есть свой образ мышления. Религию они не принимают.

Им было трудно… Тогда это был скандал — моя мама знала случаи, когда дети ее сотрудников ударились в религию и перестали общаться с родителями. Но я не кушал свинину, это был важный шаг. Мама очень испугалась.

Неприятная ситуация продолжается и сейчас. Хотя сейчас они немного смирились. Но смирились не потому, что поняли, что это не так плохо, а просто увидели, что меня нельзя изменить.Что у меня своего рода сдвиг по фазе. В Израиль я попал в том году в первый раз: наш Сохнут организовывает бесплатные ознакомительные поездки, особенно для учащихся университетов.

Второй раз попал в Израиль, потому что один знакомый мой раввин — он сам хабадник — предложил мне поехать: они в Кфар-Хабад делали программу для «немцев». Тут мне пришло приглашение на Маккабиаду — еврейские международные спортивные игры. Я решил разбить поездку: частично для ешивы, частично для Маккабиады. Так я оказался здесь.

Сейчас я учусь в ешиве « Толдот Йешурун », по их программе при ешиве «Мир» . Рав Эльман мне сказал, что ешива «Мир» — одна из самых лучших в мире или даже самая лучшая в мире.

В то время, что там на Маккабиаде другие играют в шахматы, тренируются и соревнуются, я здесь … Пока меня устраивает все. Сложности в моем отсутствии опыта учить Талмуд, и в очень слабом знании иврита. Чего-то, что мне не подходило бы здесь, — я не вижу.

Пока мне больше нравится с хаврутой , то есть один на один с преподавателем. Когда сижу на уроке, преподаватель практически не может заниматься моими личными вопросами. Родители очень переживают, — я у них один. Я вижу единственный способ, как можно помочь, чтобы кто-нибудь им объяснил.

Но пока они не согласны слушать. Отец пытался на меня давить. Я ему аккуратно показывал, что он живет неправильно. Поскольку человеку 50 лет, у него свой образ жизни, на аргументы он не отвечает.

Его слова: «Ты меня не переубедишь.» Я вижу, как в Германии некоторые евреи «освинячиваются». В общем, считаю, что лучше я папу переделаю, чем материальность жизни его засосет совсем, но похоже, что, судя по всему, моих сил на это не хватит… Каждый приходит в ешиву по-разному.

Но всегда в этом есть ашгаха — Провидение…