Почему нельзя просто быть обычным современным народом, как все остальные?

Б-гом Почему, если у нас уже есть своё государство, армия, язык и земля, религиозные евреи утверждают, что без Торы и соблюдения заповедей невозможно подлинное существование еврейского народа в Земле Израиля? Разве нельзя просто быть обычным современным народом, как все остальные? N. Отвечает рав Яков Шуб Уважаемый N., Большое спасибо, что обратились к нам.

Есть в истории народов особые связи между землёй и народом: язык рождается на родине, культура впитывает её воздух, память поколений укореняется в её ландшафте. Но связь еврейского народа с Землёй Израиля — иного порядка. Это не только историческая, национальная или культурная связь. Это связь Завета.

Земля Израиля, народ Израиля и Тора Израиля составляют неразрывное единство, которое невозможно разрушить без разрушения самой сущности еврейского бытия. В сердце каждого религиозного еврея во всех поколениях жила любовь к Земле Израиля. На протяжении тысячелетий, рассеянные по всему миру, евреи завершали Пасхальный Седер словами: «На будущий год — в Иерусалиме!», трижды в день молились о возвращении в Землю Израиля, плакали, произнося слова молитвы: «И да узрят глаза наши возвращение Твое в Цийон с милосердием» (благословение «Служение в Храме»

в молитве Амида). Для многих поколений возвращение в Землю Израиля представлялось почти недосягаемой мечтой, прекрасной и далёкой, как сказка. Но в наши дни эта мечта стала реальностью: Вс-вышний вернул Свой народ на его землю. И потому наша ответственность неизмеримо возросла — нельзя разочаровать Того, Кто спустя века изгнания вновь открыл нам врата Цийона.

Любовь к Земле Израиля пронизывает всю Тору. Это не просто территория, где должен жить народ; это место, избранное Вс-вышним для раскрытия Его присутствия в мире. Именно поэтому отношение к этой земле в Торе совершенно особое. Давайте посмотрим на это глазами самой Торы.

В недельной главе Ахарей Мот после перечисления запрещённых связей сказано: «А вы соблюдайте уставы Мои и законы Мои… Чтоб не исторгла земля вас, если вы оскверните ее, как исторгла она народ, бывший до вас» (Ваикра -28). Земля Израиля здесь представлена не как нейтральное пространство, а как живая духовная реальность, которая не терпит нравственной нечистоты.

Рамбан [i] в своем комментарии к этим стихам Торы объясняет: особенность Земли Израиля состоит в том, что она находится под непосредственным управлением Вс-вышнего. На все остальные земли воздействуют «небесные силы», но Земля Израиля — это удел Самого Творца. Поэтому нарушение заповедей здесь имеет совершенно иной вес. Отсюда и знаменитая идея Рамбана: хотя мы обязаны выполнять заповеди и вне Земли Израиля, их исполнение в изгнании — это лишь своего рода подготовка, «чтобы не были (заповеди) новыми для нас, когда вернёмся»

(комментарий к Ваикра ). Исполнение заповедей во всей полноте возможно только в Земле Израиля. Иными словами: если два еврея исполняют одну и ту же заповедь, один — в Земле Израиля, а другой — за ее пределами, сама духовная значимость исполнения в Земле Израиля выше, потому что здесь заповедь исполняется в месте своего «естественного раскрытия». Эту же идею развивает раби Йеуда а-Леви [ii] в своей книге «Кузари».

Когда еврейский мудрец собирается в Землю Израиля, он объясняет хазарскому царю, что истинное служение Всевышнему достигает полноты только в «Б-жественном месте», пригодном для пророчества и Шхины. Земля Израиля — не случайный географический пункт, а пространство, где небесное и земное соединяются. Рабби Менахем-Мендл из Витебска [iii], переселившийся в Тверию, писал в своих письмах («При а-Арец»), что человек, поднимающийся в Землю Израиля, должен словно заново родиться, чтобы обрести способность почувствовать её святость. Земля Израиля требует внутреннего преображения; она не раскрывается тому, кто приходит в нее только как в обычную страну.

Именно поэтому перед вступлением в Землю Израиля народ получает повеление: поставить большие камни на горе Эйваль и написать на них «все слова Учения этого (Торы этой)» (Дварим 27:2-8). Рав Йерухам Лейбович [iv] объясняет это удивительным образом: как на магазине размещают вывеску, чтобы каждый знал, что находится внутри, так и на входе в Землю Израиля Тора сообщает о главном содержании этой Земли: здесь царствует Тора. Земля Израиля без Торы?

Это противоречило бы самой сущности Земли Израиля. Эта истина была ясна даже простым евреям. Рав Йерухам вспоминал («Даат Тора», Дварим II, с. 210), как в детстве они смотрели с трепетом на посланников из Земли Израиля, приезжавших собирать средства для её жителей.

Для простого еврея было очевидно: Земля Израиля — это святость, это Тора, это сердце народа. И именно эту простую истину не поняли многие нерелигиозные основатели современного еврейского государства. Идея, возникшая в нерелигиозных сионистских кругах, заключалась в следующем: Тора помогла евреям выжить в изгнании, но теперь, когда есть государство, армия, правительство, язык и территория, надобность в Торе отпала. Теперь можно стать «как все народы».

Конечно же, можно оставить Тору, но только как фольклор, как культурное наследие — не как основу жизни. Однако эта идея внутренне несостоятельна. Во-первых, если еврейская идентичность строится только на национальной идее, она не выдерживает испытания временем. Любой национализм требует общего языка, территории, армии — но этого недостаточно, чтобы сохранить народ, рассеянный веками и собранный вновь.

История показала: попытка создать «нового еврея», лишённого Торы, создала поколение, для которого связь с Землёй Израиля стала слабой и условной. Многие, как мы видим сегодня, готовы оставить её ради предполагаемого удобства жизни в других странах. Во-вторых, если связь с Землёй Израиля не основана на Торе, исчезает сама уникальность этой земли. Не случайно в начале сионистского движения серьёзно рассматривались варианты Уганды, Аргентины и других территорий.

Для человека, не связанного с Торой, нет принципиальной разницы, где строить еврейское государство. Только Тора делает именно Землю Израиля незаменимой. Даже слова мудрецов «Заповедь жить в Земле Израиля равносильна всем остальным заповедям» (Сифри [v], Реэ 53; Тосефта [vi], Авода Зара 5:2) были искажены некоторыми идеологами: будто бы речь идет о том, что само проживание здесь заменяет соблюдение заповедей.

Но Рамбан объясняет эти слова противоположным образом: жизнь в Земле Израиля поднимает на новый уровень обязанность исполнения всех заповедей, потому что именно здесь они достигают полноты. Сфорно [vii] (комментарий Ваикра ) пишет, что еврейский народ в Земле Израиля живёт «выше естественного порядка», под особым Б-жественным управлением. Мы видим это и сегодня: само существование Израиля вопреки всем законам геополитики — свидетельство этой сверхъестественной реальности. Рамбан в драшe (толкование Торы с поучительным актуальным выводом) на Рош а-Шана сравнивает жизнь в Земле Израиля с пребыванием в царском дворце.

Если человек находится во дворце царя, он обязан особенно строго соблюдать царские законы. Можно ли представить, чтобы кто-то в царском дворце открыто отвергал власть царя — и надеялся остаться там безнаказанным? Так и в Земле Израиля: невозможно устойчивое существование еврейского народа без исполнения законов Царя — Торы. Даже наличие государства, армии, парламента и внешнего суверенитета не гарантирует подлинного пребывания на земле.

Талмуд (Мегила 11а), перечисляя изгнания, говорит и о греческом изгнании — хотя тогда евреи жили в Земле Израиля. Почему? Мааршо [viii] объясняет: когда народ находится под властью культуры, чуждой Торе, это тоже изгнание, даже если он физически на своей земле. Это страшно актуально и сегодня.

Можно жить в Иерусалиме — и быть в духовном изгнании. Если государство пренебрегает Торой, оскверняет святое, притесняет изучающих Тору, — это форма изгнания на своей собственной земле... Еврейский народ не может существовать в Земле Израиля как «обычный народ в обычной стране». Такая модель противоречит самой природе нашего избрания.

Мы не стали народом благодаря земле; мы получили землю благодаря Торе. И если попытаться оставить землю, отбросив Тору, земля сама отвергнет эту попытку. Тора — это душа народа. Земля Израиля — его тело.

Народе Израиля — живой союз души и тела. Разделить их невозможно. Поэтому будущее еврейского народа в Земле Израиля зависит не только от армии, экономики и политики. Оно зависит от того, вернётся ли народ к осознанию: наша сила — не в том, чтобы быть «как все», а в том, чтобы быть теми, кем нас создал Вс-вышний, — народом Торы на земле Торы.

С уважением, Яков Шуб [i] Раби Моше бар-Нахман, Рамбан (4954-5030/1194-1270, Испания — Эрец-Исраэль) — величайший законоучитель, комментатор Танаха и Талмуда, каббалист. [ii] Раби Йеуда бар-Шмуэль А-Леви (Галеви; ок. 4835-4901 / ок. 1075-1141; Испания, Северная Африка, Эрец-Исраэль) — выдающийся мудрец Торы и мыслитель, знаменитый поэт «Золотого века»

испанского еврейства. Автор классической философской книги «Кузари», написанной в форме диалога хазарского царя с еврейским мудрецом. [iii] Раби Менахем-Мендл из Витебска (5490-5548 / 1730-1788, Белоруссия, Украина, Эрец-Исраэль) — один из духовных лидеров хасидизма. Его сочинения и изречения были собраны в три книги: «При а-Арец»

(«Плод земли»), «При а-Эц» («Плод дерева») и «Эц При» («Плодоносное дерево»). В этих книгах нашла свое выражение аутентичная традиция, воспринятая им от основателей хасидизма.

[iv] Раби Йерухам а-Леви Лейвович (Лейбович) из Мира (5635-5696 / 1875-1936, Литва, Белоруссия) — выдающийся мыслитель и педагог, один из духовных лидеров этического движения Мусар. Записи его бесед были собраны учениками в книгах «Даат Хохма у-Мусар» («Учение мудрости и морали») и «Даат Тора» («Учение Торы»).

[v] Сифри (Сифрей) — сборник мидрашей-галаха (толкований законодательной части Торы) на книги Бемидбар и Дварим. [vi] Тосефта («дополнение», арам.), сборник галахических положений или преданий мудрецов Мишны, которые не были включены в Мишну, кодифицированную раби Йеудой а-Наси. [vii] Раби Овадья бар-Яаков Сапорно (Сфорно; ок. 5230-5310 /ок.

1470-1550, Италия) — знаменитый комментатор Писания. [viii] Раби Шмуэль-Элиэзер бар-Йеуда а-Леви Эйдельс (Маарша, Мааршо; 5315-5392 / 1555-1631, Польша) — выдающийся законоучитель и комментатор Талмуда.