Раби Менахем Каплан (Нахум Шамаш, Нохемке из Гродно)

Изучал Тору в ряде ешив литовского края, в том числе, и в знаменитой Воложинской ешиве Раби Менахем Каплан ( р. Нахум Шамаш ; р. Нохемке из Гродно ; 5592-5640 /1832-1880/ гг.) — выдающийся праведник. Родился в местечке Бейсигола, в очень бедной семье.

Изучал Тору в ряде ешив литовского края, в том числе, и в знаменитой Воложинской ешиве. После женитьбы р. Нахум создал собственную ешиву, в которой ученики были всего на несколько лет младше своего наставника. Среди его ближайших учеников был р.

Исраэль-Меир Акоэн (Хафец Хаим) , ставший духовным лидером следующего поколения евреев Европы. Хафец Хаим рассказывал, что ученики ешивы заметили: из ночи в ночь р. Нахум затворялся один в доме молитвы. И вот однажды Хафец Хаим, которому было тогда около пятнадцати лет, спрятался после вечерней молитвы в женской половине под одной из скамеек, и шамаш (служка), не заметив его, запер здание.

Около полуночи дверь снова открылась — вошел р. Нахум и погрузился в изучение одной из книг (Хафец Хаим понял, что это был кабалистический манускрипт). Внезапно юноша увидел огонь, вспыхнувший вокруг р. Нахума.

Он уже хотел кричать: «Гевалд! Пожар!», но почувствовал, что наставника окружал не такой огонь, «к которому мы привыкли». В трепетном молчании, «почти лишившись чувств», Хафец Хаим провел все время, пока р. Нахум учился, — и «как только тот закрыл книгу, огонь исчез».

До утра юноша пролежал, дрожа всем телом, в своем убежище. В зрелые годы Хафец Хаим повесил в своем доме портрет р. Нахума и учил своих детей и родных, чтобы они стремились «во всем походить на этого святого человека» ( Гдолей адорот ).

В двадцать один год р. Нахум поселился с семьей в г. Гродно — он был уже известным знатоком Торы и кабалистом, но отказывался занимать какой-либо из предложенных ему раввинских «тронов». Его жена и дети жили в доме тестя, а он проводил дни и ночи в доме учения, оставляя на сон не более трех часов в сутки.

Стремясь обеспечить его постоянным источником пропитания, руководители общины предложили ему стать шамашем (служкой) в том доме учения, где он занимался. Р. Нахум с удовольствием обслуживал знатоков Торы и наводил порядок в собрании книг ( Гдолей адорот ). Уже в годы молодости р.

Нахум начал заниматься сбором благотворительных средств для бедняков общины. Изо дня в день он обходил дома состоятельных горожан, собирая деньги, одежду и продукты питания, а затем разносил полученное по домам бедняков. В зрелые годы р. Нахум Шамаш посвятил делам благотворительности все свои силы и энергию: в любое время года, с утра до вечера, он посещал конторы, магазины и дома горожан, где его уже все знали и уважали, — на собранные средства он содержал сотни неимущих семей, не отказывая в поддержке и беднякам-иноверцам.

Р. Нахум знал потребности и нужды каждого из членов общины. Он старался оказывать помощь незаметно для посторонних глаз, проявляя особенную заботу о положении вдов, сирот и больных. Он привлек к своей работе специального счетовода, чтобы тот беспристрастно контролировал его приход и расход.

Для своей бедствующей семьи р. Нахум не откладывал из собранных средств ни гроша ( Гдолей адорот ). По вечерам, до самого позднего часа, р. Нахум давал уроки в доме учения — и для знатоков Торы, и для балабосов — ремесленников и торговцев.

На его субботние драшот (толкования Торы) собиралось большинство членов общины. На протяжении своей жизни р. Нахум много и тяжело болел, от голода и болезней умерли семнадцать его детей — но для самоотверженной помощи другим у него всегда оставались силы. Его любовная забота о других евреев не имела границ.

Однажды в его дверь постучал одетый в лохмотья нищий — он настолько продрог, что лязгал зубами. Р. Нахум накормил его и устроил на ночлег. В середине ночи странник тайно покинул дом, облачившись в теплый тулуп р.

Нахума, которым тот был награжден за многолетнюю работу шамашем . Когда в тот день р. Нахум явился в дом учения в лохмотьях, оставленных ему странником, один из знатоков Торы сообщил, что видел его тулуп на каком-то человеке, спешащем покинуть город. Молодые знатоки Торы собрались в погоню за похитителем, но р.

Нахум, остановив их, спросил очевидца: «Ну и как на нем сидел тулуп?». «Точно в пору», — ответил тот. «Тогда оставьте его в покое, — попросил р. Нахум.

— Он нищ и немощен, и может простудиться в такой мороз. А мне Всевышний даст другую одежду» ( Маасей авотейну , Ки теце ). «У таких людей, — говорил о р.

Нахуме его современник, главный раввин Минска р. Йерухам Перельман (Гадоль из Минска) , — от природы горячее сердце, и любовь к ближнему пламенеет в них, это своего рода дар Б-га, подобный пророческому; их поступки совершаются силою вдохновения, они жертвуют собою ради других» ( Р. Меир Гальперин, «Гадоль»

из Минска с. 166 ). Р. Нахум Каплан, р.

Нохемке (как его любовно называли евреи черты оседлости), умер восьмого хешвана 5640 /1880/ года. В его похоронах участвовали десятки тысяч человек — в том числе и иноверцы, которые также называли его цадиком (праведником) . Его жизни посвящена книга р. И.Д.

Миллера Толдот Менахем ( «Биография Менахема» ).