Родительский гнев в воспитании детей

После того как мы говорили про наказания (см. «Беерот Ицхак» №171), стоит еще раз обсудить гнев родителя. Это важно сделать прежде, чем мы перейдем ко второй части воспитательных методов: «правая приближает». Что это за эмоция -- гнев? Правомочна ли она? Существует ли «праведный гнев»? Что строит и что разрушает гневливый человек в доме, в воспитании детей?

В Коэлет (10:1) написано: «От мертвой мухи воняет и бродит елей умащения; небольшая глупость перевешивает ум и почет».

Можно себе представить большой сосуд с дорогим маслом, шемен рокеах (косметическое масло), которое имеет очень приятный запах. И вот, туда попадает маленькая трупная мушка и умирает. Тех миазмов разложения, которые привнесла в прекрасное масло маленькая мушка, достаточно, чтобы оно забродило и полностью испортилось, начав булькать и источать отвратительный смрадный запах. В принципе нелогично: почему большой сосуд с маслом должен испортиться от одной маленькой мушки?

В Талмуде (Брахот 61а) написано, что эта мушка -- это дурное начало, живущее между двумя половинами сердца. Почему муха? Видимо, потому что это живое существо продолжает терроризировать человека, сколько бы ее не отгоняли.

Вполне возможно, что мы видим человека, полного прекрасных душевных качеств, благоухающего добрыми делами, словно масло для умащения. У него удивительно острый ум, доброе сердце. Но если он не властен над своими дурными качествами, то все это прекрасное «масло» испортится. Он может потерять все, что имеет: дом, семью, любовь, детей. Он все испортит собственными руками!

В трактате Сота (3б) написано: «гнев в доме, как червяк в кунжутном семени», он разрушает дом. Далее написано, что это больше касается женщин (ведь женщины больше находятся дома и отождествляются с домом, но что касается воспитания -- и гнев отца может сильно навредить). Червяк в кунжуте сопоставим с размером кунжутного семечка, такой маленький, но вред от него огромный.

Почему гнев?

Почему мы говорим о гневе как о разрушительной силе, почему не обсуждаем другие отрицательные эмоции: обиду, вину, тревогу, горечь?

Человеку свойственно испытывать весь спектр эмоций, но от гнева подчас удержаться сложнее всего. Мы не говорим о недосягаемых задачах: не испытывать гнев вовсе. Наш случай -- человек, который пристрастился к гневу, он стал частью его жизни (у человека развилась адреналиновая зависимость от него).

Наши мудрецы в трактате Шаббат (105б) говорят: «Тот, кто в гневе рвет одежду, бьет посуду в гневе или разбрасывает имущество в гневе -- да будет в твоих глазах как поклоняющийся идолам. Поскольку такова специализация йецер а-ра, дурного начала: сегодня он говорит ему: "Сделай так", завтра "Сделай этак", пока не скажет ему: "Иди поклоняйся идолам", и он пойдет и будет поклоняться».

Наши мудрецы не сказали, что идолопоклонник -- каждый бьющий посуду, но только тот, кто делает это в гневе. Гнев приятен человеку, он дает ему ощущение силы, возбуждение (действие адреналина), и поскольку каждый раз нужно увеличивать дозу, человек постепенно все больше крушит вокруг себя. Голос дурного начала все громче, а голос души все тише, пока дурное начало не скажет ему сделать что-то вовсе несусветное -- пойти служить идолам -- и он пойдет, чтобы вновь испытать знакомую эйфорию.

Душа должна властвовать над телом

Хафец Хаим рассказывает такую притчу: «Некий человек нанял извозчика с телегой, чтобы тот отвез его груз. Все нагрузили на телегу, и они тронулись. От мерной езды извозчика разморило, и он заснул. А лошадь, почувствовав, что ее никто не понукает, сошла с дороги пощипать травку. Телега попала колесом в яму, накренилась, и весь груз полетел на землю. Хозяин груза стал ругаться и выговаривать извозчику: "Как ты мог заснуть за работой? Я же вверил тебе мой груз?!" А извозчик отвечает: "Но у меня такая умная, сообразительная лошадь! Я понадеялся на нее!"»

Можно ли считать лошадь умной? Особенно если зеленая сочная травка недалеко?

Наше тело хочет быть как «умная лошадь», то есть получать как можно меньше понуканий и пастись на воле. А то, что при этом упадет поклажа -- ну, что ж делать. Человек, который не обуздывает свой гнев, позволяя ему руководить собой, похож на извозчика, позволяющего своей лошади везти его куда глаза глядят. То, что при этом страдают окружающие, у которых наше неосторожное поведение могло сломать что-то важное, все менее ценно в наших глазах.

Именно поэтому душа должна твердо держать вожжи и умело управлять телом, не давая ему распускаться.

Наши мудрецы в трактате Брахот (61б) говорят: «Праведники управляемы своим хорошим началом, как сказано (Теилим, 109:22): "сердце мое сокрушено во мне", злодеи управляемы своим дурным началом (там же, 36:2): "Слово преступное к нечестивому в сердце моем (чувствую я) -- нет страха Б-жия пред глазами его", а средние -- и то и другое властвует ими, как сказано (там же, 109:31): "Справа от бедного стоит Он, чтобы спасти от управляющих (двух начал) душой его"». Средним людям нужно работать над собой, чтобы обуздать свое дурное начало.

Департаменты преисподней

Есть известное высказывание мудрецов (Недарим, 22а): «Каждый гневающийся -- как будто все виды Геинома властвуют над ним». Можно представить себе, что в Геиноме есть разные отделы: за кражи, за убийства, за разврат... И человек в гневе как будто пребывает во власти всех этих отделов одновременно.

Что остается, когда уходит нешама?

Наши мудрецы предостерегают от гневливых людей. В книге пророка Йешаяу есть стих (2:22): «Не полагайтесь на человека, чье дыхание в ноздрях его, ибо что он значит?». [На иврите: [חִדְלוּ לָכֶם מִן הָאָדָם אֲשֶׁר נְשָׁמָה בְּאַפּוֹ כִּי בַמֶּה נֶחְשָׁב הוּא]. Можно перевести как «Хватит вам, удалитесь от человека, душа которого (уходит) в гневе...»]

Книга «Зоар» (раби Йеуда, глава Тецаве) говорит об этом стихе так: «Качество безрассудного гнева: «Здесь Всевышний велит человеку и предупреждает избегать людей, которые оскверняют свою душу. Когда Б-г создал человека, сделал его по образу Своему и вдохнул в него душу святую... И человек познается по своему гневу: если он хранит свою святую душу даже тогда, когда находит на него гнев, и не вырывает ее из ее места... это кашерный человек... А если не хранит ее, вырывает эту высокую святость из ее места, и поселяет внутри себя "другую сторону" (ситра ахра, силы зла), этот человек восстает против своего Господина, и нельзя сближаться с ним и поддерживать с ним дружбу. Эту святую душу он преследует и оскверняет своим гневом. Душу он заменяет гневом...»

И, как написано в книге Иова (18:4): «Раздирающий душу в гневе своем!..» Имеется в виду человек, который в гневе теряет самообладание и дает гневу властвовать над собой и руководить своими поступками. Гнев становится его повелителем, тогда как на самом деле человек должен исполнять волю Всевышнего. Поэтому наши мудрецы говорят, что гневающийся «заводит себе чуждого бога».

Что значит, что душа -- нешама -- уходит? Это значит, что остается только нефеш, животная душа. То есть человек становится подобным животному, ведет себя как животное, утрачивая целем Элоким, образ Б-га.

Практика

Сила сдержанности

Понятно, что бывают разные ситуации. Не всегда мы владеем собой. Допустим, мама, отработав, вернулась домой и впряглась в рутину. Сделали уроки, поели, помылись, поиграли, почитали, идет укладывание спать. И тут выясняется, что малыш заболел (не дай Б-г)! И все летит в тартарары. Начинается успокаивание, измерение температуры, все дела с ребенком на руках -- мама на нервах. И тут приходит папа. А с утра была договоренность, что он купит детское питание. «Купил?» «Забыл!» Все. Это точка взрыва. Жена вспомнит ему все случаи, когда он что-то забывал, да и он в долгу не останется...

Знакомо, правда?

А что делать? Нужно пользоваться могучим инструментом: силой сдержанности. Ее можно и нужно развивать, натренировать в себе, как мышцы.

Мы знаем, как умеют выводить из себя дети. Они прекрасно знают, где наша больная мозоль и умеют очень точно наступать на нее именно тогда, когда у нас цейтнот, нет настроения и т. д. И в общении с детьми очень важно использовать сдержанность, быть терпеливыми.

Когда мы говорили о наказаниях, мы упомянули про случай, когда мама очень обижена на ребенка и не может быть хорошим воспитателем. Тогда она может либо сказать ребенку, что разговор будет позже, либо попросить папу общаться с ребенком, пока она успокаивается.

Мы также говорили, что в гневе мы не наказываем, потому что это не воспитание. В свете вышесказанного нам становится понятным, что человек, обуреваемый гневом, не властвует над собой, поэтому может наказать «с животной силой», непропорционально. Кроме того, мама в приступе гнева вообще на маму не похожа: взъерошенная, растрепанная, страшный оскал на красном лице... Просто чудовище, а не мама. Ребенок тоже воспринимает это как «взрыв дурных качеств» мамы, то есть «это ее проблемы, к моему поведению не относится». Как правило, после такой вспышки ребенок помнит ужасное поведение мамы (или папы), слова, которые были произнесены, или надолго запомнит физическое насилие, примененное родителем в гневе, поскольку в обычной ситуации родитель ни в коем случае не поступил бы подобным образом. При этом повод, приведший к этой вспышке гнева, часто забывается, то есть для ребенка здесь точно не было ничего воспитательного.

Более того, дети учатся у нас, копируя наше поведение. Соответственно, взрывы гнева они переведут на своих младших братьев и сестер, на одноклассников (а потом, не дай Б-г, на своих детей). Учителя будут жаловаться на неконтролируемую ярость ребенка.

Рав Шимшон Пинкус говорил: «Вещи выходят из сердца и входят в сердце так же, как вышли. Если вышли в гневе, то и войдут в гневе». То есть, если попытаться чему-то учить ребенка в гневе («учить уму-разуму»), то ничего, кроме гнева, у него это не вызовет.

И, напротив, если дети видят, что нам больно их наказывать (не путать с сожалением о наказании), то это произведет на них большее впечатление. Особенно если удастся показать, что, несмотря на плохое поведение, ребенок остается для нас любимым и важным.

Есть история про Хафец Хаима, которую рассказал раву Элияу Лопьяну непосредственный участник событий, глава совета некоего нерелигиозного поселения. Несмотря на то, что был нерелигиозным, он с большим почетом относился к изучающим Тору -- и вот почему.

Когда этот человек еще был молод, он хотел поступать в ешиву Хафец Хаима в Радине. Его проэкзаменовали и нашли его знания достаточными, но с его мировоззрением не все было в порядке. Когда это понял Хафец Хаим, он категорически воспротивился принятию юноши в ешиву. «Но последний поезд уже ушел! Где же я буду ночевать? Пустите меня хотя бы на одну ночь!» -- попросил юноша. Хафец Хаим не согласился пустить его даже на одну ночь. «Но где же мне переночевать?!» -- не успокоился юноша. «У меня в доме есть комната, там я постелю тебе» -- ответил рав. Юноша пришел в дом Хафец Хаима, зашел в комнату, и лег в постеленную для него постель. Но не мог заснуть, потому что было холодно. В полночь он услышал шаги и притворился спящим. Юноша увидел силуэт рава, который поднялся, чтобы проверить, как тот спит. Почувствовав, что в комнате холодно, Хафец Хаим снял с себя шубу и укрыл ею молодого человека со всех сторон. Согревшись, тот быстро заснул.

Хафец Хаим не хотел, чтобы этот юноша провел даже одну ночь под крышей его ешивы, чтобы не испортились другие ученики. Но в своем доме он проявил к нему столько тепла: сам постелил ему постель и укрыл своей шубой. Поэтому любовь к изучающим Тору осталась в сердце этого человека на всю жизнь, а обида -- нет.

Тяжелые времена

Есть определенные периоды, когда существует больше шансов разгневаться. Одним из таких периодов можно назвать эрев Шаббат, пятницу, время перед наступлением субботы. Все мы знаем, что в это время Сатан пытается поселиться в нашем доме и ссорит мужа с женой, родителей с детьми. Еще тяжелое время -- моцаэй Шаббат, время на исходе субботы. Это напряженное время, когда выходит дополнительная душа, бывшая с нами в субботу. Это время «предназначено для горестей», также возрастает шанс поссориться.

Рав Исраэль Салантер говорил: «Нужно уподобляться Всевышнему и создавать излечение до болезни. Это значит, что человек должен прилагать все усилия, чтобы не пришлось гневаться». Нужно прислушиваться к себе. У каждого есть периоды напряженности, когда способность сдержаться подвергается большему испытанию в сравнении с обычным днем. Нужно уметь улавливать возрастающую напряженность и распознавать эти периоды. После этого нужно признаться себе, что сейчас не лучшее время для выяснения отношений, для назначения наказаний, для любых резких шагов. Осознав это, нужно воспользоваться силой сдержанности. Пока не пройдет напряженность, не отпускать тормоза. Можно представить себя на спуске, едущим вниз по мокрой дороге; в этой ситуации главное -- хорошие тормоза. Рав Шимшон Пинкус говорил: «У одного человека была машина. Все прекрасно, она блестит и даже ездит, но одно плохо -- нет тормозов. Кто рискнет поехать на такой машине?»

Более того, есть факторы, влияющие на наше самочувствие, ухудшающие его и, соответственно, понижающие нашу способность устоять в стрессовых ситуациях. Мама должна заботиться о себе, особенно мама в большой семье. Нужно не забывать кушать, не пропускать времени завтрака или обеда. Важно высыпаться! Физиологические факторы, на которые мы обычно не обращаем внимания, могут сильно понизить нашу сопротивляемость стрессу и, таким образом, мы будем гораздо больше раздражаться, чем стоило бы.

Наследственное качество

Сдержанность мы унаследовали от праотца Авраама. Когда Всевышний испытывал его, он никогда не задавал вопросов: «почему?» «за что?» Он просто исполнял то, что от него требовалось. Эту силу сдержанности унаследовали мы, еврейский народ. Поэтому она есть у всех нас. Нужно только развивать ее.

Есть история, которую рассказывают о маме рава Эльяшива. В те времена стирка была процессом на целый день. Таскали воду, грели ее, выливали в тазы и в чаны, терли на стиральной доске. Потом снова таскали воду -- чтобы полоскать белье. После целого дня стирки все развешивалось на веревки, протянутые поперек двора.

Примерно так -- белоснежным и воздушным -- выглядел в тот день двор. Выстиранное белье развевалось на ветру. Будущая мама рава Эльяшива ушла в дом отдыхать. И в этот момент домой вернулась ее соседка. Она завидовала рабанит за ее трудолюбие, и теперь решила, что чужое белье мешает ей пройти. Недолго думая, она перерезала веревки. Свежевыстиранное белье упало в грязь, в лужи, еще не успевшие высохнуть. Высоко подняв голову, довольная соседка ушла домой.

Выйдя через пару часов во двор, Хая-Муша Эльяшив всплеснула руками. Результат целого дня трудов лежал в грязи... Здесь можно было пойти ругаться с соседкой, пообещав ей также срезать веревки, всласть наорать на нее, чтоб стало «легче на душе». Но эта женщина смолчала, и даже не сказала ни слова мужу. Она собрала с земли белье и пошла за водой, чтобы начать стирку заново.

Через несколько часов напуганная соседка прибежала к ней -- ее сын заболел внезапно и серьезно, и она просит рабанит не держать на нее зла и простить. Хая-Муша Эльяшив ответила, что даже не думала гневаться и обижаться.

У нее самой долго не было детей. Рассказывается, что в том же году она удостоилась забеременеть своим единственным сыном -- будущим равом Эльяшивом.