Талмуд, как метод передачи Торы

Первым из сорока восьми путей приобретения Торы является приобретение ее бе-талмуд. Барайта, в которой об этом говорится, была записана до того, как был записан Талмуд. Поэтому речь в ней идет не о Вавилонском или Иерусалимском Талмудах, а именно о способе изучения Торы. Самое простое понимание выражения бе-талмуд означает приобретение Торы изучением.

Сегодня многие ищут всевозможные сгулот, в частности, для того, чтобы преуспеть в Торе. Есть одна простая и чрезвычайно эффективная сгула -- нужно учиться. Но у слова талмуд есть еще одно значение. Это -- особый подход к изучению Торы.

Есть такое понятие: шимуш талмидей хахамим. В самом простом понимании это означает обслуживание мудрецов Торы. Но Раши объясняет, что имеется в виду не только это. Шимуш талмидей хахамим -- означает также исследование и объяснение противоречий в Торе. Почему же это так странно называется? Потому, что принципы подхода к Мишне и стихам Писания необходимо получить от учителей. Ведь не каждый вопрос является истинным вопросом и не каждый ответ является истинным ответом. Есть подходы, которые всегда остаются в рамках Устной Торы и не могут быть записаны. В частности, это система анализа вопросов и ответов. Человек приобретает ее только у своих учителей.

Хочу объяснить это применительно к нашему поколению. Мы можем многому научиться не только у наших непосредственных учителей, но и из книги, называемой Талмуд. Изучая Мишну или Хумаш, мы не сможем понять, как правильно анализировать текст потому, что эти книги, данные нам Свыше, не занимаются анализом. Это прерогатива Талмуда. Дискуссии мудрецов, приводимые в Мишне, носят единичный характер. Но когда мы открываем Вавилонский Талмуд*,* то видим, что основой этой книги является именно исследование и анализ. Восприятие нами вопросов и ответов Талмуда само по себе является для нас великим подспорьем в учебе.

Нечто подобное мы находим у Раши и авторов Тосафот. Раши подобен Мишне в том, что обычно он не спорит и не задает вопросы, а дает объяснение. А вот Тосафот задают вопросы и приводят противоречия, анализируют и разъясняют их. Комментарии Тосафот называются так (буквально -- «дополнения») потому, что являются в какой-то мере дополнениями к Талмуду. Построение Тосафот подобно самому Талмуду. Талмуд анализирует видимые противоречия в Мишне и барайтах. Великие мудрецы, составители Тосафот таким же образом, дополняя вопросы, которые Талмуд не освещает, на основании своего понимания логики Устной Торы, дают на них ответы.

Ситуация была бы идеальной, -- если бы мы могли без комментариев разобраться в Талмуде, и постичь его внутреннюю логику. Это -- та Устная Тора, которая нам передана. Если эта логика становится частью нашего постижения, то, фактически, мы обретаем пути и методику учебы. Это то, что называется «уметь учиться». Сегодня нам это практически недоступно без помощи комментаторов. Однако, это становится доступным, когда мы, изучив какую-то тему Талмуда с комментариями, не останавливаемся на этом.

В наши дни распространена следующая ситуация: человек прочитывает Гемару, и понимает ее на доступном ему уровне. Потом он читает комментаторов, и тоже как-то понимает их. Но при этом он не понимает главного -- как с помощью написанного теми или иными комментаторами понять Талмуд. То есть, человек не понимает внутреннюю логику комментария.

Изучая комментаторов, очень важно увидеть, как их слова вытекают из самой Гемары, и как Гемара объясняется в соответствии с ними. Комментарии мудрецов подобны очкам с большими диоптриями, помогающими понять написанное в Талмуде. Если же комментаторы живут в нашем сознании отдельно от Талмуда, то мы не усваиваем основного. Ведь истинное понимание Торы возможно только исходя из объяснений Талмуда, в сочетании со всеми комментариями. Это то, что нам оставили наши великие мудрецы.

Как известно, составлением Вавилонского Талмуда занималась большая группа мудрецов Торы во главе с Равиной и равом Аши. Они трудились над этим восемьдесят лет. Вавилонский Талмуд является квинтэссенцией передачи традиций исследования Торы и алахических выводов мудрецов Вавилона и Земли Израиля на протяжении столетий. Он включает в себя передачу большей части Устной Торы.

Поскольку мы коснулись сходства структуры Тосафот и Талмуда, стоит упомянуть, как учили Тору в ешивах баалей Тосафот. Это касается и темы постижения Торы. Одной из них была известнейшая ешива рава Ицхака а-Закена (известного, как Ри а-Закен). В ней учились около шестидесяти учеников. Каждый из них был обязан знать наизусть с хорошим пониманием один трактат Талмуда. Во время урока на определенную тему, который давал рав Ицхак, каждый из учеников, знавших назубок один из трактатов, должен был сопоставить сказанное учителем с тем, что он выучил в трактате. Таким образом тема, изучаемая в ешиве, во время урока анализировалась вместе со всем Талмудом! Великая сила Тосафот в том, что каждую тему в Гемаре они рассматривают не саму по себе, а как часть бескрайнего моря Вавилонского Талмуда. Тосафот -- это не просто комментарии, а именно добавления к Талмуду.

Наш великий учитель Маараль из Праги возмущался тем, что издатели Талмуда уже первые издания книги печатали не только с Раши, но и с Тосафот. Причина его возмущения была в том, что учить Талмуд с Тосафот -- это медленная и кропотливая работа и можно многое не успеть. При такой учебе можно потерять широту охвата Торы. При этом сам Маараль пишет в другом месте, что великие вещи случайно не происходят. Если Талмуд уже сотни лет печатается в нашем народе именно таким образом, значит, это предопределено Свыше, и удостоиться знания Талмуда можно, только изучая его с Тосафот.

Если же Тосафот не учат, а, тем более, если учат только с разъяснениями, рассчитанными «на широкий круг читателей» от современных адаптаторов, сглаживающих острые углы, то Талмуд просто теряется. Более того, учить Гемару с одним из других величайших комментаторов вместо того, чтобы учить ее с Тосафот, -- тоже недостаточно. Почему? Потому, что Тосафот максимально погружают нас в атмосферу Талмуда.

Очень важна учеба в ешиве в хевруте (с напарником). Можно наблюдать несколько видов хеврут. Например, я видел хевруты, которые вместе декламировали написанное в Гемаре, и на этом их учеба заканчивалась. Это было, по сути, хоровое чтение. Не это имеется в виду, когда мы говорим об учебе в хевруте. Сила учебы с напарником в том, что, если один из пары не обратит внимание на важный вопрос, -- это сделает другой. Огромное достоинство учебы в хевруте, в первую очередь, в том, что, учась в одиночку, легко отправить аналитические способности своего мозга в летаргический сон. Поэтому мозги многих людей, привыкших учить в одиночку то, что проще и понятнее, находятся в этом состоянии.

Смысл учебы в хевруте в том, чтобы напарники спрашивали друг у друга то, что каждому из них непонятно, и вместе думали над тем, как можно объяснить эти вещи. Для нас учеба в хевруте является наглядным примером практического воплощения понятия талмуд, как метода учебы. Если у нас нет такой учебы, то нет и Талмуда.

Рамхаль объясняет, что буквы, слова и стихи Торы подобны тлеющим углям. Если их «раздуть», то появится большой огонь. Так, говорит Рамхаль, нужно учить Тору. Сказано в конце пятой главы трактата Авот: «Бен Баг Баг говорил: "Вникай и вникая в нее [Тору], ибо все -- в ней; и в нее смотри, и седей и старься над нею; и от нее не отходи, ибо нет у тебя ничего лучше нее"». То есть, необходимо читать, повторять, задумываться, анализировать и читать снова. Рав Хаим из Воложина пишет в своем комментарии к другой мишне из трактата Авот: «Все слова их -- как угли огненные», что из слов мудрецов нужно уметь извлечь их внутренний огонь. Это то, чем мы занимаемся, изучая Тору методом талмуд: извлекаем из слов наших великих мудрецов большой внутренний огонь, заключенный в них.

Еще одна важная вещь, которую необходимо знать. Сказано, что наша святая Тора -- безгранична. В то же время, в Хумаш входят пять книг, а в издание Талмуда -- тридцать семь трактатов. Как может быть, что, с одной стороны, о Торе сказано, что ее размер -- больше земли и шире моря, а, с другой стороны, карта памяти компьютера вмещает ее всю? Объясню это на простом примере. Допустим, мы находим в Талмуде явное противоречие. Чтобы его объяснить, мудрецы Торы приводят, допустим, сорок восемь объяснений. Это означает, что внутри этого противоречия нам передано сорок восемь вариантов понимания. И все это -- часть передачи Торы. Если мы не трудимся над Талмудом, мы теряем почти все потому, что многогранность понимания Торы -- это часть ее передачи. И все это есть у нас в силу талмуда, как метода этой передачи.