Убийственная толерантность

Неханукальная история к празднику Хануки Уже несколько десятилетий в среде американских религиозных евреев ходит воодушевляющая и трогательная история. Дело было в конце 1928-го года в Детройте. Руководитель местного колеля и президент синагоги, рав Н., недавно нанял домработницу по имени Мэри. Мэри приехала в Штаты из Ирландии тем летом и многого не знала.

В том числе, она понятия не имела, что евреи не празднуют христианский зимний праздник, и что у них есть свой особый праздник — Ханука . Мэри была доброй и благодарной девушкой, хозяева к ней хорошо относились и неплохо платили, поэтому она решила сделать им сюрприз, привнести в дом атмосферу праздника. 24 декабря, когда рав Н. и его жена куда-то отлучились из дома, она взяла их двоих сыновей, повела их на рождественский базар и купила там ёлку и все необходимые украшения.

Вернувшись домой, рав и рабанит еще с улицы увидели в своем окне силуэт наряженной ёлки со звездочкой на макушке и стали гадать, что это могло значить. Очень скоро всё выяснилось: Мэри, желая их порадовать, украсила дом — но только не ханукальным светильником, а вечнозеленым деревом. Рав позвал Мэри в свой кабинет и сказал ей: — Послушайте, Мэри. Я очень признателен Вам за то, что Вы сделали.

Это было и мило, и трогательно, и красиво. Рав Н. достал кошелек, вытащил из него баснословную для 1928-го года сумму — 20 долларов — и протянул их Мэри: — Это Ваша первая премия. Большое Вам спасибо.

А ёлку я сейчас уберу, потому что мы — евреи, и мы не празднуем христианские праздники, мы празднуем Хануку. Пожалуйста, не обижайтесь. Елка вскоре была убрана, вместо нее появился ханукальный светильник, и жизнь в этом еврейском доме потекла своим чередом. Дальше эту историю рассказывают так: когда Мэри вышла замуж за человека по фамилии Шайн, и у нее появились свои дети, она часто рассказывала им про годы молодости, проведенные в теплом еврейском доме.

Поэтому, когда ее сын Нил Шайн стал Главным редактором самой популярной газеты Детройта — «Детройт Фри Пресс», известной своей левой направленностью, — он ни разу за время своей работы не позволил ни одной антисемитской публикации просочиться в газету. Какая замечательная история! Здесь и забота, и уважение, и еврейская гордость, и прославление Имени Вс-вышнего, и Ханука — очень красивая, правдивая, праздничная, воодушевляющая история! Один еврейский блогер подумал точно так же и решил поискать потомков рава Н.

и Мэри Шайн, чтобы в личной беседе с ними выяснить какие-то дополнительные интересные детали и снять небольшое видео, которое наверняка будет интересно как евреям, так и неевреям, тем более, что дело шло к зиме, а значит — к Хануке. *** Этому проекту не было суждено осуществиться. Сначала все шло отлично. Удалось выяснить, что Нил Шайн, к сожалению, уже скончался, а его сын Дэн жив и здравствует по сей день в Детройте.

Дэну очень понравилась идея рассказать историю своей бабушки Мэри «на камеру»: — Да-да, так оно всё и было! Я эту историю знаю назубок, хотя с тех событий прошло… почти сто лет! Моя бабушка Мэри иммигрировала в США из Ирландии, ей было очень непросто поначалу, но потом она устроилась в семью рава Н., и там к ней отнеслись с таким уважением, с такой добротой…

Однажды она по наивности купила раву рождественскую ёлку — можете себе представить?! Но он не то что не ругал её, а наоборот — поблагодарил, да еще и заплатил ей 20 долларов. А елку, конечно, убрал, и вместо нее поставил большой серебряный ханукальный светильник. Вот какой это был человек .

Теперь пришла пора найти потомков рава Н. и попросить их тоже рассказать эту историю — со своей стороны. Единственным прямым потомком рава Н. оказалась его внучка, которая жила в Лос-Анжелесе, в роскошной вилле прямо на легендарном бульваре Сансет.

«Свет, камера, мотор» — и она начала рассказывать: — Мэри иммигрировала из Ирландии, устроилась домработницей к моим дедушке и бабушке. Мой отец тогда был маленьким мальчиком. В дни Хануки вместо светильника она установила в гостиной украшенную ёлку.

Но когда мой дедушка вернулся домой и увидел это — знаете, что он сделал? Он сказал Мэри: «Это очень красивая ель. Пускай она остаётся там, где Вы её поставили!» Вот какой это был человек .

«Вот какой это был человек?» — ужаснулась вся еврейская съемочная бригада. И было чему ужаснуться — ведь г-жа Н. искренне полагала, что эта переиначенная история, превратившаяся в семейную легенду, учит толерантности, деликатности и доброте.

Более того, через несколько минут выяснилось, что в прекрасном доме г-жи Н. на бульваре Сансет, точно так же, как и у ее соседей-калифорнийцев, стоит наряженная ёлка. — Если вы думаете, что так оно всё и было на самом деле, зачем вы позвали меня? — поразился блогер.

— Ведь я собирался снимать сюжет об уважении, о памяти, о евреях, которые… — Я и хотела рассказать Вам о евреях, которые были готовы принять ценности окружающего их христианского мира — без того, чтобы судить их! О евреях, которые с такой лёгкостью могли усвоить то, что раньше было им чуждо. Это был бы прекрасный сюжет…

Этот сюжет, к огромному несчастью, проигрывался за последнее столетие слишком много раз. Даже там, где русские, американцы, немцы, ирландцы восхищаются евреями, их стойкостью, верностью Традиции и гордостью за свой народ — мы сами готовы переиначить историю, переписать её в духе толерантности, где уживаются рядом ханукия и ёлка, маца и крашенные вареные яйца, крестик и «маген Давид», церковь и синагога. Но отказ от еврейской гордости и собственного наследия не делает нас современными и толерантными, свободными от предрассудков. Он только убивает нас как народ.