Таинственный незнакомец

Времена пошли трудные, беречь приходилось каждую копейку. Папа и Мама отказывали себе во всем, лишь бы только не упустить из рук главный семейный бизнес — прием гостей на субботу. Однажды, размышляя об этом, Папа долго не мог заснуть. Тогда Мама сказала ему вот что: — Янкев Йосеф, я не понимаю, почему ты так огорчен.

Да, ты действительно потерял свое предприятие и кучу денег. Однако что ты делал с этими деньгами? Ты тратил их на цдоку, на мицвос, на субботних гостей. Разве мы могли позволить себе снять квартиру с паровым отоплением или завести модную мебель?

Разве мы хоть раз уезжали в отпуск? Никогда! Ну, а теперь, если Гашем хочет, чтобы мы оставили эти мицвос, значит, такова Его воля, и чего же нам беспокоиться? А что касается еды и жилища, я думаю, Он не бросит нас…

Папа сказал: — Адель, ты права. Не понимаю, как я мог волноваться хоть одну минуту… И он заснул. Иногда даже отборная армия отступает.

И Папа отступил на словах. Но продолжал принимать гостей. Чтобы это понять, надо знать, что еврей выступает перед Всевышним, как раб и как сын. Раб повинуется.

Сын любит. Когда господин приказывает рабу уйти, тот беспрекословно выполняет приказ. Когда отец приказывает уйти, сын остается… В Папиной бороде появилась седина, а на лице морщины.

Однажды он увидел, что исчерпал свои средства, что не может занимать деньги, если нет возможности их вернуть. И тогда с глубокой печалью он сказал Маме: — Адель, в этот шаббос я скажу гостям, что мы пока не сможем их приглашать… Это был траурный день в доме Германов. Суббота без гостей?

В четверг, в сумерки, Мама месила тесто для хал. Раздался стук в дверь. Она побежала открывать. На пороге стоял незнакомец.

Его лицо было трудно разглядеть в темноте. — Это дом Яакова Йосефа Германа, где гости едят по субботам? — спросил он. — Да, — отвечала Мама без раздумий.

— И вы тоже можете присоединиться к нам в этот шаббос! Гость молча повернулся и ушел. Застучали его шаги по ступенькам. Наступил этот последний шаббос.

Папа и Мама ждали незнакомца, но он не появился. Были только старые гости. Папа ничего им не сказал. Когда люди разошлись, он повернулся к Маме: — Адель, я сидел и думал…

Может, этот человек, который приходил в четверг, был послан специально, чтоб сообщить нам, что мы не должны прекращать принимать гостей даже на время… — Я думала о том же, — сказала Мама. Кризис бушевал. Предприятия закрывались, бизнесмены разорялись, безработные выстраивались в длинные ряды.

В это время число гостей у Германов по субботам перевалило за тридцать, так что пришлось заводить новые столы, хвост которых залезал в спальню. — Как дела, реб Янкев Йосеф? — спрашивали Папу знакомые при встрече. — Барух Гашем, — радостно отвечал он.

— Бизнес процветает!