Старый молодой человек

У Папы был маленький магазин, но большая бухгалтерия. Правда, доходы от проданных тефиллин и мезуз могли уместиться в небольшом столбце, но расходы на помощь другим евреям были разнообразны и многочисленны. Папа был председателем общества, которое давало людям деньги в долг, он руководил фондом цдоки, и так далее, и тому подобное. Когда кончались общественные деньги, он брал из своих, когда кончались свои, занимая у знакомых, лишь бы поток ццоки, который тек из его рук, не прерывался.

Как-то утром Иохум Довид заглянул к нему в магазин. Папа сказал ему, что, помимо десятой части доходов, которую каждый еврей должен отдавать беднякам, он потратил на цдоку 2400 фунтов. А теперь он отчаянно нуждался в этой сумме, чтобы расплатиться с собственными долгами. — Папа, обратись к Боссу, — посоветовал Нохум Довид.

— Он всегда отвечает тебе… Спустя недолгое время в магазин быстро вошел молодой человек. — Вы реб Яаков Йосеф Герман? — спросил он.

— Мне сказали, что я могу достать у вас кошерную Сефер Тору. Вечером я улетаю в Лондон и хочу до отъезда сделать покупку. Папа с помощью сына выложил перед гостем несколько свитков. Тот развернул их по очереди и затем, указывая на ближайший, спросил: — Сколько это стоит?

— Его цена — 2400 фунтов, — ответил Папа. Покупатель достал бумажник и, не торгуясь, выложил всю сумму. Когда он вышел, унося свиток, Папа сказал Нохум Довиду: — Босс ответил мне быстро… Борух Гашем, я смогу теперь заплатить долги!

Но ведь Папа тоже не медлил, когда нужно было выполнить приказ Босса. Однажды у него очень разболелась нога. Пришел доктор Коган и поставил диагноз: рожистое воспаление. Нужно принимать лекарство и не выходить из дома, иначе есть опасность перелома ноги.

Доктор ушел, а Рухома осталась думать, как удержать Папу дома, ведь на Минху он привык ходить в шул. Она решила спрятать его ботинки. Солнце клонилось к закату, когда из папиной спальни раздался рык льва. — Где мои ботинки?

— Папа, доктор предупредил, что тебе нельзя выходить, иначе ты можешь сломать ногу. Пожалуйста, прислушайся к его совету… — Рухома, дай мне ботинки сию минуту. Тон Папы не допускал возражений.

Рухома достала ботинки, надела их на отца, он встал и, опираясь на руку дочери, отправился в шул. На обратном пути Папа сказал мягко: — Я знаю, Рухома, ты беспокоишься, но у меня свои расчеты и Босс поможет мне… Через несколько недель он поправился и уже ходил без посторонней помощи. Нет, не ходил, а бегал, носился, летал, стараясь выполнить еще одну мицву, еще один приказ своего Босса.

Его правнук, Герщон, увидел как-то, что Папа несет с рынка большой мешок картофеля для субботнего чолнта, — Зейде, дай, я донесу его! — стал просить Гершон. — Ты хочешь, чтоб я уступил мицву «гаксанас орхим»?! Не вступая в дальнейшие переговоры, Папа потащил дальше тяжелую ношу.

А ему уже исполнилось восемьдесят лет. И понятно, почему его прозвали в городе: СТАРЫЙ МОЛОДОЙ ЧЕЛОВЕК ИЗ ЕРУШАЛАИМА…