Забытый пост 20 сивана

Многие трагические события нашего долгого изгнания со временем стираются из памяти. Однако наши мудрецы своими постановлениями отразили часть из них в еврейском законе. Такой подход объясняется очень просто: память о произошедшей трагедии должна помочь нам исправить себя и вернуться к Торе.

Впервые пост 20-го Сивана был установлен внуком Раши – рабейну Яаковом бен Меиром (известным как «Рабейну Там») в память о страшных событиях во французском городе Блуа в 1171 году. Власти, обвинив общину в ритуальном убийстве христианского младенца, хладнокровно согнали всю общину в синагогу и сожгли всех заживо в среду 20-го Сивана 4931 (1171) года.

Спустя почти пять столетий великий мудрец Торы, выдающийся комментатор Шульхан Аруха рав Шабтай Коэн (более известный как ШаХ) установил день 20 Сивана как день траура и поста в память о «Гзерот Тат ве-Тах» (чудовищных погромах и кровавой резне, устроенной казаками Хмельницкого в Польше и Украине в 1648-1649 годах).

Стоит напомнить самим себе некоторые исторические подробности тех страшных лет. Казацкое восстание (а по сути дела – полномасштабная война между Польшей, казаками, татарами и Россией) так или иначе затронуло евреев, живших на огромной территории – Польши, Беларуси, Украины и соседних земель. При этом важно отметить, что абсолютно никакой заинтересованности в этой войне у нашего народа не было и не могло быть.  Даже в тех случаях, когда евреи совместно с поляками защищали свои дома от нападений казаков, в этом не было никакого политического или иного интереса, кроме защиты своей жизни. То есть, по сути, в той войне евреи выступали в роли жертв, которые никак не участвовали в конфликте.

Всюду, где проходили казаки (и привлеченные на их сторону татары), еврейское население подвергалось уничтожению, угонялось в рабство (общины Османской империи впоследствии выкупали у татар пленных евреев, которые предпочли татарский плен смерти, за щепотку табака; такова была цена еврейской жизни) либо насильно крестилось. По свидетельству рава Натана Ганновера (задокументировавшего страшные события тех дней), манифест Хмельницкого призывал к уничтожению евреев и поляков. При этом против евреев Хмельницким были выдвинуты особые «обвинения».

В 1648 году восстание охватило левобережную Украину, и многие евреи двинулись на Запад в поисках спасения. Казаки уничтожили общины Житомира, Чернигова и многих других мест, а затем некоторые отряды вторглись на территорию современной Беларуси, вырезав еврейское население Гомеля и учинив погром в Пинске. Жители многих местечек предпочитали татарский плен казацкой сабле, однако татары не проявляли милости к тем, кто им казался плохим рабом – к старикам и детям.

Особый ужас вызвала резня в Немирове и Тульчине. 31 мая 1648 года (среда, 20-е сивана 5408) казаки без боя вошли в Немиров и вырезали все еврейское население (в том числе многочисленных беженцев из разных земель, искавших спасения). После Немирова был взят Тульчин. Крепость, в которой евреев было значительно больше, чем поляков, капитулировала на условиях сохранения жизни защитникам. Однако уже через 4 дня после сдачи толпа казаков вырезала сначала евреев, а затем и поляков. После захвата Тульчина были уничтожены общины в Виннице, Шаргороде, Умани.

22 июля 1648 года (Шаббат перед 9 ава) была взята крепость Полонное, затем Заславль и Острог, где также укрывалось множество евреев.

Погромы продолжались не только в 1648-1649 годах. В 1650 году войско Хмельницкого вторглось на территорию Молдавии, и там также начались погромы и грабежи. В 1654 году, после Переяславской рады и заключения Хмельницким союза с Россией, война и погромы прокатились по территории Беларуси и Литвы: русскими войсками и казаками были вырезаны общины Смоленска, Могилева, Витебска, Полоцка, Быхова и других городов.

Сказанное выше – далеко не полный список злодеяний Хмельницкого и его приспешников. Нашему поколению стоит всегда помнить о том, какую роль он сыграл в истории нашего народа.

Название «Тах ве-Тат» дано по традиционному написанию годов в еврейском летоисчислении – 5408-5409 (численное значение 408 – ת´´ח , а 409 – ת´´ט). Однако, по собственным словам ШаХа, он установил пост в этот день только для своей семьи и потомков. Тем не менее, в 1652 году крупнейший орган еврейского самоуправления в Польше – Ваад четырех земель – установил 20 Сивана как день общественного поста.

В память о той страшной трагедии великий рав Йом-Тов Липман Геллер (автор комментария к Мишне «Тосфот Йом Тов») составил траурную элегию, в которой он упоминает 12 из почти 300 (!) уничтоженных еврейских общин. Это произведение было опубликовано в Кракове в 1650 году в книге «Слихот на 20-е Сивана».

Причины трагедии

Весь ужас, а главное – масштаб произошедшего побудили многих мудрецов Торы тех поколений писать о грехах, которые послужили причиной страшной трагедии. Один из величайших мудрецов того поколения рав Берахия Берах («Зера Бейрах», Амстердам, 1662, часть 2, вступление) упоминает следующие: нарушение Шаббата, разведение свиней, молитва без должной сосредоточенности (каваны), ложные толкования Торы от сомнительных даршанов, продажа раввинских должностей, показная роскошь в одежде и другие. Два первых упомянутых греха были, по мнению рава Берахии, следствием смешения евреев с нееврейским окружением и подражанием ему. Такая ситуация привела «к более серьезным грехам, которые даже невозможно описать здесь». Рав Берахия (и не только он!) призывал к немедленному исправлению этих ужасающих грехов.

[Наблюдение. Оба события – и трагедия в Блуа, и страшнейшая резня в Нимирове – произошли 20-го сивана в среду недельной главы «Шлах», в которой рассказывается о грехе разведчиков. В наказание за этот грех Всевышний не только постановил, что евреи будут скитаться по пустыне 40 лет (по году за каждый день, что разведчики были в разведке), но и, что день 9-го ава станет днем трагедий для евреев на долгие-долгие годы (евреи плакали в ночь 9-го ава напрасно и Всевышний наказал их тем, что в эту ночь у них будут причины для плача). Недельная глава разделена на 7 частей — по одной на каждый день недели. Так вот наказания за грех  разведчиков приводятся в четвертой части недельной главы (ревии), что соответствует среде.]

«Ми ше-берах»

В наши дни в некоторых общинах принято читать в память о тех событиях особую молитву «Ми ше-берах», составленную равом Йом-Тов Липманом Геллером (по некоторым мнениям, текст составил его великий учитель – Маараль из Праги, а рав Геллер лишь содействовал популяризации обычая). В этой молитве говорится о большой проблеме, которая поразила еврейское общество тогда (и продолжает быть актуальной в наши дни): «Пусть Всевышний… благословит того, кто оберегает свои уста и язык от разговоров во время молитвы». Важно отметить, что в упомянутом выше издании «Слихот на 20-е Сивана» рав Йом-Тов добавляет в этом месте комментарий: «От Барух ше-Амар [начало Псукей де-Зимра] и до конца молитвы, также во время чтения Торы, и даже слова Торы, не говоря уже о пустых разговорах и сплетнях».

Нет сомнения, что рав Геллер выступал против пустословия в святом месте. Тем не менее, он был первым, кто связал это с трагедией поколения погромов Хмельницкого.

Амалек и Хмельницкий

Если взглянуть глубже на указанные мудрецами причины погромов Хмельницкого, то можно предположить следующее. Суть злейшего врага евреев – Амалека – «все случайно», и потому его философия – полное отсутствие акарат а-тов, непризнание добра, постоянно получаемого нами от Всевышнего. Таким образом Амалек отрицает и необходимость молитвы Творцу – зачем благодарить, если никакого добра нет?! В разговорах во время молитвы, в месте молитвы и состоит акт насмешки, лейцанута, Амалека – разговор в синагоге не только принижает святость места, но, по сути, отрицает присутствие Всевышнего! Все это, в совокупности с другими грехами, дает возможность предположить, что погромы Хмельницкого – не что иное, как продолжение «взаимоотношений» нашего народа с Амалеком. Злодейский замысел Амалека мог осуществиться только в силу очередного страшного наказания Свыше, направленного к добру, прежде всего – на исправление нас самих.