Бар-мицва (сын заповеди). Бат-мицва (дочь заповеди)

Как я понимаю, мы потихоньку идём по устройству еврейской жизни. Уроки бывают редко, но в прошлый раз, перед праздником Ту би-Шват, мы обсудили понятие брит-милы, и теперь пришло время обсудить понятие бар- и бат-мицвы — совершеннолетия, которое существует в еврейском законе. Это вещи, в общем-то, известные, и поэтому ничего особенно нового за этот урок я сказать, по идее, не должен. Тем не менее мы знаем: бар-мицва празднуется намного более шикарно, чем бат-мицва, и в последние десятилетия это всё растёт и растёт — какая-то гонка вооружений. Бат-мицва значительно скромнее, но понятно, что это две вещи, связанные между собой.

Девочка, как сказано в Гмаре, в возрасте 12 лет и одного дня становится взрослой, мальчик — в 13 лет. Их взрослость состоит в том, что они приходят в новое состояние — состояние, когда они обязаны соблюдать заповеди Торы. Эта обязанность соблюдать заповеди выражается сразу во многих вещах. У мальчика обычно очень хорошо видно, как это происходит, у девочки — значительно скромнее; девочка в принципе должна быть более скромным созданием. Одна из вещей, которые происходят с мальчиком во время бар-мицвы, — это алия ла-Тора: его вызывают к чтению Торы. Если есть такая возможность, он сам читает отрывок Торы, который читают в Шабат; в будний день тоже может сам прочитать. И он надевает тфилин. С этого момента видно его новое состояние — состояние мецуве ве-осе: он обязан выполнять заповеди и выполняет их.

Первый вопрос, который мы сегодня разбираем, — это мгновение, в которое ребёнок становится бар-мицвой. То же самое с девочкой и бат-мицвой, но возьмём бар-мицву. Мы знаем, что это 13-летний возраст, но сказано: 13 лет и один день. Не имеется в виду целый день — имеется в виду одна минута этого дня. Этого достаточно: ему уже больше 13 лет, и он становится бар-мицвой. Вопрос: как это измеряется?

Здесь есть два мнения, которые приводятся уже у первых комментаторов Талмуда. Считается ли это по дню или по часу? То есть если ребёнок родился в определённый час дня, то становится ли он бар-мицвой в этот час и одну минуту, или же он становится бар-мицвой с начала дня, то есть с вечера, с выхода звёзд? Как вы наверняка знаете, еврейский день начинается не с утра, а с ночи, потому что в Торе сказано: «И был вечер, и было утро, день один», второй, третий и так далее. Поэтому с заходом солнца и выходом звёзд у нас начинается день. Итак, первый вопрос: бар-мицва начинается в тот момент времени, когда родился ребёнок, или в момент, когда наступил день его рождения? Даже если ребёнок родился на час, два, три, четыре, пять позже, он уже стал бар-мицвой. Это спор между комментаторами Талмуда. По алахе принято, что день бар-мицвы начинается с вечера, то есть с того момента, когда вышли звёзды.

Какая разница, с какого момента он является бар-мицвой? В принципе, разница в несколько часов. В чём различие? Различие, по сути, одно, но в нескольких вариациях. Вы можете спрашивать, если будут вопросы по дороге.

Итак, наступает вечер. Первая молитва, первая мицва, которая должна быть, — это Маарив, вечерняя молитва. Во время этой молитвы есть мицва де-орайта — чтение Шма. Когда ребёнок читает Шма, как взрослый человек, может оказаться, что он родился, например, в 10 часов утра, и вечерняя Шма, которую он прочёл, — это всё ещё Шма ребёнка, а не взрослого человека: у него ещё нет мицвы чтения Шма. Это не так страшно, не так проблематично. Проблематично другое. Если этот ребёнок родился в 3 часа ночи, то его бар-мицва наступает в 3 часа и 1 минуту после полуночи, и, соответственно, Шма, которую он прочитал в 9 вечера, не засчитывается — это не взрослая Шма. И, по мнению этих махмирим, тех, которые считают, что надо измерять по часам, этого несчастного ребёнка надо разбудить в 3 часа 1 минуту ночи, чтобы он прочитал Шма. Так не принято и так не постановили, категорически: бар-мицва начинается с вечера. А основное практическое различие проявляется в том, что этого ребёнка можно уже вечером включить в миньян; а если бы мы шли по часам, это можно было бы сделать только с той минуты, когда ему исполнилось 13 лет. Это первое практическое различие, связанное с бар-мицвой, которое не всегда точно известно.

Теперь есть ещё один момент: откуда вообще берётся возраст бар- и бат-мицвы. На эту тему существует два мнения. Первое мнение состоит в том, что мы учим это из Хумаша, из Пятикнижия, где рассказывается, что после истории с Диной в городе Шхем два брата, сыновья Яакова, Шимон и Леви, обнажили свои мечи, пошли в город Шхем и перебили всех, кто там был. И там сказано, что Шимон и Леви названы «анашим» — люди, мужчины. Подсчёт этот делает в основном Раши. Этот подсчёт есть у Раши, и прежде всего он делает его в Мишне в Пиркей Авот, поскольку в Пиркей Авот есть мишна, которая говорит: «Бен шлош эсре ле-мицвот» — в возрасте 13 лет человек входит в заповеди. И там делается подсчёт, который показывает, что младшему из них, Леви, в этот момент было 13 лет, и он назван «иш», то есть взрослым, мужчиной. Соответственно, мы видим, что 13 лет — это минимальный возраст взрослости человека, который мы видим в Хумаше, в Пятикнижии. Таким образом, получается, что в возрасте 13 лет Тора называет человека взрослым. Отсюда, по мнению Раши, возникает понятие бар-мицвы.

Это очень понятное и ясное объяснение, но на него есть одна трудность. Не то чтобы я из-за трудности, которую ставлю на Раши, хочу дать вам другое мнение — другое мнение я дам по другой причине. Но когда учат Гмару, вы должны постепенно привыкать к тому, как учат Тору: когда существует какое-то мнение, на него ставится трудность, пытаются дать объяснение этой трудности, а другие комментаторы, которых это объяснение не устраивает, находят другое объяснение, и оно становится для них более верным. Трудность состоит в том, что таким образом можно выучить бар-мицву, то есть для мужчины. А как выучить, что девочка становится взрослой в возрасте 12 лет и одного дня, то есть 12 лет и одной минуты? Здесь нет псуким, как про Шимона и Леви, которые говорили бы, в каком возрасте девочка становится взрослой.

Рош приводит Раши, но спорит с ним, как я только что объяснил, и говорит, что на самом деле взрослость ребёнка учится не из псуким, как учит Раши, не из Пятикнижия, не из стихов Торы. Мы учим это из правила, которое называется «алаха ле-Моше ми-Синай» — алаха, полученная Моше Рабейну на горе Синай. Во время Маамад Синай, когда евреи стояли у горы Синай и получали Тору, они получили Тору в письменном виде — в том виде, в котором она дошла до нас, в виде свитка Торы, как мы сейчас читаем эти книги, в которых всё описано. Это было дано Моше Рабейну на горе Синай. Одновременно Моше Рабейну были даны пояснения к этой Торе, и было дано то, что называется «алаха ле-Моше ми-Синай» — те законы, которые Моше Рабейну получил в устном виде на горе Синай одновременно с дарованием Торы. Это не те законы, которые выводятся из правил толкования Торы. Это вещи, которые являются основой Устной Торы, о которых нет упоминания в Письменной Торе, но мы знаем, что Моше Рабейну получил их как алаху ле-Моше ми-Синай.

Таких алахот есть определённое количество. Сколько их — на эту тему есть махлокет, но мы знаем, какие алахот Моше Рабейну получил в устном виде на горе Синай, и эти алахот передаются из поколения в поколение. Все алахот, которые даны Моше Рабейну на горе Синай, относятся только к Ам Исраэль и не относятся к народам мира. А вещи, которые выводятся из псуким, из отрывков Торы, могут относиться не только к Ам Исраэль, но и к народам мира.

Рош считает, что возраст бар-мицвы — это алаха ле-Моше ми-Синай, и возраст бат-мицвы для девочки — это также то, что Всевышний дал на горе Синай, и это было получено нами. Соответственно, в этот момент ребёнок превращается во взрослого человека. Это превращение во взрослого человека — не стопроцентная взрослость, как мы немножко позже поговорим. Если я забуду, напомните мне, пожалуйста, но думаю, что я не забуду. Это не стопроцентная взрослость, но тем не менее он становится «хаяв ба-мицвот» — обязанным выполнять мицвот.

При этом, по Рошу, получается довольно интересная история, о которой говорит Минхат Хинух. Есть такая книга, Минхат Хинух, которая написана не в виде Шульхан Аруха, не в виде свода законов, а в виде объяснения заповедей, которые даны в Торе. Перечислением заповедей на самом деле занимается не Минхат Хинух, а Сефер а-Хинух — одна из книг ришоним, первых комментаторов. А после этого приходит Минхат Хинух и объясняет каждую из заповедей, приводя различные законы этой мицвы. Поэтому, когда Минхат Хинух говорит про бар-мицву, он говорит, что, по Рошу, возраст взрослости ребёнка определяет алаха ле-Моше ми-Синай. А алаха ле-Моше ми-Синай, алаха, данная Моше Рабейну на горе Синай, может относиться только к народу Израиля и не имеет никакого отношения к народам мира. Поэтому ребёнок нееврейского происхождения становится взрослым не в 13 лет — такой алахи для него не указано. Когда же он становится взрослым? Раньше, позже? Где граница? Если бы мы учили по Раши, что это указано в псуким, что 13 лет — это взрослость, то это относилось бы одинаково и к Израилю, и к народам мира, потому что псуким, как я сказал, относятся ко всем. Но когда мы говорим, по Рошу, об алахе ле-Моше ми-Синай, то это относится только к народу Израиля: евреи становятся взрослыми в 13 лет, а про неевреев надо понять, когда.

Объясняет Минхат Хинух, что взрослость определяется понятием знаний, понятием мудрости. В тот момент, когда человек взрослеет на уровне понимания того, что происходит, на уровне приобретения знаний, умения анализировать происходящее и так далее, — в этот момент он становится взрослым. Таким образом, это может быть 20 лет, 30 лет, может быть 10 лет, может быть 8 лет — в зависимости от человека, о котором мы говорим.

Поэтому Минхат Хинух приходит к очень интересному варианту: может быть человек, который был взрослым и стал ребёнком. Есть у нас нееврейский мальчик в возрасте 10 лет — умный, развитый, хорошо разбирающийся, понимающий и так далее. Он является взрослым в силу своих умственных способностей. Ему вдруг пришло в голову пройти гиюр, и как взрослый человек он имеет право пройти гиюр: бейт-дин его принимает и делает ему гиюр. Он становится евреем в 10 лет — и снова становится ребёнком, потому что ему нет 13 лет, а у еврея бар-мицва в 13 лет. И, соответственно, есть определённые детали его гиюра: гиюр взрослого и гиюр ребёнка отличаются. Если он становится евреем, его гиюр как бы не стопроцентный, потому что это гиюр ребёнка, а пока он нееврей, он взрослый. Мы приходим к такому непонятному замкнутому кругу. Но тем не менее, если такой гиюр проведён правильно, с учётом его детских лет, он становится евреем и снова становится ребёнком, несмотря на то, что уже какое-то время был взрослым человеком. И он становится освобождённым от заповедей.

Когда человек становится «хаяв ба-мицвот», то есть обязан выполнять мицвот, у него, кроме всего прочего, появляются позитивные вещи: человек выполняет мицву и получает за эту мицву награду.