Беги, Яков, беги!

Добрый вечер ещё раз всем. Сегодняшняя тема, которую мы обсуждаем и которая основана на истории из недельной главы Вайеце, — это самый настоящий триллер. Даже чтение текста Торы без каких-то комментариев оставляет ощущение саспенса: что-то сейчас произойдёт. Мы практически чувствуем то, что чувствуют герои, о которых Тора нам рассказывает. В данном случае это Яков, у которого в жизни в данный момент всё, как кажется, не очень хорошо.

И остаётся всегда после чтения этих текстов один центральный вопрос: чему эти истории должны нас научить? Когда Тора рассказывает нам о каких-то законах, вроде всё понятно: есть закон — нужно его соблюдать, есть запрет — не нужно его нарушать ни в коем случае, есть какое-то повеление — нужно его выполнять. Если же Тора описывает нам жизнь, в данном случае про праотцов или каких-то других героев, то обязательно каждая деталь этой истории должна нас чему-то научить, как нам жить. Все эти истории должны стать для нас некой поведенческой моделью. И поэтому часто возникают вопросы.

Есть истории очень короткие, которые можно даже назвать похожими на некие басни. Например, история с Вавилонской башней — мы про это говорили какое-то время назад. Или другие истории: Каин и Эвель, или грех в саду Эдена с Адамом и Хавой. Короткая история, относительно понятная мораль, чему она нас учит, и сама история построена очень лаконично: есть завязка, развязка, кульминация — и из всего этого делается какой-то вывод.

Но есть истории совершенно другого толка, как, например, эта недельная глава — Вайеце. На самом деле эта история началась ещё в прошлой недельной главе и будет продолжаться ещё несколько недельных глав. Это история жизни Якова, и вся его жизнь — это один большой сериал, несколько сезонов, наверное, можно было бы снять — я бы, наверное, сделал восемь сезонов, по десять серий каждый. Было бы, наверное, очень интересно. И когда история так растянута, непонятно, какая вообще общая мораль, какую общую идею мы должны из неё вынести.

Поэтому есть два пути. Либо попытаться сказать, что в каждом элементе этой истории, в каждом слове, в каждом действии, которое совершал Яков или другие персонажи, есть какой-то урок для нас. Либо попытаться всё-таки найти какую-то общую, глобальную тему — чему одному, центральному, научил нас Яков, в том числе через то, что описано в этой недельной главе. И вот этим как раз мы сегодня и попытаемся заняться: не искать этику и уроки в маленьких эпизодах, а попытаться посмотреть на историю Якова глобально.

Мириам в анонсе этого урока, этой небольшой беседы, очень хорошо всё описала. Я сейчас открою этот анонс и прочитаю его. Название сегодняшней беседы — «Беги, Яков, беги», понятная многим отсылка к определённому художественному фильму. И вопросы, на которые мы должны ответить: что делать, когда жизнь летит под откос, а ты остаёшься один на один с собой? Как не потерять направление, когда лестница кажется слишком высокой? И почему именно в изгнании человек может найти свой путь к Богу? Я считаю, что это отличные вопросы и отличный анонс.

Перед тем как мы начнём обсуждать жизнь Якова, отвечу на этот важный вопрос: что делать, когда жизнь летит под откос, а ты остаёшься один на один с собой? Тут небольшая ремарка: это касается не только ситуации, когда жизнь идёт под откос, а вообще всегда. Когда мы остаёмся наедине с самими собой, это всегда очень непростое время, и мы постоянно этого избегаем — не хотим оставаться наедине с самими собой. Как только у нас это получается, в большинстве случаев мы пытаемся занять чем-то наше сознание, наши мысли, заткнуть их чем-то: социальными сетями, скроллингом, чтением новостей, художественной литературой, фильмами, сериалами, спортом. Пытаемся перевести мозг, поменять фокус на что-то другое. Мы очень не любим оставаться наедине с самими собой.

Почему? Потому что когда человек остаётся наедине с самим собой, он автоматически начинает лихорадочно искать смысл: за что вообще, а почему, а как, какой смысл, что теперь делать и так далее. И эти вопросы, эти рассуждения, часто неконкретные, часто касающиеся будущего, чего-то неизвестного, — они нас, честно говоря, пугают. Потому что нас, людей, всегда пугает неизвестное — так уж мы устроены. Когда что-то понятно, мы не так этого боимся, даже если это что-то страшное. Если же что-то непонятно, неизвестно, мы всегда этого боимся, даже если, разобравшись, ничего страшного в этом нет. Вот так мы устроены. Поэтому мы не хотим оставаться наедине с самими собой. На самом деле это очень важно.

Так вот, говоря про наших праотцов, про три великие фигуры нашей истории, — комментаторы Торы видят в них три разные поведенческие модели для трёх разных ситуаций. И каждая из этих моделей необходима абсолютно всем в разные периоды жизни: у нас бывают разные полосы, разные ситуации — иногда всё стабильно, иногда всё хорошо, иногда всё не очень хорошо. И для каждой жизненной ситуации нужна определённая модель поведения. Каждый из трёх праотцов через свою жизнь как бы показал нам эту модель.

Про Авраама Тора говорит, что он молился утром, что он всегда вставал рано утром — несколько раз Тора говорит про него, что он делал что-то, встав рано утром. Авраам представляет собой поведенческую модель какого-то начала, начала чего-то хорошего: как нужно поступать, когда всё хорошо, когда у нас есть ресурсы, силы, время, настроение. Что нужно делать? Грубо говоря, многое: принимать гостей, делать добрые дела, отдавать свои ресурсы миру, радоваться вместе со всеми, быть полезным обществу. Это поведенческая модель Авраама, можно, конечно, говорить об этом ещё больше.

Про Ицхака написано, что он молился днём — это персонаж дня, и его поведенческая модель подходит для тех этапов нашей жизни, когда всё стабильно, когда всё работает как надо. И даже если случается что-то не очень хорошее, но при этом сохраняется стабильность, — чему учит нас Ицхак в этой ситуации? Когда, с одной стороны, нет какого-то сильного энтузиазма, но ничего плохого тоже нет, — мы не должны оставаться безучастными, мы должны всё равно двигаться, мы должны искать диалога: диалога с Богом, диалога с самими собой и с окружающими. Это поведенческая модель Ицхака.

И вот теперь подходим к поведенческой модели Якова, у которого основные, ключевые события жизни случались ночью. Он лёг спать ночью, когда ему приснилась та самая лестница, о которой чуть позже будем говорить. Он боролся с ангелом, с некой сущностью, — и это тоже происходило поздно ночью. То есть это был человек ночи. Сейчас у нас в большинстве городов есть электрическое освещение, и это не так страшно, но раньше ночь была непростым временем: ночью никто не выходил на улицу, ночью может случиться с человеком всё что угодно, и, самое главное, ночью не видно, куда идти, непонятно, что делать. Ночь — это ужас, страх, какая-то пауза в нашей жизни, стресс и так далее.

И Яков, в интерпретации наших раввинов, представляет собой поведенческую модель в ситуации изгнания. Изгнание, в котором мы сейчас находимся, — это когда не видно, куда мы идём, не видно, зачем мы идём, не видно, собственно говоря, света, когда всё кажется плохим, всё кажется неразрешимым и так далее. Это ситуация Якова, это его поведенческая модель. Что же он делает в этой ситуации?

Немного контекста про Якова: что же с ним на самом деле произошло такого ужасного, что он представляет собой именно ночь, эту поведенческую модель изгнания? Во-первых, Яков в тот момент, о котором нам рассказывает наша недельная глава, находился между несколькими угрозами. Во-первых, это желание его родного брата убить его — он убегал от преследования, спасал свою жизнь, боролся за неё, и это уже непростая ситуация. А потом, в этой же недельной главе, он попадает к своему родственнику Лавану, который тоже, мягко говоря, не отличался порядочностью — говорят даже, что он был хуже, чем фараон, — очень плохой человек. И в его семью, в его дом попадает Яков — абсолютно неестественный для него образ жизни, и люди вокруг ужасные, и всё это очень непросто.

То есть Яков теряет свой дом, теряет свою землю, теряет себя вместе со своей семьёй и оказывается в ситуации абсолютно жестокого изгнания, где он всегда лишний, где его всегда пытаются обмануть, унизить и, как говорит нам Устная Тора, даже уничтожить. Он оказывается у Лавана, оказывается, в конце концов, в абсолютном одиночестве. Поэтому его состояние можно описать так: представьте себе состояние человека, у которого нет дома, нет никакой защиты, не на кого положиться, нет никаких собственных ресурсов — ни сбережений, ни каких-то гарантий, ничего нет, и вообще нет никакого ясного будущего, потому что Яков не знал, сможет ли он вообще вернуться обратно. Его брат хочет его убить: с одной стороны смерть, с другой стороны смерть, и нет никакого выхода из этой ситуации. Вот это и есть контекст жизни Якова, поэтому вся его жизнь описывается нашими раввинами как ночь — как ночь, страх, изгнание и всё это.