Книга Шмот — книга о нашем Избавлении

Шалом у-враха. Начинаем новую книгу — книгу Шмот. С одной стороны, это книга рабства, но на самом деле, как её называет Рамбан, это книга избавления.

Когда мы что-то говорим за субботним столом, очень советуют не пересказывать, а рассказывать то, что меня персонально волнует. Не просто успеть что-то прочитать или услышать и повторить то, что я слышал. Нет, нужно найти именно то, что меня персонально как-то затронуло, что меня волнует, что актуально для семьи, для гостей. И выбирать только то, что действительно по-настоящему зашло внутрь. И тогда, когда мы это передаём, мы не пересказываем — и это тоже заходит к другим. Это раз. Также желательно, чтобы был какой-то систематический подход, чтобы разделить: это может быть алаха, законы, это могут быть какие-то истории, может быть сама глава — коротко пройти по всей главе. А также какой-то мусар, какие-то этические мысли: что мы можем выучить для себя, как стать лучше.

Один известный сефардский раввин учился с одним важным талмид-хахамом, молодым человеком. И когда они изучали законы уважения к родителям, он спросил его: «Когда твоя мама входит в дом, ты встаёшь или просто немножко приподнимаешься?» Тот говорит: «Я обычно немножко приподнимаюсь, но в полный рост не встаю». Услышав это, раввин закрыл книгу и сказал: «На сегодня мы закончили. Мы учим законы уважения к родителям, а ты сам не практикуешь это полностью, как надо, — нужно вставать в полный рост. Мы учим для того, чтобы исполнять. И если кто-то просто учит, но не исполняет, с таким человеком я не могу учиться». И только на следующий день, когда тот пришёл и сказал: «Я встал в полный рост, и с сегодняшнего дня я встаю в полный рост», — они продолжили учиться дальше. То же самое: если человек просто пересказывает что-то, что он услышал, увидел, прочитал, но на самом деле этого не делает и не собирается делать, тогда всё остаётся в теории, и лучше об этом не говорить.

Часто хорошо рассказать что-то о себе, что-то персональное — опять же, то, что случилось за неделю, — и обсудить это, понять, правильно ли кто-то поступил или нет. Не так давно у меня было такое происшествие. Я взял машину напрокат, чтобы встретить моих родителей, и мне нужно было вернуть её в пятницу. Это был Суккот, была очень большая, долгая пробка. Мне сказали, что нужно быть там к двенадцати часам. Я приехал в гараж — там нужно спускаться на пять этажей до стойки этого проката машин, — и когда я туда приехал, было 12:01. И управляющий фирмы показал мне на часы и говорит: «Ты опоздал». Я ему объяснил, что была огромнейшая очередь в гараж. А он говорит: «Меня это не волнует. Тебя не волнует моё время — что я должен здесь оставаться, когда уже скоро Шабат, и у меня все эти рабочие и так далее. Тогда и меня не волнует, что у тебя происходит. Я не беру твою машину. Тебе нужно вернуться в воскресенье, и всё сначала». Я старался как-то его уговорить, но его ничего не волновало. Так что в Шабат нам было о чём поговорить. Мы думали: считается ли это местью? Он сказал: как ты себя повёл, так и я себя повёл. Это месть или нет? Нарушил ли он из-за меня запрет мести? Или это не месть, а просто, как сказать, последовательность — то, что из этого следует? В общем, у нас было очень много разных интересных логических вопросов. Так каждый может что-то взять из своей жизни и об этом рассказать.

Сегодня я хотел поговорить о таком вопросе. В одном известном семинаре, уже в старших классах, одна из девушек обручилась. А принято, что все её подружки, весь её класс собираются и дарят ей какой-то большой подарок. Когда они об этом узнали, то поручили одной из её подружек узнать, что было бы ей приятно — украшение, какая-то одежда или что-то ещё. И когда подружка пришла, невеста её удивила: «Мне бы хотелось, чтобы в газете дали большое объявление, что я обручилась. Такое огромное, красивое, чтобы все смотрели и прямо восхищались». Подружки были немножко поражены. Они знали, что эта девушка не против получить почёт и восхищение, что для неё это важно. Но дойти до того, чтобы они все участвовали в таком большом объявлении, — они не были уверены, что это правильно и стоит ли удовлетворить её просьбу, её желание. Или лучше не послушать её и подарить ей что-то, что останется с ней как настоящая память. В этом была их дилемма.

Как посмотреть на этот вопрос? Мы знаем, что одно из самых опасных качеств — это кавод, почёт. Сказано: «А-кина, ве-а-таава, ве-а-кавод моцин эт а-адам мин а-олам» — зависть, влечение к разным физическим наслаждениям и удовольствиям и почёт выводят человека из этого мира. Он не сможет здесь по-настоящему функционировать, жить, потому что постоянно гонится за этими вещами, сам собой не доволен, постоянно зависит от других. Поэтому почёт — это действительно вещь, которой нужно остерегаться. Сказано, что за человеком, который убегает от почёта, почёт бежит. А от человека, который гонится за почётом, почёт убегает. И сказано, что почёт мы должны отдавать Творцу, а не пытаться получить сами.

Есть также интересное объяснение, что почёт — это что-то духовное. Это чувство, которое человек часто получает без каких-то материальных благ. И этим он может потерять награду в будущем мире: если это что-то духовное и он получает это здесь, в этом мире, то вместо того чтобы наслаждаться этим в бесконечном будущем мире, он получает это здесь и теряет часть награды в будущем мире.

Как же тогда поступать, если у человека есть возможность оказать кому-то почёт? Может быть, я у него что-то забираю? Известно то, что пишет рав Исраэль Салантер: когда человек действительно убегает от почёта — это прекрасная вещь, это очень большое, очень важное качество. Но, как сказано в Пиркей Авот, кто человек, у которого есть почёт? Кто мехубад? Тот, кто мехабед ахерим, — кто оказывает почёт другим. Мы видим здесь, что нужно оказывать почёт другим, уважение. Но тот, кому оказывают уважение, может зазнаться, загордиться.

Рав Ицхак Блазер, один из главных учеников рава Исраэля Салантера, ещё когда был в Европе — а потом он переехал в Иерусалим, — известно, что каждый Симхат Тора его носили на плечах и пели песню «Цадик ка-тамар ифрах» о его праведности. И он никогда никому не говорил этого не делать. И когда рав Иссер Залман Мельцер спросил его об этом, как он к этому относится, он сказал, что его ребе, рав Исраэль Салантер, говорил: в качествах, в мидот, нет запрета «лифней иввер». Всем известно, что я не могу помочь кому-то нарушить запрет: нельзя поставить перед слепым преграду, чтобы он упал. Так же нельзя дать человеку покушать что-то некошерное, нельзя сделать так, чтобы он не сказал благословения, и так далее. Но когда говорят о качествах, рав Исраэль Салантер считает, что здесь нельзя сказать: смотри, вот этот человек обжора, он постоянно переедает — может быть, не давать ему так много еды, дам ему чуть-чуть хлеба, салат, и всё. Или: этот человек любит почёт, любит похвалы — может быть, ему нельзя? Можно ли в таком случае оказывать ему уважение и хвалить его? Да. Здесь у нас нет запрета «лифней иввер», запрета помогать кому-то упасть. Сейчас мы попробуем понять, почему нет, чем это отличается от других запретов.

Рав Йосеф Хаим Зонненфельд, главный раввин Иерусалима, — когда он проходил и кто-то вставал перед ним, он часто говорил: «О, очень хорошо!» Кто-то удивился: он ведь известен своей скромностью, почему он так позитивно на это реагирует? Он говорит: «Очень просто. Через сто двадцать лет этот человек попадёт на небеса и скажет: я хочу награду, я уважал большого знатока Торы! — Кого? — Рава Йосефа Хаима Зонненфельда! А ему скажут: ах, Зонненфельд — он вообще не знаток Торы! Но тогда этот человек скажет: я же не знал, я думал, что да, — поэтому мне полагается награда. И он действительно прав, он получит награду. И так как я, Зонненфельд, помог ему получить награду, то мне тоже достанутся какие-то дивиденды, какой-то процент. Поэтому пусть встают, нет проблем!»

Как же правильно смотреть на почёт? Есть объяснение, что почёт — это не что-то стопроцентно негативное, это не зло. Его можно использовать в хорошую сторону. Поэтому, когда мы оказываем человеку почёт, это не значит, что он обязательно использует его в плохую сторону. У него есть выбор, и поэтому это не считается «лифней иввер», как будто я помогаю ему что-то нарушить. Это одно объяснение.

Другое объяснение: у меня есть обязанность уважать других и оказывать им почёт. Например, в бейт-мидраш заходит человек, и все сразу встают. А может быть, этот человек подумает, что встают ради него? Значит, нам не вставать? Каждый, кто здесь находится, — в каждом есть душа, это подобие Всевышнего. Каждая еврейская душа — это частица Творца, каждый человек — это целый мир. Нужно уважать его, нужно оказывать ему почёт. Если этот человек решит, что это его заслуга, и возгордится — это его выбор, но это не повод для нас этого не делать.

Приводят интересное доказательство и в другую сторону. В Гмаре сказано, что рав Хуна проверял своего сына Раббу на гнев: он начал рвать перед ним одежду — хотел посмотреть, будет ли у него гнев.