Как меняется судьба человека?

Добрый вечер всем, добрый день — где мы находимся. Мы хотели сегодня поговорить про Авраама, про обрезание, которое сделал Авраам, и про то, почему у него не было детей до того, как он стал Авраамом — когда он был ещё только Аврамом. А ещё хотели посмотреть на источники его души и на источники душ его братьев, Арана и Нахора, и на то, кто из них выходит — Лот и так далее.

Интересно, что если посмотреть на последнюю букву имени Аврам — это мем, причём мем закрытая. Если бы эта буква стояла в середине слова, она была бы открытой, а раз она стоит в конце — она закрытая. Это как бы показывает, что, разделив имя на части, мы увидим: он был «закрыт», то есть не мог иметь детей. Поэтому Творец даёт ему букву hей от имени Сары: забирает букву юд у Сарай, потому что она называлась Сарай, и делит её на две части — получаются два «пять», ведь hей — это пятая буква. Эти два «пять» связаны с милосердием: одно переходит к Авраму, и он становится Авраамом, другое остаётся у Сары. И через это милосердие он получает возможность иметь потомство.

Интересно, что если посмотреть на само слово «обрезание» — «мила», — его гематрия восемьдесят пять. А если посмотреть на гематрию слова «Элоким» — правосудие: алеф, ламед, hей, юд, мем, — алеф это одна, ламед — тридцать, hей — пять, юд — десять и мем — сорок, — тоже получается восемьдесят шесть. Получается: «мила» плюс колель, то есть плюс единица за само слово, — тоже даёт восемьдесят шесть. Обрезание — это как бы противовес мере суда, Элоким, которая довлеет над человеком: без обрезания эта мера суда на нём, а с обрезанием он как бы идёт против неё.

Если посмотреть на слово «орла» — то, что срезают при обрезании, — его гематрия триста пять. И если расписать слово «Элоким» по именам букв, тоже получится триста, плюс сама буква — триста пять. То есть «орла» связана со словом «Элоким»: когда у человека нет обрезания, над ним большой суд, а когда делаем обрезание — снимаем с человека эту меру суда.

Ещё, если посмотреть на благословение при обрезании, — почему говорится не «аль мила», а «аль hа-мила»? С добавленной буквой hей гематрия становится 91. Если сложить гематрию Имени Творца — которое из уважения произносят как «юд-кей, вав-кей» — с гематрией имени «Адонай» — алеф, далет, нун, юд, — получится как раз 91. Получается, что «hа-мила» соединяет эти два Имени. Поэтому Аврааму нужно было сделать обрезание: чтобы исправить в себе меру суда, снять с себя суды и привлечь к себе Шхину.

Я бы хотела немного посмотреть на братьев Авраама — на Арана и на Нахора. Сказано, что Лот был сын Арана — «Лот бен-Аран». Если взять первые буквы этих слов: Аран — hей, бен — бет, Лот — ламед, — и прочитать их вместе, получится «Эвель». Получается, что в Лоте — душа Эвеля, сына Адама; видимо, Лоту нужно было исправить то, чего не исправил Эвель.

Теперь про другого брата, Нахора, и про слово «Хур». Помните Хура, которого убили во время истории с золотым тельцом, когда Моше рабейну поднимается на небеса и вместо себя оставляет Хура? Хур был сыном Мирьям. Если посмотреть на буквы: «Хур» — это хет, вав, рейш, а «Нахор» — нун, хет, вав, рейш. Последние три буквы имени «Нахор» — это те же буквы, что и в имени «Хур». Так понимается, что Нахор, брат Авраама, — это душа, которая потом заходит в Хура. И Хура убивают.

Авраам идёт в печь во имя Творца, освящает Имя Творца. Вообще, это большой спор — имел ли Авраам право так поступить, — спор о том, какой статус имели неевреи до дарования Торы. Ведь есть противоречие в Талмуде: по одному месту мы стали евреями на горе Синай, по другому — Авраам уже был первым евреем. Один из ответов на это противоречие: на индивидуальном уровне мы были евреями уже с Авраама, а на уровне народа стали им только на горе Синай. Второй подход: на индивидуальном уровне мы тоже ещё не были евреями — евреями мы стали только на горе Синай, а до этого, начиная с Авраама, были просто не-неевреями. То есть Творец ещё не дал Тору, и с Торой мы стали евреями. Отсюда видно, насколько важна связь с Торой.

И если сказать, что наши праотцы имели статус неевреев, получается, что нееврею запрещено освящать Имя Творца, отдавая свою жизнь, — обязаны это только евреи: за три главных греха — идолопоклонство, разврат и кровопролитие — еврей обязан отдать жизнь, но не совершить их. А, например, когда заставляют специально показать, что ты не ведёшь себя как еврей, — скажем, заставляют одеться не так, как принято у евреев, — он тоже обязан отдать за это жизнь, за любую мелочь, потому что должен вести себя как еврей. Но если нееврея заставляют вести себя как нееврей, он не обязан отдавать за это жизнь — и более того, не имеет на это права.

Если посмотреть на «Шир hа-ширим» — там есть строка: «Есть у нас маленькая сестра... что будем говорить о ней, когда о ней будут спрашивать?» И говорится, что это ангелы спрашивают об Аврааме. Почему Авраам назван «маленькой сестрой»? Потому что слово «сестра» на иврите близко по звучанию к слову «сшивать»: сестра как бы сшивает, приводит мир в семью, дружбу между людьми. Так и Авраам «сшивает», привлекает людей к Творцу, приводит их под крылья Шхины, — поэтому он и назван сестрой. И там же сказано: «у неё ещё нет груди», — то есть Авраам ещё в начале пути, ещё только становится евреем, по одному из мнений, и Торы с заповедями — «молока» — у него пока мало.

Дальше: «что нам делать, когда будут о ней говорить», — имеется в виду, когда Авраама бросят в печь. По одному из мнений неясно, какой у него статус — еврея или нееврея, и если статус нееврея, то идти в печь было бы для него самоубийством, у него нет права освящать Имя ценой своей жизни. Так что же делать? И отвечается следующей строкой: «Если она стена — построю на ней серебряную корону, а если она дверь — обошью её кедровым деревом». То есть: если он «стена» — не сдвинется, останется верным, пойдёт в огонь ради Творца, — на нём будет построена серебряная корона: из Авраама выйдет самое лучшее — царство, священство, — всё это выйдет из Авраама.

Кстати, когда Моше рабейну и Давид а-Мелех, стоя на святом месте, произносят слово «холом» — сон, — они оба используют это слово, связанное с царством: каждый из них как бы хочет получить царство. И мы видим, что царь Давид действительно становится царём. Получается, что и царство, и венец, и священство еврейского народа — всё это вышло из Авраама.

Итак, Авраам хочет отдать свою жизнь, а ангелы спрашивают: что же нам о нём говорить? И сказано: если он будет «стеной» — не сдвинется, останется верным, пойдёт за Меня в огонь, — на нём будет построена серебряная корона. А если он «дверью» — слабым, бедным заповедями, не сможет пойти в огонь, не сможет отдать свою жизнь, — тогда Я «обошью его кедровым деревом», то есть спасу его, и никто не будет знать о его заслугах, но Я не построю из него великий народ, если он не пойдёт за Меня в огонь.

И Авраам говорит — дальше в «Шир hа-ширим»: «Я — стена, и из меня выйдут башни». Эти башни — пророки, которые тоже идут в огонь во имя Творца: Ханания, Мишаэль и Азария. Мы знаем, что ангел Гавриэль хотел спасти Авраама, потушить огонь, и сказал: «Я сам пойду в огонь, чтобы спасти Авраама», — но ему было сказано: раз ты этого хотел, пойдёшь спасать не Авраама, а пророков — Хананию, Мишаэля и Азарию, — которые тоже как дети Авраама, его «башни», и тоже пойдут в огонь во имя Творца. И Творец посылает ангела Гавриэля, того, кто хотел спасти Авраама, — спасать этих пророков.

Итак, Авраам пошёл освящать Имя Творца. А у него были братья — вопрос о них. Мы знаем, что Лот, его племянник, происходит от Арана, брата Авраама, отца Лота. Аран родился для того, чтобы исправить идолопоклонство, которое совершил Адам, первый человек. Адам совершил идолопоклонство. Творец дал ему заповедь — не есть плод с этого дерева.