Книга Шмот. Жестокое сердце фараона

В конце нашей недели у нас уже будет начало месяца Кислев, но сейчас это только будет в пятницу, поэтому я только говорю о том, что приближается уже следующий месяц. Видите, мы уже прожили почти два месяца в новом году. Мы закончили 13-ю главу, я только немножко повторю. По-моему, я говорила об этом, что каждый раз, когда евреи идут, перед ними есть облако днём и огненный столп ночью. И не бывает такого, чтобы какое-то мгновение не было одного из них: наоборот, они всё время добавляются один к другому. В момент встречи дня и ночи на какое-то мгновение есть и то и другое.

И сейчас у нас 14-я глава, мы продвигаемся дальше. И сказал Всевышний Моше, чтобы он сказал еврейскому народу — мне кажется, мы это тоже читали — чтобы евреи возвратились и остановились перед Пи а-Хирот. Это были две скалы, и между ними было такое отверстие. Пи а-Хирот так называется потому, что евреи прошли это место свободы. Никто не мог убежать из Египта, и это было то место, пробежав которое, человек становился свободным. А тут евреи вышли из Египта, и поэтому это место называется в честь нашей свободы. Херут на иврите — это свобода.

Между Мигдолом и между морем, на востоке и на западе, перед идолом, который называется Баал-Цфон. Мы тоже говорили, что это единственный идол в Египте, который не был уничтожен, когда происходила десятая казнь. Все идолы Египта, если они были из дерева, гнили, если из металла — расплавлялись. А единственный, кто остался, был Баал-Цфон. И напротив него остановитесь у моря.

Это было как будто дать Египту возможность выбора. Потому что, когда происходят величайшие чудеса, Всевышний тоже даёт людям выбор. Если бы все идолы были уничтожены, у Египта не было бы никакой возможности верить в то, что они смогут гнаться за евреями. А когда какой-то идол остался, евреи как раз рядом с ним и останавливаются. Это даёт Египту возможность подумать, что, может быть, этот идол не даёт евреям идти дальше и продолжать путь.

Вот это говорит Всевышний Моше, чтобы он сказал евреям: вместо того чтобы продолжать путь в Израиль, сделать петлю, возвратиться и остановиться. Поэтому говорится «ве-яшуву» — чтобы они возвратились. И остановились рядом с этим идолом Баал-Цфон, чтобы казалось, как будто Баал-Цфон не даёт им идти дальше. И это выбор египтянам — выбор после десяти ужасных казней, которые они видели в Египте, когда Баал-Цфон им ничем не помог. Это очень тяжёлое испытание, которое Всевышний даёт сейчас Египту.

Среди идолов есть очень много таких, чьё имя — Баал. Баал значит «хозяин». Это то, что у египтян и у других народов символизировало понятие власти. Есть идол, который назывался просто Баал, есть Баал-Цфон, есть Баал-Звув, есть Баал-Пеор, есть Баал-Брит. Мы находим среди названий идолов очень много таких, у которых первое слово — Баал: понятие хозяина, понятие какой-то силы.

И тогда третий пасук: «Ве-амар паро ли-вней Исраэль» — и скажет фараон о еврейском народе: они непонятно в каком состоянии, они как будто заблудились. Море и пустыня их закрыли. Как будто они не знают, куда идти, боятся войти в пустыню, и поэтому останавливаются в этом месте.

Тут интересно, что есть мнение... Говорится «ве-амар паро ли-вней Исраэль», и точный перевод — «сказал фараон евреям». Но евреев нет, все евреи вышли из Египта. Поэтому я это перевела «сказал фараон о евреях». Как мы знаем, все евреи вышли из Египта, а те, кто не вышли, погибли в три дня тьмы, в первые из них, чтобы египтяне не видели, как евреи их хоронят. Есть мнение, что Датан и Авирам — два личных врага Моше — ещё там были, и с ними говорил фараон. Это говорит Таргум Йонатан. Поэтому в тексте не говорится прямо «и сказал фараон о евреях», а говорится «ве-амар паро ли-вней Исраэль» — «евреям», а не «аль бней Исраэль», «о евреях». На простом уровне, конечно, имеется в виду «о евреях», но из этого можно также сделать вывод, что был какой-то диалог и с евреями.

И что делает Всевышний? Это происходило в Египте, и сейчас это продолжается — это будет последняя, самая тяжёлая капля. Всевышний, когда хочет показать свою руку и свою силу, может показать это глобально, как это происходило в Египте. То же самое будет у моря, но это будет как будто на двух уровнях. То, что будет более явно, — это природа. Всевышний сотворил природу, и понятно, что она вся в Его руках. Но кроме того, что Всевышний властвует над природой, Он также властвует над нами.

С одной стороны, у каждого из нас есть свой выбор, однозначно свой. А с другой стороны, Всевышний пользуется нашим выбором, чтобы исполнить Своё желание. И это считается самой сложной вещью. Мы, как люди, не можем это до конца понять: если мне дан мой выбор, то никто не может этим выбором пользоваться и не может его предсказать. Это считается одной из самых сложных вещей, есть даже мнение, что нам невозможно это понять. Есть такое место, где говорится: «Ты меня утешил тем, что взял и привёл к отчаянию». То есть мы как будто отчаялись, пока мы живы, полностью понять, как это может быть, что Всевышний пользуется нашим выбором.

То, что Всевышний правит всей природой, — однозначно и понятно. А то, что Всевышний пользуется выбором каждого из нас, считается философски более сложной вещью и намного глубже показывает власть Всевышнего. Десятью казнями в Египте Всевышний прямо показал Свою власть над природой. Конечно, в этом был и элемент показа того, что Всевышний властвует над фараоном. Всевышний заранее говорит Моше, что фараон не даст выйти из Египта, пока не будут все десять казней. И Моше говорит это фараону заранее: я знаю, что ты нас не отпустишь, пока твой первенец не умрёт, и только тогда ты дашь нам выйти из Египта. Это говорится в самом начале, когда Всевышний говорит Моше: «Бни бхори Исраэль» — мой первенец, еврейский народ. Пока твой первенец не погибнет, ты не дашь выйти из Египта и Моему первенцу.

И сейчас, после десяти казней, понятно, что египтяне погонятся за евреями. И этим имя Всевышнего возвысится ещё более. Это будет через власть Всевышнего над природой, но тут будет и элемент власти Всевышнего над выбором человека. Похожая вещь будет перед приходом Машиаха. Всевышний тоже покажет нам, и после этого вообще не будет сомнений, что Всевышний властвует над природой, но ещё более — что Он властвует над каждым из нас и пользуется выбором каждого из нас для проявления Своего желания.

В наше время это начинается с Мегилат Эстер — то, что Всевышний больше подчёркивает в мире Свою власть над нашим выбором и то, как Он пользуется нашим выбором. А с сотворения мира до Мегилат Эстер, то есть до разрушения Первого Храма, Всевышний больше показывает, как Он правит миром, вселенной, то есть природой, и уже второстепенно — людьми. А тут показывается именно, как Всевышний властвует над людьми.

Поэтому в четвёртом пасуке говорится: «Я усилю сердце фараона, и он погонится за вами». То есть тут как будто у фараона отнят выбор. Или есть мнение, что, наоборот, ему дан выбор: после десяти казней он просто должен был быть в состоянии нервного стресса, а то, что у него вообще будет возможность гнаться за нами, показывает, что Всевышний усилит его сердце и этим даст ему выбор. И этим Всевышний возвысит Себя, будет почитание Всевышнего через фараона и всё его войско. «И узнает Египет, что Я — Всевышний» — имеется в виду тот Египет, который ещё остался в Египте, который не погнался за нами, их дети, которые были ещё маленькими. И весь мир узнает о том, что есть Всевышний в мире: что Он властвует над природой, над морем, и также что Он властвует над выбором человека и пользуется им, вместе с тем что у людей есть их выбор.

То же самое будет перед приходом Машиаха, во время войны Гога и Магога. Там говорится: «Я возвеличусь и освящусь» через всё, что произойдёт с народами, которые будут с нами воевать. Когда Всевышний выбирает для этого людей, это люди, которые вели себя очень неправильно и которым положено наказание. Всевышний пользуется ими, чтобы через них — тех, кому всё равно положено наказание, — возвысилось имя Всевышнего. Это в какой-то мере наказание фараону, и через это также возвышение имени Всевышнего. А не, хас ве-халила, что Всевышний берёт невинных людей и через них это проявляет. Это, конечно, не так.

«Ва-яасу хен» — и евреи сделали так. Почему подчёркивается, что евреи сделали так? Устное предание говорит на это: Всевышний сейчас им сказал приблизиться к Египту. Они уходили в пустыню, а сейчас им было сказано возвратиться. А они так дрожат перед Египтом, они только оттуда вышли, они же рабы. Они понимают, что если Египет их снова поработит, он их ужасно накажет за то, что они вообще посмели выйти. И поэтому, я просто цитирую Раши, «леагид шивхан» — чтобы рассказать, какая похвала еврейскому народу, что они послушали голос Моше. Они не сказали: «Как мы будем приближаться к тем, кто гонится за нами?» Они только сказали: всё, что нам говорит Моше, мы слушаем. Поэтому и подчёркивается: и они сделали так, точно как сказал Моше.

Пятый пасук: «И было сказано царю Египта, что убежал народ. И переменилось сердце фараона и его рабов к народу, и они сказали: что же мы сделали, что отпустили Израиль от работы на нас?» Как это было сказано царю Египта? Царь Египта, когда выслал евреев из Египта, послал с ними агентов. Когда мы уезжали из Советского Союза, с нами тоже посылали агентов.

Моше договорился с фараоном, что мы выходим на три дня пути, там будем приносить жертвы, а потом возвращаемся в Египет. Моше всё время говорит, что мы выходим из Египта на дорогу трёх дней. Если бы фараон дождался седьмого дня и мы бы не возвратились, это было бы для нас большой проблемой: мы были бы как будто людьми, которые не держат своего слова. Но прошёл третий день, и когда агенты увидели, что на четвёртый день, вместо того чтобы идти назад в Египет, мы тут застреваем, они побежали к фараону и рассказали, что мы так себя ведём. И тогда на пятый и шестой день фараон гонится со своим войском за нами и настигает нас вечером между шестым и седьмым днём у берега моря.

Шестой пасук: «И запряг фараон свою колесницу, и свой народ взял с собой». Что значит — он запряг свою колесницу? Обычно царь этого не делает, у него есть для этого рабы, которые готовят ему колесницу. Говорится, что тут фараон ведёт себя не как царь, он говорит со своими подданными.

Поэтому говорится: «и свой народ он взял с собой». Тут у нас такая интересная вещь. Перевод на арамейский Онкелоса — самый древний комментарий. Каждый раз, когда говорится «брать», если это вещь, есть один перевод. А если это люди — мы же людей не берём в руки, мы с ними разговариваем. Поэтому, когда тут говорится «и свой народ он взял с собой», на арамейском у нас написано «у-дабар» — и он говорил. То есть он уговорил свой народ, чтобы тот пошёл вместе с ним. И говорится о том, как он уговаривал, — мы это потом тоже увидим.