День смерти

Эту историю рассказал наш учитель рав Йосеф Хаим из Багдада. У одного царя был единственный сын, наследник престола. Царь сказал ему: «Вот я постарел и поседел, ты же должен будешь стать царём после меня. Я хочу, чтобы ты подготовился к царскому престолу, научился справедливо судить и действовать на благо народа. Отправляйся, сын мой, в путешествие по царствам и посмотри, как действуют властные структуры и каких обычаев придерживаются в каждом народе. Внимательно смотри и слушай, и ты станешь мудрее всех, перенимая всё хорошее и привлекательное, что ты заметишь у каждого народа и у каждой нации».

Сын получил прощальное благословение и отправился в путь. Он прошёл много царств, побывал во многих странах. Прибыл он в одну страну и представился. Там порадовались его приезду и устроили в его честь пиршество в царском дворце: позвали министров и наместников на великий пир, пригласили певцов и музыкантов, игравших на разных инструментах, столы были роскошно накрыты, яства и напитки подали с царской щедростью.

Но перед началом трапезы, перед тем как оркестр начал играть, принесли человека, опоенного снотворным зельем, которое называется бенг, лежащего на носилках как труп, и положили посреди зала. Принесли посуду, из которой омывают мёртвых, омыли его и облачили в саван, положили в гроб и вынесли из зала. А царский сын смотрит, удивлённый и потрясённый, растерянный и трепещущий. И как только похоронная процессия вышла, оркестр начал играть весёлую музыку, кубки наполнились вином и пивом, участники пира стали пить, радоваться и распевать песни, и радость вышла из берегов.

А царский сын совсем растерялся. Когда он смотрел на это представление, на внесение мёртвого и подготовку его к похоронам, он почти потерял сознание, душа его чуть не рассталась с телом. Он ведь никогда в жизни не видел усопшего, никогда не наблюдал, как его омывают. И зачем мёртвый здесь? И как можно испытывать столь великую радость сразу после столь удручающего зрелища? Но ведь его за этим и отправили в путешествие — чтобы узнать и понять обычаи разных народов, внимательно смотря и слушая. Он обратился к хозяевам и спросил: не скажете ли вы мне, что это было?

И они ответили ему так: «Таков наш обычай издревле. Когда мы собираемся пить и радоваться без ограничений, оставив тревоги и забыв беспокойство, мы приносим мёртвого, чтобы увеличить радость. Ведь мы вспоминаем тем самым, что в конце концов каждый умрёт, превратится в мёртвое тело, и его закопают в могилу — в такое место, где нет ни еды, ни питья, ни музыки, ни танцев, ни радости. Поэтому мы вспоминаем и о том, что нужно побыстрее использовать оставшееся нам время, побольше радоваться и пить, сколько влезет, пока это ещё в нашей власти, ведь мы не знаем дня нашей смерти».

Оказывается, что вместо того, чтобы использовать воспоминание о смерти для победы над дурным побуждением — зная, что человека не сопровождают ни серебро, ни золото, а только заповеди и добрые дела, — то же самое воспоминание подстёгивает их погрузиться в жизнь, полную нечистоты и легкомыслия, совсем как в стихе «будем есть и пить, ибо завтра умрём». Об этом сказано и в Гемаре, на стих «потому что нет им страданий при смерти, и крепки силы их»: Святой, благословен Он, сказал — мало злодеям того, что они не трепещут и не печалятся, думая о дне смерти, они ещё и напоминают себе о дне смерти, чтобы побольше получить удовольствие.

И об этом же сказано в Гемаре: сказал раби Ицхак, когда был разрушен Храм, начал наш праотец Авраам молить о милосердии к своим сыновьям. Сказал ему Святой, благословен Он: твои сыновья согрешили. Авраам спросил: может быть, они согрешили по ошибке? Святой, благословен Он, ответил: злонамеренно. Авраам сказал: может быть, меньшая их часть согрешила? Святой ответил: большая. Авраам вопросил: может быть, если бы Ты отложил их наказание, они раскаялись бы? Святой ответил: ибо когда у тебя зло, ты радуешься. Тут же Авраам обхватил руками голову и начал кричать и плакать.

Что означает эта фраза — «ибо когда у тебя зло, ты радуешься»? Речь идёт о моменте, когда люди вспоминали день смерти, а это воспоминание предназначено для того, чтобы побудить людей раскаяться. И вот происходит как раз наоборот: это воспоминание побуждает их веселиться и предаваться безудержной радости, глупостям и легкомыслию. Поэтому нет никакого способа исправить их, Боже упаси, — только сломить их гордыню изгнанием и разрушением Храма.