Сотрите память об Амалеке…

Добрый день, достопочтенные участники. Тема нашей лекции сегодня — учение Виленского Гаона об Амалеке. Есть заповедь — истребить Амалека, стереть память о нём. И сегодня мы будем говорить в основном не о внешнем Амалеке, а о внутреннем — о двух родных братьях, Яакове и Эсаве. Один из них — тот, чьи потомки построили Иерусалимский храм, а другой породил Амалека. И в каждом из нас есть обе эти составляющие, они естественным образом в нас заложены. Соответственно, нам нужно понять, где мы находимся: на какой стороне баррикад мы стоим, а может, и принимаем более активное участие, чем просто стояние.

Для этого мы воспользуемся книгой Виленского Гаона «Вера и провидение», в которой очень подробно говорится обо всём, что связано с Амалеком. Целая глава посвящена этой теме — тому, как Амалек задерживает раскрытие Божественного имени в творении и приводит к тому, что в мире процветают глупцы, а всё, что связано со святостью, к сожалению, находится в приниженном состоянии, хотя эти глупцы вроде бы вполне благополучно живут.

Сейчас мы прочтём Теилим. С учётом напряжения на Ближнем Востоке — здесь и так почти всегда напряжённо, но сейчас это может в любой момент обостриться, — наше чтение Теилим имеет особое значение. Вижу, что сегодня собралось всего 96 человек, обычно бывает намного больше, но сейчас наши Теилим в высшей степени актуальны — об этом поговорим немного позже.

Время как раз очень подходящее: с одной стороны, Рамадан, когда злодеи постятся, а с другой — месяц Адар, когда евреи побеждают злодеев. Ведь именно в Иране произошло то, что мы будем праздновать как Пурим, — победа евреев над силами нечистоты, которые пытались нас там уничтожить, и закончилось это для них очень печально. Так было на протяжении всей истории: еврейский народ — единственный древний народ, который существует по сей день, все остальные прекратили своё существование, потому что не несли в себе никакого истинного, абсолютного смысла и наполнения. Поэтому все они пропали, никого не осталось.

С Божьей помощью — и с помощью Соединённых Штатов, и, конечно, израильской армии — мы победим и в этот раз, и всё сложится хорошо. Мы окажемся в совершенно другой реальности, на новом Ближнем Востоке, и сама ситуация очень предрасполагает к тому, что это станет предвестием прихода Машиаха. А пока прочтём Теилим, чтобы всё сложилось самым хорошим образом в этот месяц Адар.

Прежде всего хочу отметить, что евреи с персами, то есть с Ираном, на протяжении многих веков были в очень хороших отношениях. Известно, что первым решением царя Кира (Кореша), когда он пришёл к власти, было как раз возведение Второго Храма в Иерусалиме. Наша следующая лекция будет посвящена именно этой теме — Израиль и Иран.

Мы увидим, что всё было очень хорошо, пока в 1979 году в Иране не произошёл государственный переворот и к власти пришёл радикальный ислам, что оказалось весьма печально для самого Ирана: валюта тут же обвалилась, наступила практически нищета, страна оказалась в негативных отношениях со всем остальным миром. Там всё развалилось самым фундаментальным образом.

Кстати, наша следующая лекция не состоится, если не будет войны, — сейчас объясню. Если войны не будет, я в этот день буду ехать на поезде по Литве и не смогу дать лекцию. А если в Израиле закроют границу, тогда лекция, с Божьей помощью, состоится. Так что пока ничего определённого сказать не могу.

Хочу лишь отметить следующее: царь Шапур, царь Персии, относился к евреям исключительно хорошо, и Талмуд об этом рассказывает. (Конечно, это не его настоящая фотография.) Талмуд рассказывает и о матери Шапура, императрице Персии, — на протяжении веков персы относились к евреям с большим почтением и за это получали особое благословение для своей земли. Но сейчас всё это закончилось.

Фотография, которую вы сейчас видите, — это Абдул Хосейн Сардари, человек, который был консулом Ирана в Париже во время Второй мировой войны. Он спас тысячи евреев: выдавал иранским евреям паспорта, в которых не была указана их национальность, объявляя их для немцев какой-то персидской народностью. Причём он спас не только иранских евреев — он выдавал иранские паспорта даже людям, не имевшим отношения к Ирану. В общей сложности он спас несколько тысяч человек.

При этом организация «Яд ва-Шем» не признала его праведником народов мира — потому что, когда к нему обратились, он сказал, что не хочет никаких почестей и не готов принимать никакие награды и знаки отличия: «То, что я сделал, должен был бы сделать на моём месте каждый». Вот такая история — человек из иранского княжеского рода, который спас несколько тысяч евреев. Я узнал об этом совершенно случайно, буквально за несколько дней до этой лекции, раньше я об этом не знал.

Сегодня ситуация такая: в Лос-Анджелесе, по некоторым данным, около полумиллиона человек, в основном иранского происхождения, вышли на демонстрацию с лозунгами о том, что ислам — это глупая и злая религия, и просят Америку нанести поражение руководству Ирана, чтобы освободить эту страну. А мы в Израиле, как всегда, находимся на переднем плане — все иранские баллистические ракеты направлены в нашу сторону. Поэтому нам нужно хорошо учить Тору, быть достойными людьми и качественно себя вести. Это то, что я пока могу здесь сообщить.

Продолжим: учение Виленского Гаона о том, что касается Амалека, — книга «Вера и провидение». Поскольку после разрушения Иерусалимского храма Божественное провидение оказалось скрыто, для того чтобы мы могли в большей мере видеть это провидение, нам необходимо понять, какую роль играет Амалек, и стереть память о нём — в первую очередь внутри самих себя, чтобы мы сами в какой-то мере не были Амалеком.

Итак, десятая глава книги «Вера и провидение» — о влиянии Амалека на Божественное имя. Божественное имя — это механизм, через который Божественное влияние распространяется в этом мире, и, соответственно, Амалек влияет именно на это имя. Разъясним мидраш: четырёхбуквенное, непроизносимое имя Господа не будет полным, пока не сотрётся память об Амалеке, — а этого не произошло даже во времена Храма.

Даже во времена Храма память об Амалеке не была стёрта: тогда Амалек не существовал активно, не преследовал еврейский народ в военном смысле, ничего подобного не было, — но он существовал как некий заложенный механизм, которому предстояло реализоваться позже, когда Храм будет разрушен. И тогда, соответственно, произошло то, что случилось в Персии, в Иране, — именно там Амалек предпринимает попытку уничтожить еврейский народ. Это написано в Мегилат Эстер, я не буду об этом говорить — все это знают, и я уверен, что лекции об этом уже есть и ещё будут.

И так сказано в Талмуде: после разрушения Храма мир управляется только двумя буквами Божественного имени. Как видите, то, что пишет Виленский Гаон, — это уже немного Каббала: он говорит, что после разрушения Храма из четырёхбуквенного имени пропадают две буквы. Мы не вполне понимаем суть утраты этих двух букв, и хотя нам не разрешено проникать в сокровенные тайны, попробуем понять кое-что на уровне простого смысла, насколько хватит нашего разума — ведь сказано: «Сокрытое от тебя не разыскивай, скрытое от тебя не исследуй, но над дозволенным тебе размышляй». Это сказано в Талмуде, в трактате Хагига.

Попробуем немного разобраться в постановке этого вопроса. Для этого в книге приводится множество комментариев, разъясняющих то, что не так просто понять у Виленского Гаона; кое-что для разъяснения написал лично я, приведя цитаты из книги «Мудрость раввинов Литвы».

Тора повелевает нам стереть память об Амалеке из-под небес. Ещё раз хочу подчеркнуть: сегодня мы не занимаемся поисками Амалека где-то в других странах, среди других народов, и физически никого уничтожать не собираемся — мы постараемся стереть его имя внутри самих себя. И задача здесь — именно стереть имя, а не столько говорить об уничтожении.