Персидский конкурс красоты

Итак, вторая глава Мегилат Эстер начинается словами: «После этих событий, когда утих гнев царя Ахашвероша, вспомнил он о Вашти, и о том, что она сделала, и о том, к чему она была приговорена. И сказали царские юноши, слуги его: пусть поищут для царя девственных девиц, красивых видом». Смотрите, русские переводы в каждом издании совершенно разные, поэтому там, где слова нас не будут устраивать, мы будем всё-таки смотреть, как они звучат в оригинале. Итак, «наарей а-мелех» — то, что тут переводится «царские юноши», — не обязательно были юношами: наар иногда может называться просто слуга.

Они советуют царю: «Пусть поищут для царя девственных девиц, красивых видом». Тут сразу же можно привести комментарий, который называется «Манот а-Леви». Он сразу же даёт нам совет о том, как правильно получать советы, точнее, у какого человека лучше всего брать совет. И он приводит три критерия человека, который может дать хороший совет.

Первый критерий: человек должен разбираться в том, о чём он советует. Если вы собираетесь купить новую машину, лучше всего, конечно, посоветоваться с человеком, у которого машина уже есть, а не с тем, кто, может быть, знает, что существует такое понятие, как машина, но никогда машинами не занимался. Поэтому «Манот а-Леви» говорит, что советуют не случайно юноши: юноши разбираются, что такое «красивые видом». Они молодые, знают все модные критерии красоты. Поэтому в том, что касается красивых видом, наарим действительно могут дать совет.

Вторая вещь: советчик должен быть другом тому, кому он даёт совет. Ещё раз: «Манот а-Леви» даёт нам очень ценный совет, у кого мы должны спрашивать совета. Первое — человек должен разбираться в том, о чём мы у него спрашиваем. Второе — он должен хорошо к нам относиться, должен быть нашим другом. И «Манот а-Леви» пишет, что царские юноши — это слуги царя, которые постоянно ему прислуживают, постоянно при нём, знают все его прихоти, какие-то тончайшие черты его характера. И, безусловно, они относятся к нему очень преданно. Поэтому второе условие тут тоже выполняется.

И третье, что говорит «Манот а-Леви»: каждый советчик должен обладать хорошими чертами характера, то есть сам по себе должен быть хорошим человеком. Я не знаю, насколько царские юноши обладали хорошими чертами характера, но как бы там ни было, «Манот а-Леви» приводит в своём комментарии именно эти три критерия хорошего советчика.

Что же советуют наарим, юноши, слуги царя Ахашвероша? Чтобы он выбрал себе новую девицу, красивую видом. Мальбим говорит, что нужно было покончить с тем, чтобы выбирать себе жену хорошего происхождения, из хорошей семьи, чтобы царь Ахашверош при помощи жены мог как-то подавить свой комплекс неполноценности. С точки зрения Мальбима у Ахашвероша был комплекс неполноценности, потому что, как мы говорили, он вышел из грязи в князи. А в тот момент, когда у Ахашвероша есть полная власть и все его полностью признают, никаких комплексов уже не должно быть. Он может выбрать любую девушку, которая ему больше всего понравится, несмотря на её происхождение.

Ещё одна очень важная, исторически важная вещь. Мы прекрасно понимаем, что у царя Ахашвероша и до этого было много жён и наложниц. Поэтому Ахашверош выбирает не жену — с этим у него проблем не было. Он выбирает царицу, то есть ту жену, которая будет у него главной. Видимо, из тех, кто у него был, претенденток на такое звание не было. Поэтому тот конкурс красоты, первый в истории, который у нас описан и который сейчас будет происходить, идёт не на выбор жены, не о том, что несчастному холостому Ахашверошу нужно как-то устроить личную жизнь, а именно на выбор царицы, главной жены царя.

«И пусть назначит царь распорядителей во всех областях своего царства, и соберут всех молодых девушек, красивых видом, в столицу Шушан, в женский дом, под надзор Hегая, царского евнуха, стража жён, и пусть выдадут им умащения». С точки зрения Мальбима, мы видим, что с новой женой, которая сейчас должна стать царицей, нужно отойти от тех ошибок, которые были с Вашти. Вашти в первую очередь стала женой, потому что она была царского рода. Теперь Ахашверошу это не нужно, и царица изначально должна знать своё место в доме Ахашвероша.

Как она должна знать своё место? Мальбим говорит, что психологически ей сразу же дают такие посылы. Во-первых, она сразу же идёт под надзор евнуха Hегая — или Hегея, как тут написано, правильно произносить Hегай. Девушка, которая приходит на этот конкурс красоты, чтобы стать претенденткой для царя, сразу переходит под власть евнуха. То есть ей с первой же минуты показывают, кто в доме хозяин. Отныне ею будут командовать евнухи, её будут вызывать евнухи, приводить и уводить евнухи. Одним словом, сразу же ей показывают, чтобы она не показывала свой характер в царском доме.

Вторая вещь, которая тут написана: «и пусть выдадут им умащения». Видимо, как говорит Мальбим, тогда умащения можно было выбирать. Мы ещё поговорим про умащения и про то, как проходит этот конкурс красоты. Он будет проходить в несколько этапов, и это всё очень интересно, потому что Мегилат Эстер нам всё это очень подробно описывает. Чтобы ещё раз сбить с девушек их гонор, они не только сразу переходят под надзор евнуха Hегая, но и умащения, которыми они должны будут пользоваться, не выбирают сами — им их выдают. Нет такой ситуации, что девушка приходит и говорит: «Дайте, хочу это умащение, теперь хочу "Шанель"», и не знаю, что она ещё хочет. Что дадут, то и бери, всё.

Ещё Мальбим пишет, что изначально, когда происходили эти поиски красивых девушек, девушки шли добровольно. А из тех, кто шёл добровольно, как пишет Мальбим, видимо, был кастинг. В чём заключался этот кастинг? Hегай — во всяком случае, так пишет Мальбим — сам определял, кто может подойти царю, а кто царю точно не подойдёт. И из всех девушек, которых привозили к Hегаю на первый кастинг, он практически всех забраковал. Поэтому, когда стало видно, что девушки забракованы, а на этот конкурс нужны ещё девушки, с этого момента, пишет Мальбим, девушек начали приводить в царский дворец насильно. Когда мы будем говорить про Эстер, мы увидим, что её тоже насильно приведут во дворец.

«А девушка, которая будет хороша в глазах царя, пусть воцарится вместо Вашти. И понравилось это царю, и он так и сделал». Итак, царь объявляет конкурс красоты, чтобы выбрать себе царицу.

И тут фраза, которую обычно, когда читают Мегилат Эстер, все произносят вместе с чтецом: «Иш еhуди hая бе-Шушан а-бира, у-шмо Мордехай бен Яир бен Шими бен Киш, иш йемини» — был в столице Шушан один иудей, имя его Мордехай, сын Яира, сын Шими, сын Киша, из колена Биньямина. Тут написано «иш йемини», то есть имеется в виду человек из колена Биньямина.

Итак, давайте познакомимся с первым главным героем нашего повествования — Мордехаем. Мы сейчас расскажем биографию Мордехая, но перед этим давайте всё-таки посмотрим на имя Мордехай. Это его настоящее имя или ненастоящее? Вроде бы понятно, что настоящее. Но дело в том, что начиная с вавилонского пленения мы видим, что всем евреям, которые жили при вавилонском дворе, меняли имена, чтобы их имена звучали более знакомо для того народа, среди которого они находятся.

По-моему, я уже рассказывал эту историю. Много лет тому назад, в начале 90-х годов, когда мы с моей семьёй приехали жить в Австралию, я пошёл на курсы английского языка. И один из первых вопросов был: «What is your name?» А я уже тогда назывался исключительно Гедалия. И когда я сказал «Гедалия», мне сказали, что это имя невыговариваемое, его никто не сможет произнести. Учитель английского языка сразу же сказал: «Смотри, ты приехал в новую страну. Когда ты потом захочешь устроиться на работу и работодатель увидит странное непроизносимое имя Гедалия, он лучше выберет какого-нибудь Джона, чтобы не ломать себе язык». Поэтому, как сказала педагог английского языка буквально на втором-третьем занятии, на моём месте она сменила бы имя. И когда я спросил, на какое же имя сменить, как сейчас помню, она предложила: «Назовись Henry, Генри». Ей это имя очень нравилось. Но я сказал, что Генри называться не буду, и так я и остался Гедалией.

Но, как мы видим, имена очень часто меняли. Мы это видим и в наше время: многие эмигранты меняют имена, фамилии, в Израиле тоже меняют в огромном количестве. Поэтому в том, что меняется имя, нет ничего странного. Допустим, мы с вами это не учили, но знаем историю про Даниэля и его друзей. Каждому из друзей Даниэля, и самому Даниэлю, дали вавилонские имена. Например, был у него друг, которого звали Азарья. Азарью сразу же назвали Аведнего, что переводится «слуга Него». Что такое Него? Это одно из вавилонских божеств. То есть имена, которые им давали, были местные, и они совершенно спокойно могли включать в себя имена каких-то божеств, идолов и так далее.

Поэтому вопрос, было ли у Мордехая еврейское имя или Мордехай — это и есть еврейское имя, возникает не на пустом месте. Трактат Менахот в Талмуде говорит, что Мордехай — это не еврейское имя, это имя персидское, а у Мордехая было еврейское имя. Какое? Либо его звали Птахья, либо Билшан. Во всяком случае, так говорит Талмуд, масехет Менахот. Есть ещё одна точка зрения, что настоящее имя Мордехая было Малахи, а Мордехай — это было персидское имя. Мы сейчас остановимся на этом аспекте. Персидское имя Мордехай, скорее всего, происходит от божества Мардука, то есть имя языческое. И тут, опять же, удивляться нечему.