Ту биШват — новый год деревьев

Добрый вечер, дорогие слушатели. Очень рад нашей встрече в такой большой день — Ту-Бишват. С вашего позволения начнем наше занятие. Как всегда, я надеюсь, что все практически знают канву событий, но давайте напомним ее в нескольких словах.

Ту-Бишват в переводе на русский язык — это пятнадцатый день еврейского месяца Шват. Выпадает он, как правило, на январь-февраль, зимнее время; мудрецы отмечают нечто особенное именно в этом месяце и в этой дате — есть даже спор по этому поводу, но нас он сейчас не занимает. Самое важное — что эта дата, пятнадцатое швата, установлена как Рош а-Шана, как начало года для деревьев, для плодовых деревьев. Чем этот день отличается от обычного? Молитва та же самая, только не говорим Таханун.

Что мы делаем в этот день, что в нем особенного именно для нас? Молитва та же самая, но оказывается, что в этот день молятся о хорошем — например, о вступлении в брак, о том, чтобы найти себе шидух, жениха или невесту, а также о том, чтобы у тех, кто не имеет детей, они появились. У тех, кто отмечает этот день в особой форме, — у хасидов, в хасидских дворах — принято устраивать настоящую трапезу. Такую трапезу устраиваем и мы.

Если говорить конкретно, что мы делаем в этот день, — кроме того, что не говорим Таханун в утренней молитве, — мы молимся, естественно, о своем здоровье: в этот день можно удостоиться многого для личного здоровья, защиты от короны, от всех этих болезней. В этот день мы устраиваем трапезу; вечером мы едим плоды, которые произрастают на земле Израиля. Но главное — это плоды, которые нам дал Творец: плоды, которые растут за границей, тоже творения Творца, поэтому мы точно так же их едим, даже если они выросли не здесь, а, скажем, в Турции или где-то еще.

Мы видим, что у этого праздника самые разные стороны. По сути, это Новый год. Что это значит, для чего его нужно отмечать — что за Новый год для деревьев? Мудрецы объясняют, что это связано с установлением даты, которая позволяет нам отделить то, что называется трумот у-маасрот, — то, что связано с урожаем на земле Израиля. Мы знаем: если, скажем, у меня есть пардес, есть сад, и там растут, скажем, апельсины, и это на земле Израиля, — значит, я обязан по велению Торы отделить десятину. Трумот у-маасрот — это больше, чем просто десятина: это значит, что я должен отделить определенную часть коэнам — труму, и десятину левитам — маасер. Кроме того, в зависимости от года, я должен отделить либо маасер ришон, либо маасер шени. Здесь целая система трумот у-маасрот.

Как я могу это отделить? Отдели от того, что ты собрал в течение года. А где граница года? Она проходит здесь не как обычно, не в Рош а-Шана, — а именно здесь устанавливается Ту-Бишват. Пятнадцатого швата: все деревья, которые зацвели до этого дня, относятся, как бы, к прошедшему году, все вместе, и от них можно отделить труму у-маасрот. А деревья, которые зацвели после пятнадцатого, — уже нет, это относится уже к следующему году. Это, я надеюсь, все уже знают, просто повторим то, что уже пройдено.

Так что же кроется за всеми этими разными сторонами этого дня? Ведь сам по себе закон о трумот у-маасрот, казалось бы, не связан с тем, что мы едим плоды в этот день и молимся о разных вещах, — а на самом деле все это связано между собой, и за этим стоит очень глубокое понимание. Не буду сейчас развивать эту тему подробно, но в двух словах скажу, что за этим кроется очень глубокий смысл — только намеком, не уходя в детали.

Намек на это слышится уже в самом начале Торы, где рассказывается о корнях всего — о том, из чего все происходит. Там рассказывается, что в том мире, где был сотворен первый человек, тоже было дерево — дерево познания добра и зла. Первому человеку дали повеление, и есть разные мнения об этом: по одному из мнений мудрецов, у него был не только запрет есть с дерева познания добра и зла, но и повеление есть плоды со всех остальных деревьев сада. Единственное «не делай» — это запрет есть плод именно с этого дерева, дерева познания добра и зла, так его условно называют. А все остальные деревья, которые там были, он должен был есть — наоборот, Творец создал это для него: попробовать такой вкус, и такой, и такой.

Нужно было пробовать все — до такой степени, что в Талмуде сказано: если человек увидел какой-то плод и не попробовал его, за это он еще даст отчет в будущем мире. Как так? Почему ты не попробовал тот плод? Я же сотворил его для тебя, а ты даже не поинтересовался, не захотел его попробовать. Что за этим стоит? За этим стоит то, что раз Творец сотворил для нас плоды, значит, они сотворены для того, чтобы мы их ели, — значит, мы должны их есть.

И вот мы с вами в этот день, который отмечает именно эту часть — связанную с произрастанием плодов, — отмечаем ее в этой трапезе. Поэтому у больших мудрецов Торы, у хасидов особенно, на праздничную трапезу приносят пятнадцать видов плодов. Почему пятнадцать? Ну, раз это пятнадцатый день, значит, и пятнадцать видов плодов. Плюс к этому это еще делится на пять-пять-пять разных видов — это уже связано с более глобальным пониманием.

Обратите внимание — это прямо соответствует духовной структуре мира: есть плоды, у которых есть скорлупа, — скорлупу мы не едим, а едим только мякоть внутри. Есть плоды, у которых съедобно и то, и другое, — таких тоже пять видов. И есть третий вид, у которого скорлупы вообще нет. Первый вид соответствует, как вы понимаете, самому низкому миру, где есть скорлупа: чтобы добраться до плода, все это нужно разбить, раскрыть. Есть мир над ним, где наполовину, и есть мир еще более высокий, где уже все чище.

Вот, дорогие друзья, это в нескольких словах о содержании Ту-Бишвата. Но дальше хотелось бы перевести это на что-то более близкое, практическое применение этого праздника — какой духовный смысл, какие этические выводы мы должны из него вынести, которые могут помочь нам в нашей жизни.

Этот праздник, этот день, когда речь идет именно о празднике деревьев, — выясняется, что уже сама Тора, в первую очередь, каким-то образом сравнивает человека с деревом, с плодовым деревом. Написано: «Ки а-адам эц а-саде» — человек, он как полевое дерево, плодовое дерево. Царь Давид говорит, пророк Йешаяу говорит — есть много сравнений, по которым видно, что есть какая-то связь, какая-то образная связь между человеком и деревом.

Единственное — я слышал краем уха, что здесь до этого выступала раббанит и у нее тоже была эта тема, она наверняка тоже как-то сравнивала человека с деревом, не знаю, как именно. Единственное, что скажу: даже если то, что сейчас будет сказано, не совпадает с тем, что она говорила, — поскольку речь идет об образном сравнении, оно допускает большую гибкость, так что это вполне возможно. Так что, я надеюсь, я не буду сильно противоречить тому, что было сказано до меня.

Давайте прикинем — это очень интересно: действительно, человек в каком-то смысле подобен дереву. Давайте остановимся на нескольких аспектах — есть довольно простые выводы, к которым мы придем, пока не закончим занятие.

Первое, на что важно обратить внимание, — как устроено дерево. У дерева, все прекрасно знают, есть корни, есть ствол, есть ветви и плоды на ветвях, и вот так оно растет. У человека тоже есть подобие всех этих составляющих: у него есть корни, должен быть ствол, есть ветви, и он должен принести в этот мир плод. Он должен расти — все как у дерева.

Просто с деревом это проще понять. У дерева мы видим, что корни спрятаны под землей — мы не видим корни. Но зато корни — что они нам дают? Во-первых, оттуда идет все питание: корни берут из земли воду, минералы, все необходимые вещества, и это все идет дальше, питает все дерево. Это одна составляющая. Вторая составляющая — устойчивость благодаря корням: чем они глубже, тем дерево устойчивее. Придет ветер, ураган — может снести дерево, а если есть крепкие корни, оно держится.

Подобное сравнение прямо напрашивается. Что же кроется в этом образе применительно к человеку? Это всем ясно и понятно: наша история не начинается в день нашего рождения, как многие думают. У нас есть корни: у нас есть мама с папой, бабушка с дедушкой, все наши прапрадеды — все поколения евреев. Все это не видно — мы сейчас с вами живем, а их не видно. Сходите на кладбище — там, может быть, найдете поколение дедушек и бабушек, а все остальные — не видно их, они все под землей. Но мы находимся здесь — как народ Израиля, как евреи, как люди, как те, кто мы есть, — благодаря им. Мы питаемся от них. Мы не можем думать, что мы сами по себе, — вот, я родился, случайным образом появился на свет, пожил, пожил — нет, это не так.