Заповеди Исхода

Бог услышал наши молитвы, молитвы всего еврейского народа. Мы вчера остановились прямо перед песней, которую еврейский народ, Моше и сыны Израиля, пели у моря. Это одна из песен благодарности Богу.

Все знают, что молитва имеет могучую силу, и это очень верно: молитвой можно всё изменить. Но есть ещё что нужно знать: надо уметь выражать Богу благодарность. Когда мы выражаем Богу благодарность, Он посылает нам ещё больше добра. Когда человек видит чудо и поёт Богу — это великое дело.

Мы читаем песню, которую пели Моше и сыны Израиля, перед Богом. Она начинается так: «Я буду петь перед Богом, ибо Он высоко вознёсся: коня и всадника его вверг в море. Сила моя и песнь моя — Бог...»

И здесь есть Таргум Онкелоса, и есть Раши. Таргум Онкелоса переводит: моя сила и моё пение. А Раши говорит: моя сила — это истребление врагов, — это Бог. И стал Он мне спасением. Это мой Бог — я Его прославлю; Бог моего отца — я Его вознесу. Не только мой Бог — Он и Бог моего отца.

«Господь — воин, Господь — имя Его». Колесницы фараона и войско его он вверг в море, а лучшие, избранные военачальники его потонули в Ям Суф. Бездны их покрыли, они опустились в пучины, как камень.

Твоя десница, Господь, величественна силой; твоя десница, Господь, сокрушает врага. И величием твоим ты сокрушаешь восстающих против тебя. А кто встаёт против Бога? Кто встаёт против еврейского народа — тот встаёт против Бога. Ты посылаешь твой гнев — он пожирает их, как солому.

От дуновения твоих ноздрей вздыбились воды, стали стеной текучие воды, застыли бездны в сердце моря. Дальше он говорит о том, что думал враг. Враг сказал: «Погонюсь, настигну, разделю добычу». Вы помните, я упоминал, что фараон говорил, что будут делить добычу по-честному — и ему, фараону, и всем остальным по-честному.

Насытится ими душа моя; обнажу мой меч — истребит их моя рука. Раши поясняет: сделает их бедными — моя рука. А Таргум Онкелоса говорит: истребит их моя рука. Ты дунул твоим духом — покрыло их море; потонули они, как свинец, в водах могучих.

Кто, как ты, среди сильных, Господь? Кто, как ты, величественный в святости, грозный хвалениями, творящий чудеса? Он делает чудеса. Ты простёр свою десницу — поглотила их земля, то есть египтяне были там погребены. Ты вёл своей милостью народ, который избавил; вёл его своей силой к обители святости твоей.

Дальше он говорит о том, какая была реакция окружающих народов. Услышали народы — содрогнулись; дрожь охватила жителей Плешета. Тогда смутились князья Эдома; вождей Моава охватила дрожь; растаяли все жители Кнаана.

Здесь окружающие народы содрогнулись от этого особого события — от того, как расступилось море. Жители Плешета боялись, потому что они убили потомков Эфраима, которые вышли раньше времени и пришли к ним. А князья Эдома и Моава боялись — хотя, казалось бы, почему это должно было их коснуться? И растаяли все жители Кнаана: узнав, что евреи идут занять эту страну, они пали духом от страха.

От величия твоей силы они онемеют, как камень, — доколе пройдёт твой народ, Господь, доколе пройдёт народ, который ты приобрёл. Это тоже очень любопытно: все содрогнулись — Эдом, Моав, Плешет, Кнаан, все эти народы содрогнулись. А что было дальше, как это на них повлияло? Они содрогнулись в этот момент — и, как говорится, пошли дальше.

Чтобы человек менялся, он должен то, что увидел, приблизить к своему сердцу, к своим чувствам. Без этого ничего не меняется: человек не меняется от того, что он просто видит или слышит, — автоматически это не происходит. Человек меняется, когда прикладывает увиденное к сердцу, думает об этом, старается понять, что здесь было и что это говорит лично ему. А если человек может увидеть великие чудеса и на минуту содрогнуться, но не прикладывает это к сердцу, к своим чувствам — в дальнейшей жизни ничего не меняется.

Ты приведёшь их и насадишь, как дерево, на горе твоего наследия — на месте, которое ты, Господь, устроил себе для обитания. Он говорит про Храм: этот Храм основали Твои руки. И Господь будет царём во веки веков.

Когда кони фараона с колесницами и всадниками вошли в море, Господь обратил на них морские воды — а сыны Израиля прошли по суше среди моря. Комментаторы говорят, что евреи шли по дуге и вернулись на тот же берег моря, с которого зашли.

Если так, спрашивается: для чего было раздвигать море? Ответ простой: главная цель была в том, чтобы утопить там египтян, — так Бог всё это устроил. Море разошлось, евреи зашли, а египтяне пошли за ними следом. Если рассуждать логически, египтяне должны были понять: раз Бог творит для еврейского народа такие чудеса, куда вы лезете? Это тоже было одним из чудес этого события: ведь написано, что Бог ожесточил сердце египтян.

После того как мужчины спели эту песнь, пророчица Мирьям взяла бубен, и женщины вышли за ней с бубнами и танцами. И Мирьям говорила им: пойте Богу, пойте перед Богом — Он высоко вознёсся: коня и всадника его вверг в море.

Интересно, что здесь тоже упоминается бубен — это не случайно. Великие события, которые произошли, — еврейский народ увидел в них руку Бога.

И написано, что простая рабыня у моря видела больше, чем великий пророк Йехезкель. Как написано в мидраше на Шмот, который это обсуждает. Я помню, что об этом тоже говорили и обсуждали — вот, собственно, о чём я и говорю, это те же слова.

Слова таковы: человек видит великие события, великие чудеса, но если он не прикладывает это к сердцу, ничего не меняется. Нужно обратить это к сердцу и принять: а что это значит для меня?

И он задавал такой вопрос: рабыня у моря видела больше, чем великий пророк Йехезкель, — обычная, без особой духовности. Так кто же на самом деле видел больше: та рабыня или пророк Йехезкель? Понятно, что пророк Йехезкель работал над собой и духовно рос: каждая ступень стоила ему труда и работы, и всё, что он получил, стало по-настоящему его. А рабыня получила это в подарок — духовный подарок. И то же самое с чудесами, которые видит человек: если он не обращает на это внимания, не прикладывает к сердцу — как легко пришло, так легко и уйдёт. Это факт.

Известно, что после Шестидневной войны были великие чудеса, и в других войнах тоже были великие чудеса. И в последней войне тоже были чудеса — были и потери, и были чудеса, было и то и другое. Я рассказываю это к тому, что были солдаты, которые после Шестидневной войны рассказывали о чудесах, свидетелями которых были лично, — но многие из них так и не изменили свою жизнь. То, что человек видит, не влияет на него, пока он не приложит это к сердцу и не пробудится через это.