Предел даат бина — Устная Тора

Истоки Устной Торы. Почему в молитве «Шма» не упоминается награда за исполнение заповедей. В Устной Торе есть мелкие подробности легких и тяжелых заповедей, и она «сильна, как смерть, люта ее ревность, как преисподняя». И может учить ее только тот, кто любит Всевышнего всем сердцем, всей душой и всем существом своим, как написано: «И возлюби Г-спода, Б-га своего, всем сердцем своим, всей душой своею и всем существом своим». А откуда ты учишь, что эта любовь не что иное, как учение? Смотри, что написано в следующем стихе: «И будут эти слова, которые Я заповедую тебе сегодня, на твоем сердце». Что же это за учение, которое на сердце? «И повторяй их детям своим» — это Талмуд , требующий повторения. В первом отрывке Шма не разъясняется награда за мицву в нашем мире, как это делается во втором отрывке: «И будет, если послушаетесь, и дам Я дождь земле вашей…» Здесь говорится о награде тем, кто занимается Письменной Торой , и не занимается Талмудом. Кроме того, во втором отрывке написано: «…всем вашим сердцем и всей вашей душой» и не написано: «…всем вашим существом». Это учит тебя, что тот, кто любит богатство и наслаждения, не может учить Устную Тору , поскольку она требует тяжкого труда и бессонных ночей, и люди изнашиваются и увядают над ней. И потому награда за нее — в Грядущем мире, как сказано: «Народ, идущий во тьме, увидели великий свет» ( Танхума ). Страшно подумать о «награде» раби Акивы (он был жестоко казнен римлянами), о которой удивлялся Моше: «Это Тора и это награда за нее?!» Его душа вышла на этом стихе Шма о единстве любви, и выяснилось, что нет у него никакой действительной награды в этом мире. Ведь раби Акива — корень Устной Торы. «Моше и раби Акива были на одной ступени, этот в Письменной Торе, а этот — в Устной Торе» ( р. Авраам сын Виленского Гаона ). В этом максимальное слушание (Шма, «Слушай» — первый отрывок, относящийся к Устной Торе) сознания рассудка ( даат бина ), порождающее у соединяющегося с ним мудреца любовь — «стрелы ее — стрелы огненные — пламень Г-споден!» Любовь, за которую «если отдаст человек все добро дома своего, то заклеймят его презрением» — «всем существом твоим». Любовь, в наслаждениях которой человек «умерщвляет себя в шатрах Торы» и готов отдать душу за нее. Это любовь, у награды за которую — нет реальности и отношения к нашему миру, но лишь к миру Грядущему. * * * Повторим кратко всеобъемлющий принцип: осознание, даат , соединяет человека в человеке: его дух, руах , с постижениями хохмы и бины в его мозгу, в восприятии жизни, которое порождает любовь и страх. Тем самым, сам человек удостаивается вечного существования: «Мудрость и осознание ( хохма и даат ) не пропадут, они существуют вечно, и если пропадут от созданного знающего, не пропадут от Знающего — Творца. Осознание есть высшая сила, над которой не властна гибель… Душа хранит себя осознанием, которым она знает себя и включает ее, и потому не пропадет, ибо она — знающая, и она — знаемая, и она — знание, поскольку разум, разумеющий и разумеемое есть одна сила. Таким образом, душа, которая есть осознание, не пропадет, ибо осознание не пропадает» ( рабейну Там ). Но именно здесь, в этом месте , существует опасность вхождения зла — «знания добра и зла» — в структуру человека.