Хорошо ли быть прокурором?

**Хорошо ли быть прокурором? ** По уроку рава И.Полищука

Порядок судопроизводства в Высшем суде описан в наших святых книгах. Есть ангелы-обвинители, есть ангелы-защитники, однако решение только у Всевышнего. Подобным образом ведется суд и в известных нам нееврейских судах: есть обвинитель, защитник и суд, принимающий решение и выносящий приговор, и есть палач, который его приводит в исполнение. Очень интересно, что есть одна принципиальная разница между судопроизводством по закону Торы и другими мировыми судопроизводствами. Есть одна вещь, которой нет в еврейском судопроизводстве: нет понятия прокурора. Нет обвинителя! Просто нет! По еврейскому закону есть два вида судов: один суд – когда речь идет о тяжбах, касающихся отношений между людьми (денежных и других – например, претензии за побои и тому подобное). Есть две стороны, которые подали друг на друга в суд, и каждый истец не является обвинителем другой стороны, а отстаивают свои права. Судьи, конечно, должны взвесить слова обеих стороны и принять решение. Но прокурора нет. Второй вид суда – наказания за совершенные грехи, вплоть до смертной казни и других видов физических наказаний. Там тоже нет прокурора, а есть только свидетели, которые видели совершаемое преступление своими глазами. Они должны дать показания лишь о том, что они сами видели, судьи должны тщательно проверить, является ли это свидетельство истинным или нет, проверить, насколько точно свидетели все передают. Допустим, есть два свидетеля, из которых один утверждает, что обвиняемый убил человека под яблоней, а второй говорит, что это была груша. Такое свидетельство отвергается, и человека освобождают от смертной казни.

Это очень странно, ведь в святых книгах приводится, что на Высшем Суде есть обвинители!  На суде Всевышнего есть и обвинители, и защитники. Видится, что на этом основаны все мировые судопроизводства, которые нам знакомы. У всех есть обвинитель и защитник. Так приводится в книге «Зоар» о порядке судопроизводства в Рош а-Шана и Йом-Кипур: приходит Сатана – обвинитель, собирает всю информацию про людей, требует суда у Всевышнего… У народов мира это вошло в судопроизводство, а у евреев – нет. Дело не в том, что просто нет такого обычая. Ведь у нас все судопроизводство основано на законах Торы. В Торе есть понятие «бейт-дин» – суд, есть понятие «свидетели», есть понятие «истец», который требует компенсации и воздаяния за причиненный ему ущерб. Нет такой должности -прокурор. И еще одна должность присутствует у всех народов мира, а у нас нет: у евреев нет должности палача. Когда человеку присуждается смертная казнь, она осуществляется, как заповедь Торы, если это убийца, родственниками погибшего –* гоэль а-дам*, кровный мститель, или свидетелями, которые видели, как он совершил преступление, за которое должен быть приговорен к смерти. На них возложена обязанность эту казнь осуществить. А должности палача нет. Более того, приводится в трактате «Макот» в конце первой главы (этот трактат есть с русским переводом), что еврейский суд, который приговорил человека к смертной казни раз в семь лет, называется «кровопролитным судом». Некоторые мудрецы считают, что говорится об одном разе в семьдесят лет, а не в семь. Суд всегда искал все возможности оправдать, а не вынести смертный приговор.

Нужно понять, в чем корень того, что в нашем судопроизводстве нет прокурора. Это вопрос принципиальный. Дело в том, что прокурор в этом мире – это представитель Сатаны. Высший прокурор, высший обвинитель – это Сатана и его силы. Есть и палач Высшего Суда – это ангел смерти, одно из проявлений Сатаны. Евреи не должны быть представителями Сатаны! Когда речь идет о Высшем Суде, в «Зоар» приводится описание Суда в Рош а-Шана и Йом-Кипур; там говорится, что вначале к Всевышнему приходит Сатана с огромной стопкой «папок» в руках – списками дел на все человечество, обвинениями и так далее. Более того: в книге «Зоар» написана страшная вещь о строгости Суда в Рош а-Шана, что, когда высший обвинитель приходит к Всевышнему обвинять народ Израиля или народы мира –вход защитникам закрывается, их не пускают. Нет входа для тех, кто пробудит Меру милосердия. Книга «Зоар» задает вопрос: почему Всевышний здесь не допускает Меру милосердия? И дает четкий ответ: Всевышний сделал так, чтобы люди боялись Его суда. Если бы за каждую провинность на Суде появлялось милосердие, люди бы уже не боялись Суда, и делали бы, что хотят. То есть, изначально на Высший Суд не допускается защита. Но это только вначале. В книге «Зоар» есть такое интересное место: там сказано, что Всевышний любит правосудие, но еще больше Он любит Свой народ. У Всевышнего пересилила любовь к Своему народу, и поэтому Он постановил нам трубить в шофар в Рош а-Шана. Здесь заложены высшие тайны Торы: шофар пробуждает Высшую Меру милосердия, то, о чем наши мудрецы говорят, что благодаря трублению в шофар Всевышний как бы пересаживается с трона Суда на трон Милосердия, и мы удостаиваемся милосердия уже в Рош а-Шана. Вершина милосердия – в Йом Кипур, но оно есть уже и в Рош а-Шана.

Корень этого – в самом начале книги «Берешит». Раши в самых первых стихах говорит, почему вначале приводится Имя Творца «Элоким», а потом – два Имени вместе, А-ва-я и Элоким. Дело в том, что вначале Всевышний пожелал сотворить мир по Мере суда (что отражает Имя Элоким), но понял, что мир не может существовать так, и присоединил к Мере суда Меру милосердия. Человек, который не очень еще вник в Тору, может подумать, что, мол, Всевышний был вынужден сделать так – не было выхода, так Ему пришлось добавить Меру милосердия, хотя Всевышний хочет именно суда. Это большая ошибка. В чем ошибка? Всевышний создал мир, чтобы нести добро творениям, а не для того, чтобы их наказывать. Но для того, чтобы творения удостоились добра, не испытывая стыд, а получили то, что им положено, Всевышний учредил в этом мире Меру суда, чтобы мы получили добро, полностью выдержав Суд.

Есть здесь еще одна принципиальная вещь. Если бы нам дали в этом мире возможность трудиться, чтобы получить высшее вознаграждение или не делать ничего, но и не получать наказания, человек бы почти ничего не делал. В природу человека заложена инертность. На святом языке она называется «качеством праха». Человека трудно заставить что-то делать. Но страхом перед наказанием можно очень сильно заставить человека действовать. Это две причины, по которым мир был построен по Суду. Более того, говорит Хафец Хаим, что, если человек выдержал Высший Суд, выстоял в нем – его вознаграждение будет максимальным. То милосердие, которое Всевышний дал миру, чтобы тот устоял – это истинный замысел и воля Всевышнего, Его желание творить добро. Высшее добро было бы самым максимальным, если бы человек мог выдержать Суд. Но поскольку он этого не может, нужно дать ему возможность получить добро, даже меньше, чем максимальное, но по суду. Поэтому к суду присоединяется Мера милосердия, и в ней проявляется исконное, абсолютное желание Всевышнего – нести добро Своим творениям. Получается, что Мера Суда, а тем более, ее реализаторы, дана для того, чтобы дать человеку истинное вознаграждение, а не наказание. Всевышний создал наказание, чтобы человек избегал его и выбирал добро! Чтобы под страхом наказания он выдерживал испытания и был праведником. Это проявляется и в Высшем Суде Всевышнего, и касается также еврейских судов по Торе. И даже в отношениях между людьми. Хотя это гораздо тяжелее: если уступить одному, то это будет за счет другого, здесь нет возможности просто простить. Это касается также тяжких грехов, как, скажем, нарушение Шаббата: если человек раскаивается, делает тшуву – он может удостоиться прощения, потому что Всевышний желает, чтобы мы делали тшуву и Он простил нас. Он не хочет нас наказывать. Когда же речь идет о финансовой тяжбе и т. п., здесь нельзя облегчить приговор одной стороне, потому что это всегда будет за счет другой. Однако в трактате «Санедрин» говорится, что суд должен предложить обеим сторонам пойти на компромисс.  Лучше всего было бы помириться и не доводить дело до суда, но они не смогли. Они пришли в суд с финансовой тяжбой. Допустим, приходят два каких-то бизнесмена, и один другому что-то сильно подпортил, кричат друг на друга, ссорятся, обвиняют – в общем, не очень приятное зрелище. Так вот, говорится в трактате «Санедрин», что суд обязан – это алаха – предложить им пойти на компромисс. Почему? Это мидат а-шалом – Мера мира. Она выше мидат а-эмес – Меры истины. Ради мира можно даже немного исказить истину. То же самое в суде. Если это возможно, необходимо избегать суда. Мой учитель рав Хаим Камил говорил: «Если идут до конца по закону Торы – к миру это не приводит». Я помню его уроки на эту тему, он говорил, что до суда нужно всегда стараться предложить людям пойти на компромисс. Если же они никак не готовы – суд должен разобраться и по суду!

В книге «Зоар» сказано, что есть два очень высоких источника народа Израиля и народов мира. Источник народа Израиля – это Мера добра Всевышнего, а источник народов мира – это Мера суда. Поэтому Всевышний часто использует их в качестве карающих палачей. Это их свойство, это мера Суда. По большому счету, что касается судопроизводства народов мира между собой, я допускаю, что есть место и прокурору, и защитнику, поэтому мы не будем предъявлять претензии к американскому или какому-то другому судопроизводству. Увы, к большому сожалению, такая должность появляется в Израиле, в израильских судах. Следует подчеркнуть, что это не еврейский суд. Есть запрет обращаться в эти суды точно так же, как запрещено обращаться в американские, французские и прочие суды. Это суды, которые судят по нееврейским законам. Мы не должны искать там справедливости и истины. Высшего обвинителя, а именно – Сатану, конкретнее – его ангелов-посланников, интересует только одна вещь: обвинить. Это их должность от Всевышнего, и не зря этой должности нет в еврейском судопроизводстве. Ведь она касается сил зла. А еврейский суд основан не на зле, а на добре. Он ищет, как оправдать человека, кроме одного исключения: когда человек подстрекает к идолопоклонству или отступничеству от Торы (месит у мадиах). У суда есть желание восстановить мир между людьми, а не жестко судить их. Это судопроизводство еврейского суда. И когда еврейское государство нарушает законы Торы и судит нас по законам английского мандата, идет по пути народов мира – а это тяжкий запрет, идти по путям народов мира, появляется институт прокуратуры. Она есть и в общем судопроизводстве, и в армии – военная прокуратура. Каковы обязанности прокурора? Выискивать преступления (по их понятиям) человека и его засудить. Это работа прокурора. Выискивать грехи – это деятельность Сатаны, а не сил добра. Нужно хорошо это понимать. И если это – основное занятие человека, можно понять, как на него влияет эта работа. По закону Торы есть обязанность «Суди о другом в лучшую сторону». Это касается и суда, и каждого еврея. Каждый еврей должен судить ближнего в лучшую сторону, конечно, если этот ближний – кошерный еврей. Если человек – преступник, такой обязанности нет. Но когда есть человек, чья работа искать, как обвинить другого, он становится – самым буквальным образом – посланником Сатаны в этом мире. Это хорошо объясняет, почему в еврейском суде нет прокуратуры. Более того, суды устроены так, чтобы максимально проявить Б-жественное милосердие, а смысл наказаний, которые приведены в Торе – чтобы люди их боялись, и их никогда не надо было приводить в действие.

Есть еще одна очень глубокая вещь. У нас был великий царь, царь Шауль. В трактате «Йома» сказано, что он согрешил один раз за свою жизнь, и Всевышний ему это не простил, а царь Давид согрешил два раза, и Всевышний ему простил. Более того, Хазон Иш говорит, что Шауль был большим праведником, чем Давид. Не нам судить, но Хазон Иш был настолько велик в Торе, что мог это сказать. В чем согрешил Шауль, что за ошибка лишила его царства? Он пожалел Агага, царя Амалека. Об этом говорится страшная вещь. Позднее, когда Всевышний отторг Шауля, когда Шмуэль помазал на царство Давида по велению Всевышнего при царствующем царе Шауле, Шауль видел Давида и ощущал, что он будет царем. Йонатан, сын Шауля, был другом Давида, и предостерег его, что Шауль собирается его убить. Давид был зятем Шауля и его военачальником, он не был простым человеком. Давид бежит и приходит в город коэнов. Те дают ему еду, оружие – это ведь военачальник царя, а об их конфликте еще никто не знал. Когда Шауль узнал, что жители города оказали Давиду помощь, он уничтожил весь город. Что об этом говорят наши учителя? «Тот, кто жалеет негодяев, в итоге будет жесток к праведникам». Шауль начал с того, что пожалел – Агага, преступного царя Амалека. А после этого проявил жестокость к городу без всякого суда, хотя у жителей было простое оправдание: они помогли военачальнику Шауля! А не Давиду, который бунтовал против Шауля. Давид тогда ни в чем не бунтовал! У них не было никакого состава преступления.

В целом, то, что я хотел сегодня рассказать, это два момента: первая принципиальная вещь – в истинном еврейском суде нет прокурора. Нам нельзя идти путями народов мира, а прокурор является представителем Сатаны в этом мире, это должность не для евреев. Эта должность пробуждает в человеке желание доказать вину и наказать другого. А второе – тот, кто проявляет милосердие к жестоким – проявит страшную жестокость к праведникам. Это то, что произошло сейчас с главным военным прокурором. Жалеть отпетых убийц Хамаса, с одной стороны, а с другой – предать мировой огласке якобы издевательства над террористами, которые беспощадно убивали младенцев, женщин и стариков. Это было страшным преступлением против еврейского народа, которое, безусловно, усилило страшную волну антисемитизма во всем мире. Этот же самый прокурор руководила арестами изучающих Тору. Милосердные к преступникам и вошедшие в роль Сатаны по отношению к нашему народу!

В будничной молитве «Шмона Эсре» есть особое благословение: «Верни нам судей, таких, как раньше, и советников, какие были раньше, и будем избавлены мы от горечи и печали. Властвуй над нами Ты, Г-сподь, Сам, по добру и по милосердию, и суди нас к добру на Суде. Благословен Ты, Г-сподь, Царь, любящий справедливость и правосудие!» Здесь в конце употреблено слово мишпат, я хотел бы объяснить, в чем разница между дин и мишпат. Гаон рав Элияу Цион Сойфер в одной своей книге о Днях Трепета приводит объяснение: дин – это строгий суд, а мишпат – это сочетание суда с милосердием. Поэтому, когда мы говорим здесь «суди нас к добру в Твоем праведном суде», это как раз речь идет о том, где есть милосердие вместе с судом. Далее говорится: «…Царь, любящий правосудие» – Всевышний любит мишпат. Об этом сказано в стихе главы «Аазину»: «Твердыня, цельны Его деянья, все Его пути – мишпат«. Как говорит рав Сойфер, это сочетание суда с милосердием, т. е. это не просто милосердие, есть здесь и суд. То есть, Всевышний желает, чтобы Его творения удостоились Высшего вознаграждения по суду вместе с милосердием, что и есть мишпат. Дай Б-г нам всем удостоиться этого!

Составила: г-жа Л. Шухман