Как укоряют?

Есть известный и общепринятый закон: человек пишет завещание при свидетелях. Они должны засвидетельствовать, что он сам находится в хорошем состоянии: в здравом уме и твердой памяти, полностью осознает, что и кому завещает. Если есть какое-то сомнение, ему задают различные вопросы, которые позволят понять, сохраняет ли он связь с реальностью. Например: какой сегодня день? Знает ли он людей, которые находятся рядом с ним? Где он находится? (см. «Шульхан Арух», «Эвен а-Эзер», 121) Все это – когда есть сомнение, когда еврей уже при смерти, и, возможно, не очень соображает, что с ним происходит, не дай Б-г.

Однако о Моше рабейну мы знаем, что до самого последнего момента он был, как молодой: «Его зрение не ослабело, и не оставили его силы» (Дварим, 34:7), и легким шагом он поднялся на гору Наво, чтобы вернуть свою душу Всевышнему (Раши, Дварим 34:1). А до этого обошел все шатры Израиля, чтобы проститься со своим народом. И они настолько были связаны с ним узами любви, что заявили, что не дадут ему умереть (Раши, Дварим, 32:48). А в конце Моше рабейну собирает весь народ, чтобы попрощаться с ним, и дать последнее наставление и увещевание.

И вдруг мидраш «Ялкут Шимони» говорит об этом: в тот момент, когда Моше желает укорить народ Израиля в конце сорока лет скитания по пустыне, они начинают ворчать: «Да он уже не в здравом уме…» Моше почувствовал это, и сказал: «Не буду говорить вам ничего, пока не скажу вам, где я и вы находимся», и поэтому он говорит: «В пустыне». В какой пустыне? «В Араве (степи), напротив Суфа». Кто ее окружает? «Между Параном, Тофелем, Лаваном, Хацеротом». Сколько дней ходу от Египта? Какой сегодня день, и сколько дней отсюда до Синая? Он отвечает: «Одиннадцать дней от Хорева».

Как только евреи услышали, что он ясно ответил на все вопросы, сказали ему: «Говори все, что хочешь!»

Непонятный мидраш! Конечно же, нельзя понимать его в простом смысле. Очевидно, что евреи не сомневались в здоровье Моше рабейну, они же видели своими глазами, что он на пике своей силы. И более того – сказано в трактате Киним (гл. 3, мишна 6): «Мудрецы – чем более стареют, тем более ясным становится их мышление».

Однако, возможно, мидраш нужно понять так: евреи могли подумать, что их учитель и лидер поднялся на такую высочайшую духовную ступень, что уже отдалился от них, он стал подобным ангелу и потерял всякую связь с этим низменным миром, все его помыслы – в высших мирах. Поэтому, хотя он свят и чист, он – сам ангел, но мы не примем от него укор. Ведь он не понимает нас, он погружен в высшие утонченные миры, не имеет никакой связи с человеческими побуждениями и интересами. Поэтому Моше рабейну должен был доказать им, что он не оторвался от этого мира, что он прекрасно знает, что происходит, он имеет связь с реальностью, и вполне имеет право укорять их!

Когда пророк Элияу (Мелахим 1, 19) встал перед Всевышним и сказал: «Я ревновал ревностью Г-спода, Б-га воинств, потому что оставили завет Твой сыны израилевы, жертвенники Твои разрушили, пророков твоих убили мечом, и остался я один», то Всевышний повелел ему помазать пророка Элишу, чтобы тот пророчествовал вместо него. В книге «Маор ва-Шемеш» объясняется, что «поскольку Элияу настолько кристально очистился, люди его поколения уже не могли достичь его уровня, и были не в состоянии получать наставления от него. Так что, когда он пожаловался: “я ревновал ревностью”, Всевышний ответил ему: это происходит потому, что их разум не постигает величие твоей чистоты и святости. Поэтому помажь пророка Элишу вместо себя (букв. “под тобой”), и, поскольку он ниже уровнем, чем ты, они смогут понять его, и у него будут учиться, как жить, в соответствии с их уровнем постижения».

Эти слова обращены к каждому родителю и учителю, каждому воспитателю и педагогу: не предъявляйте к воспитанникам требования, соответствующие вашему высокому уровню. Спуститесь к народу! Порой можно услышать, как взрослый ругает подростка: «Как можно разговаривать во время молитвы?!» Конечно же, он прав. Как можно стоять перед Царем и болтать? Но это он понимает. Подросток не понимает вопроса. Что значит – как можно? Можно, факт, что у него это получается… Такой взрослый создает своими руками стену. Он как бы объявляет, что он и этот ребенок живут в разных мирах. Ну, так что он предъявляет претензии, пусть себе наслаждается в своем мире.

Укоряющему следует показать, что он понимает воспитанника. Даже если с его точки зрения, можно (т. е. есть возможность) разговаривать во время молитвы, это недостойно, это запрещено. Сказано в «Шульхан Арухе»: «Тот, кто разговаривает (во время молитвы) – грешит, и чрезвычайно велик этот грех». А мы ведь выполняем постановления «Шульхан Аруха»… Следует объяснить, что мы понимаем его, и предъявляем к нему требования в соответствии с его уровнем. Даже если для этого воспитателю следует спуститься со своей высокой ступени. «Помажь его на пророчество, под тобой!»