Месилат Йешарим 19. О видах воздержания

Основных видов воздержания — три. Есть воздержание от удовольствий, воздержание в законах и воздержание в поведении. О воздержании от удовольствий уже упоминалось в предыдущей главе. Оно означает, что не следует брать от этого мира ничего, кроме действительно необходимого, и сюда относится все, что является наслаждением для органов чувств человека: еда, супружеские отношения, одежда, прогулки, новости и тому подобное, во все дни, кроме тех, в которые наслаждение является исполнением заповеди [суббота и праздники].

Воздержание в законах означает постоянное устрожение в них [в случае сомнения или спора между авторитетными законодателями] согласно мнению [даже] единственного [устрожающего в законе] авторитета, спорящего со многими, когда его мнение выглядит резонным, даже если закон установлен не по его мнению, — если, конечно, такое устрожение не обернется облегчением в другом месте. И наши мудрецы, благословенна их память, объясняют нам слова пророка (Хулин 37б): «“…Душу свою я не осквернил, падаль и треф не ел… [1] ” (Иехезкель 4:14), — [имеется в виду], что не ел [мяса] животного, для разрешения которого в пищу требовалось решение мудреца, и не ел мяса “срочно зарезанного животного”» [2] .

Я уже упоминал, что разрешение чего-либо для всего Израиля не служит разрешением для воздержанных, которые должны отдаляться от «мерзости» и от того, что на нее похоже, и от того, что похоже на то, что похоже. И так же сказал Мар Укба (там 105а): «Я в этом [в воздержании] по сравнению с моим отцом — как уксус в сравнении с вином: если отец сегодня ел мясо, то не ел сыр до того же часа следующего дня. А я — в той же трапезе не ем, а в следующей — ем».

Ясно, что закон не обязывает поступать так, как отец Мар Укбы. Если бы это было так, то и Мар Укба не делал бы по-другому. Просто отец Мар Укбы был очень строг в своем воздержании, и потому Мар Укба называет себя «уксусом в сравнении с вином», ведь он не был воздержан в той же мере, что его отец. А воздержание в поведении — это уединение и отдаление от общества [3] , дабы обратить сердце к служению [Всевышнему] и усиленно размышлять об этом, — но, конечно, с условием, чтобы не переусердствовать в противоположную сторону!

Ведь сказали мудрецы (Ктубот 17а) «Человек должен всегда быть близок к другим людям», и так же сказали (Брахот 63б, Таанит 7а): «“Меч на отделяющихся [4] , [которые] оглупеют…” (Ирмеяу 50:36), — это означает: меч [поднят] на мудрецов, таких, что сидят и учат Тору в уединении». Человек должен быть какое-то время, необходимое для учебы или заработка, вместе с другими порядочными людьми, а потом — уединиться ради приближения к Всевышнему, постижения прямых путей и истинного служения. Это означает меньше разговаривать, избегать пустых бесед, не смотреть [без нужды] по сторонам и тому подобное.; ко всему этому человек должен приучить себя так, чтобы оно укоренились в его естественном поведении. Итак, хотя мы и обобщили три этих вида [воздержания] в виде кратких правил, они подразумевают множество действий в поведении человека.

И я уже говорил, что все частности невозможно предусмотреть, можно только положиться на здравомыслие, которое поставит все на свои места в соответствии с истиной. [1] Падаль — животное, не зарезанное строго определенным в еврейском законе способом. Трефа — животное, зарезанное по правилам, но в его органах обнаружены повреждения, запрещающие его в еду. [2] Когда Иехезкель, обращаясь к Всевышнему, говорит, что он никогда не ел падали или трефного , это странно, как будто пророк ставит себе в заслугу, что не нарушал буквальные, очевидные запреты Торы.

Поэтому объясняют мудрецы, что речь идет не о падали или о трефном мясе, а о мясе разрешенном, но «похожем» на падаль или трефное . «Мясо, для разрешения которого требовалось решение мудреца», — это мясо животного, у которого обнаружены признаки, похожие на трефное , и мудрецу потребовалось принять решение для разрешения его, т.е. это мясо разрешенное, но на которое пала «тень»

сходства с трефным . «Срочно зарезанное животное», — такое, которое было близко к смерти по каким-либо не запрещающем его мясо в пищу причинам, и хозяин успел зарезать ее установленным Торой способом, т.е. «спас» в последний момент хотя бы мясо.

Такое мясо тоже разрешено, но есть на нем «тень» сходства с падалью. Таким образом, Иехезкель не позволял себе мяса, походившего на трефное или падаль, даже если оно было разрешенным, создав в этом для себя устрожение. [3] См.

прим. к гл. 11: есть немало грехов, источник которых — не природа человека как такового, а «природа» человеческого общества.

[4] Хотя комментаторы объясняют слово бадим из этого стиха как «кудесники, вещатели», от слова бодэ («выдумывающий»), здесь оно трактуется по сходству со словом бадад — «отделяющийся». Редакция благодарит рава Лейба Александра Саврасова за любезно предоставленный материал