Настоящий царь -- тот, кто властвует над собой

Недельная глава Ваигаш начинается со слов: «И подошел к нему Йеуда» (Берешит, 44:18). В сборнике «Мидраш Раба» на это место («Берешит Раба», 93:2) история Йосефа и его братьев связывается с тем, что написано в 48-м псалме (стихи 5-7): «Ибо вот цари собрались, прошли вместе [на войну]. [Как] увидели они -- так и удивились, испугались, поспешно [бежали]. Трепет охватил их там, дрожь -- как роженицу». Вот что написано в «Берешит Раба»: «"И подошел к нему Йеуда" -- "Ибо вот цари собрались, прошли вместе [на войну]". "Ибо вот цари собрались" -- это Йеуда и Йосеф. "Прошли вместе" -- этот наполнился гневом на этого, а этот -- на этого. [Слово [עברו] -- авру -- может пониматься как "прошли", а еще как "разгневались": [עברה] -- эвра -- "гнев".] "[Как] увидели они -- так и удивились" -- "...И дивились эти люди друг пред другом" (Берешит, 43:33). "Трепет охватил их там" -- это колена. Сказали: "Цари судятся друг с другом -- это не для нас. Пусть царь судится с царем"».

Рав Йосеф Йеуда Лейб Блох (глава ешивы Тельз) задает в своей книге «Шиурей Даат» (3:1) несколько вопросов по поводу этого мидраша. Как могло случиться, чтобы колена Всевышнего [так называли сыновей Яакова] были настолько впечатлены тем, что Йеуда и Йосеф -- цари? [Ведь они выросли в доме Яакова и Ицхака и видели истинное величие.] И еще: Йеуда не был царем -- наоборот, его братья лишили его величия после продажи Йосефа! Непонятно также, почему колена отнеслись с таким почтением к заместителю царя, что «трепет охватил их».

Стоит поразмыслить над тем, что такое царство. Обычно мы называем царем того, у кого есть государство и много подданных. Царь управляет ими с помощью остальных представителей власти -- в том числе с помощью солдат и стражей порядка, которые охраняют его власть. Таким образом, он нагоняет страх на людей, и за счет этого он имеет власть и полномочия возглавлять свой народ. На самом деле такой царь является царем не в силу своих личных качеств и достоинств, а потому, что у него есть люди, которые служат ему. О таком царе говорят: «Нет царя без народа». Ведь если его страна восстанет против него, его царство закончится. Поскольку именно слуги царя обеспечивают его правление и он нуждается в них, такой царь сам становится рабом своих слуг.

Рав Исраэль Салантер объяснил подобным образом то, что будет происходить в эпоху перед приходом Машиаха. В трактате Санедрин (97а) написано: «Лицо поколения -- как лицо собаки». Когда видят, что едет телега, а перед ней бежит собака, невозможно узнать, кто является здесь ведущим, а кто -- ведомым. Тот, кто стоит в стороне, может ошибиться и решить, что собака ведет телегу, ведь она бежит перед ней. Но когда они достигнут перекрестка, все увидят, что собака стоит и смотрит, чтобы увидеть, куда поедет телега. Тогда станет понятно, что не она выбирает путь, а тот, кто сидит в телеге.

Так будет и перед приходом Машиаха. Лицо поколения -- те, кто управляют народом -- не будут управлять своим поколением по своему разумению, а будут всегда оборачиваться, чтобы увидеть, что думает народ (и действительно, такова реальность наших дней, и это один из верных признаков демократического режима, который многими воспринимается как символ прогресса и культуры).

Все время, пока человек живет материальной жизнью, ему действительно тяжело освободиться от давления общественного мнения. В обычной ситуации оно управляет им. Но если человек по-настоящему возвысится над обществом и станет действовать решительно, не считаясь с мнением других, то сможет стать настоящим царем. И чем меньше будет становиться влияние толпы на него, тем сильнее и величественнее будет его царство.

Чтобы достигнуть этого, человеку нужно в первую очередь стать царем над самим собой. Его просветленный разум должен уметь управлять всем многообразием его сил и чувств, а его действия не должны быть продиктованы его желаниями и страстями. Тогда он станет царем, которому будет подчиняться народ. Это хорошо объясняет то, что сказано в трактате Гитин (62б) о том, что мудрецы называются царями, как сказано (Мишлей, 8:15): «Мною [мудростью Торы] цари царствуют». Мудрецы -- богатыри, властвующие над своими страстями, они -- настоящие цари.

Йосеф и Йеуда царствовали над собой. За это, как объясняют нам наши мудрецы, они удостоились царства. И так говорит Мидраш: «Почему Йеуда удостоился царства? Потому что признался в своей связи с Тамар». То есть мужество и сила духа, проявленные Йеудой, когда он, поборов стыд, признался в том, что он сделал, хотя у него была возможность скрыть свою причастность, -- это поистине царское мужество, а потому Йеуда был достоин царства! И действительно, Йеуда удостоился того, что от него произошли цари, а в будущем удостоится и того, что Машиахом станет один из его потомков.

Про Йосефа мудрецы говорят, что слуги фараона спросили его: как можно дать корону царства рабу, который только что вышел из тюрьмы? На что фараон ответил: «Я вижу в нем царские проявления». Что это за «царские проявления»? Об этом сказано в Мидраше: «Сказал рабан Шимон бен Гамлиэль: Йосефу дали то, что полагалось ему. Его уста не прикасались [[נשק]] к греху -- "и по твоему слову будет управляться [[ישק]] весь народ мой" (Берешит, 41:40). Его тело не касалось греха -- "и одел его в одежду из тонкого льна" (там же, стих 42). Его шея не склонилась к греху -- "и возложил золотое ожерелье ему на шею" (там же). Его руки не осязали грех -- "И снял Паро свой перстень с руки своей и надел его на руку Йосефа" (там же). Его ноги не шагали к греху -- его усадили в карету: "И велел он везти его на колеснице второй [после] своей" (там же, стих 43). Его голова не думала о грехе -- пусть называется мудростью: "и возглашали пред ним: Аврех!" -- отец (ав) в плане мудрости и молод (рах) годами».

Сила духа и мужество, с помощью которых Йосеф властвовал над всеми своими органами, и есть царские проявления, которые увидел в нем фараон.

Теперь понятна дрожь, которая проняла родоначальников колен Израиля, когда они увидели, как Йеуда и Йосеф «судятся между собой». Не звание царя произвело на них такое впечатление, а то, что они увидели, насколько величественны личности Йеуды и Йосефа, властвующих над собой, -- тогда «трепет охватил их, дрожь -- как роженицу» (Теилим, 48:7).

В заключение автор «Шиурей Даат» обратился к своим ученикам: «Властвуйте над силами, мешающими вам в служении Б-гу, и тогда вы раскроетесь и станете по-настоящему управлять собой, а впоследствии будете главами над многими, управляющими поколением!»

«Воспою Г-споду, ибо воздал Он мне»

Написано в нашей недельной главе (Берешит 46:29): «И заложил Йосеф свою колесницу, и взошел он навстречу Исраэлю, отцу своему, в Гошен. И явил он себя ему и пал на шею ему, и плакал он на его шее еще». Пишет Раши: «Но Яаков не падал на шею Йосефу и не целовал его. И сказали наши мудрецы, что он читал "Шма"».

Комментаторы задают вопрос по поводу того, что пишет Раши: если это было время чтения «Шма», то почему Йосеф не читал? А если это не было временем чтения «Шма», то почему Яаков читал? В своей книге «Биркат Перец» рав Яаков Исроэль Каневский (гаон Стайплер) приводит ответ Маараля из книги «Гур Арье». Маараль объясняет, что это не было временем чтения «Шма». А Яаков читал «Шма», потому что таков путь служения праведника: когда к нему приходит радость и спасение, в его сердце сразу же пробуждается желание стать ближе к своему Создателю, прославить Его, провозгласить Его единство и свою любовь к Нему за то, что Он даровал ему милость и сделал для него все это. Поэтому, когда Яаков увидел Йосефа, он сразу же захотел прочесть «Шма», чтобы провозгласить единство своего Создателя и принять на себя бремя Его царства с радостью и с любовью.

Стайплер добавляет, что это противоположно тому, как обычно мыслят и ведут себя простые люди: ведь мы знаем, что жених освобожден после свадьбы даже от обязательного чтения «Шма», поскольку он не может вдуматься в смысл того, что он читает. И в конце второй главы трактата Брахот мудрецы говорят, что «мы свидетели того, что он не может вдуматься». Праведники же -- наоборот: чем больше их радость, тем лучше они вдумываются, произнося «Шма».

Также он написал там, что Йосеф не мог читать «Шма» в тот момент, поскольку это не было обязанностью. С другой стороны, он был обязан выполнить повелительную заповедь почитания отца, и, следовательно, Йосеф не мог заниматься дополнительным в ущерб основному. Ведь дополнения к закону уместны только тогда, когда сам закон уже выполнен, иначе в них нет совершенно никакой ценности, как написал автор «Ховот а-Левавот» (Врата Единства, 5:5).

В мишне (трактат Брахот) мы видим два образа служения Б-гу, упомянутых выше. После того, как мишна говорит о том, что жених освобожден от чтения «Шма» в первую ночь после свадьбы, она говорит так: «Рабан Гамлиэль читал "Шма" в первую ночь после женитьбы. Его ученики сказали ему: "Разве ты не учил нас, учитель наш, что жених освобожден от чтения "Шма" в первую ночь?" Сказал им: "Не стану слушать вас и отказываться от царства Небес даже на один час"». В книге «Мишнайот Мевуарот» приведено отличное объяснение рава Хаима из Воложина: обычно человек погружен в свои повседневные дела. Значительную часть дня его разум занимается будничными вопросами. Поэтому, когда он читает «Шма» или молится, он должен приложить очень много усилий, чтобы освободиться от будничных мыслей, и обратить свой разум к Небесам. Поэтому, когда говорят, что человек освобожден от чтения «Шма», его не лишают чего-то, а наоборот -- не обязывают встать и сделать. И поэтому мудрецы сказали, что, когда человек занят мыслями о выполнении заповеди, как, например, жених в день своей свадьбы, его не обязывают освободиться от состояния, в котором он находится, и потому освобождают от заповеди чтения «Шма».

Совершенно иная ситуация была у рабана Гамлиэля. Он был полностью предан служению Б-гу. Все его мысли были о святом. Ему, наоборот, было тяжело освободиться от святых мыслей -- даже когда ему было необходимо это сделать, например, в тех местах, где запрещено мыслить о святых вещах. И поэтому для него освобождение от чтения «Шма» означало лишение бремени царства Небес, с которым он жил постоянно, на протяжении всей жизни. Поэтому слова, которые он сказал своим ученикам, очень точны: «Не стану слушать вас и отказываться от царства Небес даже на один час».

Тот, кто находится на таком уровне близости к Б-гу, точно может использовать радостные события своей жизни для дополнительного подъема в области принятия на себя бремени царства Создателя, да будет Он благословен. Это то, что сделал Яаков, когда встретил Йосефа. Бремя царства Небес, которое постоянно находится на нем, соединилось с возвышенной радостью. Оба они вместе посвящены высокому, благодарят Б-га от всего сердца и поднимают человека по ступеням любви к Б-гу и страха перед Ним.

Тот, кто еще не удостоился достичь этой высокой ступени в служении Г-споду, тоже может увидеть здесь, каким должно быть служение Б-гу в час радости. Когда мы обретаем счастье и удачу в чем бы то ни было, мы должны помнить о Том, кто дал нам это добро, и быть благодарными Ему. Нам следует стремиться использовать эти моменты радости для духовного возвышения и для роста в любви к Б-гу и в страхе перед Ним.

Главное -- не застыдить

В недельной главе Ваигаш написано (Берешит, 47:21): «А народ [египтян] переместил он по городам, от конца предела Египта до [другого] его конца». Раши объясняет это так: «Йосеф переместил народ из одного города в другой, чтобы они помнили о том, что у них больше нет прав на землю. Жителей каждого города он поселил в другом. И потребовалось Торе похвалить Йосефа, который намеревался убрать позор со своих братьев, чтобы их не называли изгнанниками (Хулин, 60)... И так он сделал всем египетским городам, от одного края страны до другого». [От редакции. Стоит напомнить, что действия Йосефа помогли Египту пережить тяжелый голод.]

Наши мудрецы сказали об этом действии Йосефа: посмотри на благочестие Йосефа. Чтобы его братьев не называли изгнанниками, он совершил в Египте настоящий переворот, изменив место жительства всех жителей страны.

Автор книги «И заплакал Йосеф» рав Арье Лейб Фридман отмечает, что из этого факта мы учим, на какие большие жертвы готов был пойти Йосеф, чтобы не стыдить своих братьев. Еще в нескольких местах мы наблюдаем замечательное, из ряда вон выходящее поведение Йосефа, направленное на сохранение достоинства его братьев. Например, в «Мидраш Танхума» мы находим следующее: «"И привел человек людей в дом Йосефа" (Берешит, 43:17). Что означает "дом Йосефа"? Он же каждый день выходил, чтобы судить! Значит, в этот день он не вышел. Сказал: "Не стану стыдить своих братьев перед египтянами"». И еще из «Мидраш Танхума»: «"Уведите всех от меня!" (Берешит, 45:1). Сказал раби Шмуэль бен Нахман: Йосеф подверг себя большой опасности -- ведь если бы его братья убили его, его бы никто не узнал. Почему же он сказал: "Уведите всех от меня"? Потому что Йосеф подумал так: "Лучше мне быть убитым, но не устыдить моих братьев перед египтянами"». Страшная вещь -- благочестие Йосефа заставляло его идти на настоящее самопожертвование!

Также Мидраш рассказывает, что Йосеф ни разу не приходил к Яакову на протяжении всех семнадцати лет, которые Яаков жил в Египте, потому что знал, что когда он придет к Яакову, он останется с отцом наедине, и тогда Яаков спросит, как он попал в Египет, и Йосефу придется рассказать о том, что сделали с ним его братья, тем самым опозорив их. Поэтому он решил не приходить к отцу. И только перед смертью Яакова, когда «близились дни Исраэля к смерти» (Берешит, 47:29), тогда «призвал он своего сына Йосефа» (там же). И действительно, мудрецы говорят, что когда Йосеф пришел к своему отцу, его братья испугались: может быть, он рассказал Яакову о том, как они его продали? Отсюда также понятно, что все предшествовавшие семнадцать лет братья Йосефа были абсолютно спокойны, поскольку Йосеф ни разу не оставался со своим отцом наедине.

К этому стоит добавить еще одно. Хорошо известна любовь, которую питали друг к другу Яаков и Йосеф. Наши мудрецы говорят о ней так: «"Ибо сильна, как смерть, любовь" (Шир а-Ширим, 8:6) -- это любовь Яакова к Йосефу». Йосеф любил своего отца в той же степени. Эти любящие друг друга люди не виделись двадцать два года и не слышали друг о друге ничего. Только теперь, когда Яаков состарился, Йосеф снова имеет возможность прийти к отцу, получить удовольствие от общения с ним и порадовать его. Страстное желание «сына мудрого» находиться около своего отца, конечно же, усилилось за двадцать два года, на протяжении которых Яаков продолжал свой духовный рост. Невозможно описать и представить и то, насколько высоко мог бы подняться Йосеф за семнадцать лет изучения Торы со своим отцом. Однако Йосеф отказывается от всего этого. Ради чего? Чтобы не быть вынужденным злословить о своих братьях, и чтобы не опозорить их!

Более того, в трактате «Кала Рабати» (глава 3) написано так: «Почему Яаков не поцеловал Йосефа? Он думал, что, возможно, поскольку он ушел в изгнание, женщины соблазнили его из-за его красоты. Йосеф хотел поцеловать его, но он ему не позволил».

Праведник Йосеф, разумеется, отлично понял, благодаря своей мудрости, почему Яаков не поцеловал его, несмотря на то, что любил его всей душой. Следовательно, он знал, что отец подозревает его понапрасну. Это еще одна причина, по которой Йосеф должен был жаждать прийти к своему отцу: чтобы развеять его беспокойство и постараться доказать отцу, что он находится на весьма высоком духовном уровне. Если бы Йосеф пришел к Яакову и рассказал ему об испытаниях, в которых он выстоял, то его отец, конечно же, изменил бы о нем свое мнение. Несмотря на все это, Йосеф не строит свой расчет на том, что хорошо для него. Он знает, что аспект злословия и причинения стыда его братьям имеет больший приоритет, а значит, ему нельзя приходить к Яакову.

Все это показывает нам плоды воспитания Йосефа нашим праотцом Яаковом. Выучим ли мы отсюда, что должны делать мы, чтобы не позорить другого?