Правила изучения и достоинство законов Торы

Недельная глава Мишпатим начинается так (Шмот 21:1): «И вот законы, которые изложишь перед ними».

Комментируя этот стих, Раши пишет так: «...[Везде, где Тора говорит] "ве-эле" ("и вот") -- присоединяет к предыдущему: как предыдущие [т. е. десять речений] с Синая, так и эти с Синая. Почему же раздел о законах расположен сразу после раздела о жертвеннике [а не сразу после десяти речений]? Чтобы сказать тебе, что Санедрин следует разместить около Храма». Также Раши написал, что слова «которые изложишь перед ними» означают «как накрытый стол перед человеком, где все готово для трапезы».

Рав Моше Файнштейн писал в своей книге «Коль Рам», что из слов Раши мы можем учить три вещи, касающиеся мудреца Торы: во-первых, даже если он не является одним из мудрецов Санедрина, к нему все же относится адресованное им повеление сидеть при Храме. Это означает, что где бы он ни находился, он должен быть как будто «при Храме» -- то есть жить и помнить о том, что «Б-г присутствует в общине Б-жьей...» (Теилим, 82:1). Он должен помнить об этом, не только заседая в суде, но и когда указывает закон, и когда учит Тору, как сказано в третьей главе трактата Авот (мишна 6). Если же он не делает так -- он не достоин считаться мудрецом Торы, и тем более не достоин судить.

[В упомянутой мишне (Авот 3:6) написано следующее: «Раби Халафта бен Доса из Кфар-Хананьи сказал: Среди десятерых, сидящих и изучающих Тору, пребывает Шехина, как сказано (Теилим, 82:1): "Б-г пребывает в общине Б-жьей". А откуда известно, что даже среди пятерых? Из того, что сказано (Амос 9:6): "И союз Свой Он основал на земле". А откуда известно, что даже среди троих? Из того, что сказано (Теилим 82:1): "Среди судей Он вершит суд". А откуда известно, что даже среди двоих? Из того, что сказано (Малахи 3:16): "Тогда говорили друг с другом боящиеся Б-га, и услышал их Б-г, и внял им". А откуда известно, что даже рядом с одним? Из того, что сказано (Шмот 20:21): "Во всяком месте, где будет упомянуто Мое Имя, Я приду и благословлю тебя"».]

Вторая вещь, которую мы учим здесь, -- что мудрец Торы должен знать, что законы -- с Синая. Несмотря на то, что законы, называемые мишпатим, человек мог бы составить и сам, все же необходимо знать, что Всевышний дал их на горе Синай. И это обязывает понять и прояснить слова Торы, чтобы знать, чему именно Святой, благословен Он, хотел научить нас.

Третья вещь, которую следует учить из слов Раши -- что нужно стараться учить Тору с другими. Необходимо умножать количество учеников и подробно разъяснять им смысл и детали законов, которые должны быть понятными, как накрытый стол, чтобы эти ученики тоже стали великими мудрецами Торы.

В трактате Ктубот (104а) приводится высказывание раби Элазара: «Когда праведник уходит из этого мира, ему навстречу выходят три группы ангелов-служителей. Одна говорит ему: "Пришел с миром". Другая говорит: "Идет прямо" (Йешаяу, 57:2). А третья говорит ему: "Придет мир, покоятся на своих ложах" (там же)». Три вещи, произносимые тремя группами, соответствуют тому, что сказано выше. Фраза «пришел с миром» означает, что, когда этот праведник учился, он знал, что учит Тору, которая точно была дана Святым, благословен Он, и не могла быть дана человеком. И это -- значение слова «бе-шалом» («с миром»): его занятия Торой и его поступки были совершенны (бе-шлемут), что они не были продиктованы личными соображениями или соображениями других людей, поскольку человеческий разум никогда не бывает совершенен сам по себе.

«Идет прямо» -- это о том, кто заботится, чтобы другие тоже знали Тору во всех ее деталях и могли стать великими мудрецами Торы. [«Прямо» -- то есть в соответствии с замыслом Творца нести Тору ученикам.] А о том, кто на протяжении всей своей жизни пребывал рядом с Шехиной (Б-жественным присутствием), которая также называется «Шалом» («мир»), говорит третья группа: «Придет Шалом [то есть Шехина], покоятся на своих ложах». Поскольку Святой, благословен Он, был с ним все дни его жизни, то и теперь Он идет вместе с ним в Ган Эден.

Не совсем ясно, однако, почему мы должны учить из слов «и вот законы», что все это было сказано на Синае? Мы же уже выучили это из слов «гора Синай», сказанных рядом с законами о шмите? Ответ: здесь Тора сообщает нам, что сказанное в этой главе имеет точно такой же статус, как и десять речений. Каждый, кто пренебрегает имущественными законами, как будто отрицает власть Творца, а также то, что Он управляет судьбой всех своих творений. Ведь если бы человек верил полной верой, что именно Святой, благословен Он, дарует пропитание и обеспечивает всем необходимым, и без Него никто не может добыть себе даже гроша, он бы никогда не прикоснулся к имуществу своего товарища с дурными намерениями. Человек желает чужое только потому, что думает, что может взять себе больше, чем определил ему Творец.

Это стремление совсем не похоже на стремление к запретным половым связям. Стремление к запретным связям -- естественная вещь, но, поскольку Тора запретила их, нам следует перебороть нашу природу из страха перед Б-гом. Но страсть к обретению имущества происходит не от природной страсти, а от того, что человек думает, что в принципе может получить желаемое. Получается, что основа его страсти -- недостаток веры, и даже если он возобладает над своим стремлением, опасаясь наказания, ему все еще не хватает веры -- иначе он бы вообще не испытывал никакой страсти. Поэтому всякий нарушающий имущественные законы -- как будто не верит в десять речений, в которых разъясняется, что Г-сподь, да будет Он благословен, создал этот мир и управляет им.

Заповедь давать в долг

В недельной главе Мишпатим написано (Шмот 22:24): «Если деньгами будешь ссужать Мой народ, бедного при тебе, -- не будь ему притеснителем...». «Мидраш Танхума» толкует этот стих так: «Ты -- со Мной, удостоишься быть со Мной». [] [Стих пишет [את עמי] -- эт ами -- «Мой народ». Мидраш же толкует стих в соответствии с другим возможным прочтением этих слов: [אתה עמי] -- ата ими -- «ты со Мной».] А в сборнике «Мидраш Раба» (31) написано следующее: «Всякий человек из Израиля, который одалживает другому и не берет процент -- стих говорит о нем так, как будто он выполнил все заповеди».

Эти высказывания наших мудрецов отражают великое значение заповеди давать беспроцентные ссуды.

В сборнике мидрашей «Мехильта» сказано: «"Если деньгами будешь ссужать Мой народ", -- раби Ишмаэль говорит: всякое им (если), сказанное в Торе, означает, что речь идет о дозволенном, [но не заповеданном и обязательном], -- кроме этого и еще двух» [т. е. давать беспроцентные ссуды -- это обязанность по закону Торы].

Автор «Ор а-Хаим» задает вопрос: почему же стих все-таки использует именно слово «если»? На этот вопрос он отвечает так: часто бывает, что у некоего человека очень много денег и богатств, а его склады полны всяческим добром, которое ему не нужно. Видящий это удивляется и спрашивает: зачем этому богачу дано так много, ведь для пропитания ему нужно гораздо меньше? Почему ему достается больше, чем просил для себя наш праотец Яаков: «Хлеб, чтобы есть, и одежду, чтобы облачиться» (Берешит, 28:20)?

Намек на ответ содержится здесь, в стихе. Действительно, человеку не дают богатство, чтобы он тратил его попусту. Если у него есть деньги, которые не нужны ему для пропитания, то это лишь временно дано ему на хранение. Эти деньги предназначены другим людям, которые, из-за своих дурных поступков, не заслуживают получить свое пропитание достойным образом. Этим людям постановлено просить средства к существованию у других, и эти деньги хранятся для них у богача. С одной стороны, Г-сподь в Своей милости дает каждому, сколько ему нужно. И даже если, согрешив, человек потеряет право заработать себе на жизнь достойным образом, Святой, благословен Он, не устраняет из этого мира ту часть, которая полагается этому человеку. Вместо этого Он передает это имущество другому человеку. И в наказание за свои грехи человек вынужден добывать себе пропитание через унижения и позор, быть приближенным к столу богача, которому Б-г передал его деньги.

Получается, что обилие денег и имущества у богатого человека имеет две причины: наказать грешников в этом мире и дать богачу возможность выполнить заповеди давать цдаку и делать добрые дела.

И поэтому сказано «Если деньгами будешь ссужать Мой народ», -- то есть если ты увидишь, что Г-сподь благословил тебя имуществом в большей степени, чем нужно тебе для пропитания, -- знай, что это не то, что полагается тебе, а удел кого-то еще, а именно -- «бедного при тебе». Стих учит нас, что, во-первых, нужно давать бедняку в долг, а во-вторых, что, давая взаймы, человек не должен вести себя высокомерно, как сказано: «Не будь ему притеснителем». Ноше («притеснитель») означает также надменного (митнасе) и высокомерного человека. [Буквальный смысл приведенного стиха -- не требовать возврата, если известно, что человеку нечего возвращать. И таков закон Торы.]

Хафец Хаим пишет в своей книге «Аават Хесед», что, согласно «Шулхан Аруху» («Йоре Деа», 249) следует строго следить за тем, чтобы давать цдаку с добрым выражением лица, а не с рассерженным. То же относится и к займам: не следует давать в долг, демонстрируя неуважение к должнику. Вместо этого человек должен давать взаймы с добрым выражением лица. Пусть поразмыслит: если бы ему нужно было бы что-то от другого -- насколько доброжелательное отношение он хотел бы получить? Именно так он должен вести себя с тем, кто пришел к нему. Поэтому, если он по какой-то причине не может дать ему в долг, он тоже должен вести себя в этом, как если бы речь шла о цдаке. То есть не упрекать его и не повышать на него голос, как поступают жадные и не желающие делать добро люди, которые не только не помогают ему, а еще и выговаривают. Он должен говорить с ним мягко и показывать свои добрые намерения, что он хочет одолжить ему, но по той или иной причине не имеет возможности [и это должно быть правдой] сделать это сейчас. И написано в барайте «Авот де-Раби Натан» (13:4): «Принимающий товарища с добрым выражением лица -- даже если не дал ему ничего [когда действительно нечего дать], стих пишет, что ему это засчитывается, как будто он дал ему все подарки, которые есть в этом мире»[.]

Хафец Хаим добавляет, что заповедь одалживать не ограничивается лишь денежными ссудами. Вот что он пишет («Аават Хесед», 1:2): «И знай также, что не только одалживание денег [является заповедью]. Точно так же заповедь -- одалживать ему предметы обихода и другие подобные вещи, ибо все это относится к качеству хеседа, которое желает Святой, благословен Он, как написано (Миха, 7:18): "Ибо желает хеседа Он". А хесед включает в себя все варианты того, как человек может сделать добро другому».

Далее (там же, 1:7) Хафец Хаим добавляет: «И пусть не омрачится его сердце расчетами, сколько забот постоянно приносит этот человек, когда берет деньги и когда платит, как не гневается он на того, кто всегда стучится в его лавку, давая ему возможность заработать. И пусть знает, что каждый раз он выполняет заповедь из Торы, и к нему придет благословение от Г-спода. Как сказано в стихе (Дварим ,15:10): "Давать ты должен ему, -- даже сто раз, как объяснил Раши, -- и да не будет досадно сердцу твоему, когда дашь ему, ибо за это благословит тебя Г-сподь, Б-г твой..."».

В приложении «Амуд а-Хесед» к книге «Аават Хесед», есть страшная история, связанная с хеседом. Один человек, у которого были сыновья, но все они умерли, пришел к мудрецу за советом и сгулой. Мудрец ответил ему: «Я не знаю сгулот, но мой совет -- чтобы ты сделал в городе постоянный гмах -- кассу взаимопомощи. Возможно, в заслугу благотворительности, которую ты будешь проявлять к людям, Всевышний тоже будет с тобой милосерден и даст тебе детей».

Человек послушал совета мудреца и много занимался этим, пока не сделал постоянный гмах в городе, и принял на себя заповедь одалживать без процентов. Как это принято, он завел книгу записей с правилами. Среди прочего, в этой книге было написано, чтобы раз в три года, во время, соответствующее чтению отрывка «Если деньгами будешь ссужать», все собирались и устраивали трапезу, призванную укрепить людей в исполнении этой заповеди.

И вот через три года у него родился сын. В качестве наглядного доказательства того, что ему помогла заслуга заповеди, день его обрезания выпал на тот день, на который было запланировано их собрание. Человек занимался этой заповедью на протяжении многих лет, и за это время у него родились еще несколько сыновей.

По прошествии многих дней он забыл те блага, которые послал ему Святой, благословен Он. Он пришел к мудрецу и попросил его назначить другого честного человека, который будет заниматься гмахом, поскольку ему очень тяжело, и гмах разросся, к тому же некоторые люди сомневаются в его честности. Мудрец отказался, сказав, что другой человек точно не сможет управлять гмахом настолько же хорошо, как это делает он. Но через несколько лет, после долгих уговоров со стороны этого человека, мудрец был вынужден согласиться с его словами, и они назначили нового управляющего. Это было в начале ночи. На следующий день человек пришел к мудрецу и рассказал ему, что этой ночью случилась страшная вещь: под утро задохнулся один из его детей. Рассказав об этом, он сразу же попросил разрешить ему продолжить заниматься этой заповедью.

В этой истории мы ясно видим, что в заслугу милосердия у человека родились сыновья. И как только качество хеседа исчезло, качество суда сразу же начало преобладать. Поэтому, заканчивает Хафец Хаим, человеку следует держаться этой заповеди и не отпускать ее.

После смерти Хафец Хаима, от имени рава Йехиэля Михеля Рабиновича, автора книги «Афикей Ям», рассказали о том, что эта история произошла в Радине, а упомянутым мудрецом был сам Хафец Хаим.

Крик нищего

В недельной главе Мишпатим написано (Шмот, 22:25-26): «Если возьмешь в залог одежду ближнего твоего. До захода солнца возврати его ему. Ибо это его облачение единственное, одеяние на теле его. На чем ляжет? И будет: если возопит ко Мне, то Я услышу, ибо Я милостив».

Следует понять: что оправдывает вопль бедняка? Разве есть какая-то несправедливость в том, что должник, который не может выплатить долг, будет вынужден обойтись без залога? И что будет с кредитором?

На самом деле, говорит рав Хаим Шмулевич (приводится в книге о нем «Моах ве-Лев», стр. 78), никакой несправедливости здесь нет, но, тем не менее, еврей кричит, потому что ему плохо, и Творец слышит этот крик. Но даже если так, почему его вопль имеет какое-то отношение к кредитору? Почему кредитор обязан вернуть должнику залог?

На это отвечает рав Овадья Сфорно: «...Все-таки, когда он возопит ко мне о своей бедности и т. д., Я дам ему часть того, что иначе дал бы тебе, а именно -- то, что Я даю тебе сверх твоих потребностей, чтобы ты мог обеспечивать других».

Итак, рав Овадья Сфорно сообщает нам принципиально новую вещь: любые «излишки», которые получает человек, даются ему для того, чтобы он обеспечивал других! И об этом сказано «то Я услышу» -- о том, что у тебя есть больше, чем тебе нужно, и ты притесняешь другого. За это Я заберу твои излишки и отдам другому.

Об этом ясно написано в книге Мишлей (22:2): «Богатый и бедный встретились, всех их делает Г-сподь». В Талмуде (Тмура, 16а) об этом сказано так: «Когда бедняк ходит около хозяина дома и говорит: "Обеспечь меня", если обеспечивает его -- хорошо, а если нет -- "Богатый и бедный встретились, всех их делает Г-сподь". Сделавший этого богатым, делает его бедным. [Сделавший] этого бедным -- делает его богатым». «Всех их делает», -- то есть Святой, благословен Он, делает их сейчас, как пишет Раши там: «Заново». То, что есть у человека в данный момент, не говорит ничего о том, что у него будет в следующий, поскольку следующий момент Святой, благословен Он, делает заново.

«Нищий и человек замыслов встретились; свет глазам обоих дает Г-сподь» (Мишлей, 29:13). Из слов царя Шломо мудрецы Талмуда учат, что тот же принцип работает и в духовном: «Когда ученик идет к своему раву и говорит ему: "Научи меня Торе", то, если он учит его -- "свет глазам обоих дает Г-сподь"» (Тмура, 16а). «Нищий» -- это ученик, который беден Торой. «Человек замыслов» -- это рав. Раши (там же) объясняет, что «человек замыслов» -- это «средний [в своих знаниях человек], который знает два раздела [мишны из шести] или три». То есть обоим все еще нужно учиться, и если второй обучает первого, то Святой, благословен Он, учит их обоих.

Гемара (там же) продолжает: «А если нет, -- то есть если рав откажется обучать другого, а -- "Богатый и бедный встретились, всех их делает Г-сподь". Сделавший этого мудрым -- делает его глупцом. [Сделавший] этого глупцом -- делает его мудрым». Итак, если человек отказывается помогать другому, то в наказание у него забирают то, что ему дали до этого, -- и это правило справедливо как для материального, так и для духовного. Человеку говорят: «Тебе дали мудрость, тебе дали силы обучать другого -- почему же ты все берешь себе?» «Всех их делает Г-сподь», -- ты думаешь, что у тебя что-то есть? Кто сделал тебе все? Святой, благословен Он.

Когда мудрого человека в наказание делают глупцом -- это очень страшно. Так, в трактате Таанит (7а) находим следующее: «"Меч на одиночек [бадим], и станут они глупцами" (Ирмеяу 50:36), -- меч [падет] на шеи врагов мудрецов Торы [то есть на шеи самих мудрецов Торы], которые сидят и занимаются Торой поодиночке [бад бе-вад]. Более того, они еще и глупеют». Осуждение на смерть -- не наказание, а результат утраты их права на существование. Наказание же глупостью -- хуже смерти, что можно понять из слов «более того».

А что такое глупость? В своем предисловии к разделу Зраим Рамбам пишет так: «И сказали (Гитин 57б): "Всякий, кто насмехается над словами мудрецов, наказывается кипящими испражнениями...", -- а нет ничего, что в большей степени является кипящими испражнениями, чем глупость, которая привела его к тому, что он стал насмехаться».

Таким образом, глупость сравнивается с тяжелыми наказаниями Геинома.