Рав Акива Софер — правнук Хатам Софера, основатель ешивы «Пресбург» в Иерусалиме

«Я – правнук Хатам Софера, но имею право называть себя так лишь если буду учиться, как подобает его правнуку.»

Биография

Рав Акива Софер родился в Пресбурге (Братислава) в 5638 (1878) году. Его отец – раввин города, гаон рав Симха Буним Софер, автор книги «Шевет Софер», сын автора книги «Ктав Софер» и внук нашего учителя Хатам Софера.

В возрасте около 20 лет рав Акива начал преподавать Тору в ешиве вместе со своим отцом. В 5667 (1907) году, после смерти отца, был назначен главой суда Торы Пресбурга и главой ешивы.

Рав Акива самоотверженно действовал во имя укрепления и развития ешивы и общины. Он поднял честь и достоинство Торы, отменив обычай, согласно которому ученики ешивы питались «по дням» у хозяев; для этого были построены кухня и общежитие. И еще он добился у австрийского императора освобождения учеников ешивы от мобилизации в армию.

После Первой мировой войны он был назначен главой организации ортодоксального еврейства Чехословакии, которое насчитывало около трехсот общин. Он также был очень деятелен в сборе средств на нужды бедняков Земли Израиля и был главой*колеля *«Шомрей а-Хомот».

После оккупации Чехословакии нацистами рав Акива Софер переехал в Землю Израиля. Здесь он продолжил свою деятельность по распространению Торы и основал ешиву «Пресбург» в Иерусалиме, но отказался занять раввинскую должность, заявив, что хочет жить «как простой иерусалимский еврей».

Он умер в Иерусалиме 2-го Кислева 5720 (1960) года. После его смерти сыновья издали его книгу «Даат Софер» – комментарии к Торе, а также сборник вопросов и ответов.

Царство

Как представляется, самое удачное и меткое определение, которое соответствовало бы положению рава Акивы Софера на посту раввина общины Пресбурга, – это «царство», в полном смысле этого слова. Его положению как раввина и руководителя общины не было равных во всех местах рассеяния народа Израиля.

В действительности, однако, не только его положение в обществе было воистину царственным, но таковой была и сама его личность.

Это качество его – царственность – производило на меня неизгладимое впечатление. Он просто весь излучал великолепие. Царственность проявлялась у него в поведении, в речах и во всех его поступках. Каждый видевший его получал неотразимое впечатление уже от одного его вида – как будто перед ним один из царей Израиля. Каждый, кто его не знал, спрашивал: кто он – этот человек, вид которого настолько возвышеннее и благороднее, чем у остальных?

На протяжении тридцати трех лет, до Катастрофы, восседал наш учитель на вершине почета этого мира, в Пресбурге, в самой большой и важной общине Венгрии и Чехословакии, в качестве наследника раввинской должности своих великих предков: Хатам Софера, Ктав Софера и Шевет Софера. Кроме должности раввина, он также исполнял обязанности Президента Совета раввинов-харедим, под эгидой которого находились примерно триста ортодоксальных общин. Он также был главой самой крупной и славной ешивы – «Ешиват Пресбург», выпускниками которой были большинство раввинов Венгрии.

За столом его соединены были воедино Тора и богатство – то, что почти нельзя было встретить у других раввинов. Наш учитель раздавал всю свою зарплату мудрецам Торы; он не нуждался в деньгах от общины, поскольку имел постоянный доход от своей доли в нефтяных скважинах Дрогобыча.

Царь – даже без царства

После того, как рав Акива Софер оставил свой родной город и с ним – все свои важные должности, он прибыл в 5700 (1940) году в Землю Израиля – без раввинской должности и без ешивы, а также лишившись всего своего имущества. Едва только ступив на Святую Землю, рав Акива воскликнул: «Вот, в этот час я выбрасываю в море все внешние атрибуты почета и важности, которые были у меня за пределами Святой Земли. Отныне и впредь я хочу быть простым иерусалимским евреем!»

При всем этом, все видевшие и знавшие его могут свидетельствовать, что все его природные черты царственности остались в нем без изменений. Лицо его светилось красотой и великолепием, как в добрые прежние годы, в которые он восседал на троне своего царства, как раввин Пресбурга и как глава всех ортодоксальных общин Венгрии и Чехословакии.

Также и живя в Иерусалиме, лишившись всего и не имея доходов после того, как нефтяные скважины были отняты польским правительством, наш учитель отказывался пользоваться деньгами ешивы. Он постепенно распродавал многочисленные украшения рабанит, и за счет этого они обеспечивали себе скромное существование. Даже книги Гемары, по которым он учился, были одолженными, и когда один из его учеников прислал ему из Америки полный набор книг Талмуда, он отказался принять его, говоря, что этот ученик наверняка намеревался пожертвовать его ешиве* *(я слышал это из уст его ученика рава Кинстлихера).

Гаон из Чебина, рав Дов Бериш Вайденфельд сказал: «Если рав Акива Софер, раввин Пресбурга, который был окружен почетом во все свои дни в стране своего рождения, способен жить в Святой Земле без внешних признаков почитания, и при этом мы совершенно не видим, что ему недостает этого, и что краса и великолепие его остались при нем, как и были, то из этого следует, что и там, в Пресбурге, почести не были потребностью его души и были для него чем-то далеким и чуждым».

Сказали наши мудрецы (Санедрин, 20б): «Сначала царствовал Шломо над всем миром; после этого он царствовал только над всем Израилем; затем – только над Иерусалимом, а в конце концов – лишь над посохом своим». Но что это за царствование такое – «лишь над посохом своим»? Разве не говорят, что «нет царя без народа», и чтобы быть царем, требуется согласие народа?

Наши мудрецы хотели преподать нам ту истину, что качество царственности может быть у человека частью его естества и никак не быть связанным с его положением. Человек, у которого это качество составляет часть его личности, а не приходит в силу власти его над народом, продолжает быть царем и без народа.

Таким был наш учитель… Даже оставшись с одним лишь своим посохом, он продолжал свое царствование во всем его великолепии.

Перевод – рав П. Перлов