Язык и суть Танаха

Голубь Ноаха

В книге Берешит, в месте, где говорится о том, что потоп завершился, и воды начали убывать, сказано, что Ноах отправляет голубя проверить, не показалась ли суша, и голубь возвращается с оливковым листом в клюве (Берешит, 8:11). Между словами «(оливковый) лист» и «в клюве» написано слово [טָרָף] -- тараф. Ункелус переводит его как прилагательное «сломанный», то есть листок был надломлен. Раши объясняет это слово, как глагол «вырывать», «отрывать», то есть голубь сорвал листик масличного дерева и принес его Ноаху. А мидраш, который Раши тоже упоминает, понимает слово тараф, как существительное «добыча», «пища»: голубь добыл себе свежее пропитание. Рамбам, Ибн Эзра и Радак считают, что тараф -- это прилагательное, и поэтому огласовка под буквой [ר] (рейш) должна быть именно [רָ] (камац), а не [רַ] (патах). [Если во время чтения Торы случилось, что чтец по ошибке произнес слово тараф с огласовкой патах вместо камац, его постфактум не следует исправлять, так как, согласно Раши, он прочитал верно.]

Что нужно стереть: память об Амалеке или мужчин из рода Амалека?

В качестве вступления к этой теме приведем небольшой фрагмент из Талмуда (Бава Батра, 21а-б). Если есть только два учителя: один успевает обучить детей большому объему материала, но не следит за тем, чтобы каждый ученик усвоил все как положено, а другой не успевает пройти с детьми много, но то, что проходит, старается чтобы они усвоили правильно, то, по мнению Ровы, следует предпочесть первого преподавателя, так как ошибка обязательно даст о себе знать, и человек исправит ее в течение жизни. Другой мудрец, рав Аши из Наардеи считает, что нужно выбрать второго учителя, так как ошибка внедряется глубоко в сознание человека, и ее чрезвычайно тяжело искоренить. Как доказательство своей точки зрения рав Аши привел историю из книги Царей (Млахим 1, 11:15) о том, как царь Давид послал свои войска под предводительством Йоава на войну с эдомитянами. Йоав, вернувшись с победой, доложил царю, что его войска уничтожили всех мужчин-эдомитян. На вопрос царя Давида, в чем причина того, что он уничтожил именно мужчин, Йоав ответил, что в заповеди о стирании Амалека сказано [זָכָר עַמָלֵק] -- захар Амалек -- мужчин Амалека. На это Давид возразил, что верное прочтение -- это [זֵכֶר עַמָלֵק] -- зехер Амалек -- память об Амалеке (влияние Амалека), то есть заповедано уничтожить не только мужчин, но и Амалека вообще. Далее рассказывается, что Йоав даже собрался казнить своего учителя за то, что он не обучил его в детстве правильному пониманию Писания и совершил нарушение Торы, о котором сказано: «Будет проклят, исполняющий работу Творца халатно» (Ирмияу, 48:10).

Очень странно, как можно было ошибиться в столь важном вопросе. Заповедь вспоминать о том, что сделал нам Амалек, ежегодно исполняет весь народ, внимательно слушая отрывок из Торы, в котором говорится о том, что необходимо стереть либо мужчин Амалека, либо память о нем. Йоав должен был услышать разницу между тем, как его обучали в детстве, и тем, как правильно следует читать это место Торы! Слово зехер, «память», с огласовками цейре и сеголь, а слово захар -- «мужчина» -- с двумя камацами!

Отец рава Авраама Купермана, рав гаон Йеуда Куперман ответил на этот вопрос блестяще. В лашон а-кодеш в одном и том же слове могут меняться огласовки, в зависимости от того, является это слово самостоятельным в тексте, или оно прикреплено к другому слову (смихут). Например, слово халав, «молоко», когда оно употребляется как самостоятельная единица (Шмот, 13:5), огласуется двумя камацами -- [חָלָב]. Если это же самое слово «прикреплено» к другому (Йешаяу, 60:16; Мишлей, 27:27), оно огласовывается хатаф-патах и цейрэ -- [חֳלֵב]. Поэтому не удивительно, что во время ежегодного чтения Торы Йоав не обратил внимание на то, что имеется в виду «память» -- зехер, а не «мужчина» -- захар, ибо «прикрепленное» слово захар («мужчина») звучит достаточно схоже со словом зехер («память»). Заметим, однако, что слово, которое как самостоятельная единица огласовано двумя камацами, обычно, будучи прикрепленным к другому слову, имеет огласовки шва и патах: [נָהָר] -- наар -- «река» (Бемидбар, 24:1) и [נֽהַר] -- неар -- «река» (Берешит, 1[5]:18), или [דָבָר] -- давар -- «слово» [](Шмот, 14:12) и [דֽבַר] -- двар -- «слово» (Берешит, 15:1).

[Примечание рава Игаля Полищука. Я слышал от гаона рава Моше Шапиро объяснение ошибки Йоава. Захар, «мужчина», намекает на активное начало, а зехер, «память», намекает на влияние. То есть источником влияния Амалека являются мужчины.]

Сколько весила гроздь винограда, которую принесли разведчики из Эрец Исраэль?

Перед тем, как войти в Эрец Исраэль, Моше посылает двенадцать человек, чтобы разведать землю, в которую собирается войти народ Израиля. В качестве вещественного доказательства о размерах людей, населяющих страну, разведчики принесли огромные плоды, которые здесь выросли. В мидраше сказано, что гроздь винограда несли восемь человек! То, что гроздь была очень тяжелой, можно заметить уже из того, каким словом пользуется Тора, рассказывая о способе, которым ее отделяли от дерева.

На святом языке глагол, выражающий процесс сбора винограда -- [בּוֹצֵר] -- боцер (Ваикра, 25:11 и 27:8; Дварим, 24:21), а когда речь идет о рубке деревьев, Тора пользуется словом [כּוֹרֶת] -- корет (Ирмияу, 6:6 и 10:3; Шофтим, 6:30). В случае с разведчиками используется слово корет: «Место это назвал Нахаль Эшколь (река виноградной грозди) в честь той грозди, которую "срубили" там сыны Израиля» (Бемидбар, 13:24). Это и понятно, ведь гроздь была очень велика, а значит ветка, с помощью которой она была прикреплена к лозе, была толщиной с дерево.

О том, в каком случае Писание использует[את] , как союз «с», а когда [אם], как союз «с»

Виленский Гаон пишет, что, когда речь идет о полном единстве объектов (или субъектов), Писание использует союз [אִם] -- им (или [אִמוֹ], имо, «с ним»; [אִמֽהַ], има, «с ней»; [אִמָהֶם], имаэм, «с ними»), который переводится как «с» (кем-либо или чем-либо), а когда говорится просто о соседстве -- союз [אֶת], эт (или [אִתּוֹ], ито, «с ним»; [אִתַּה], ита, «с ней»; [אִתַּם], итам, «с ними»), который тоже переводится как «с» (кем-либо или чем-либо).

Давайте с помощью этого правила постараемся прояснить одно очень непонятное место в Торе. В главе Балак (Бемидбар, 22:2-22) рассказывается о том, как моавский царь Балак посылает своих посланников к пророку Биламу, чтобы тот проклял народ Израиля, который остановился неподалеку от Моава. Всевышний открылся во сне Биламу и сказал, чтобы он шел [אִתַּם] -- итам (с людьми Балака) и делал то, что Всевышний ему повелит. Но вот, что вызывает недоумение: когда Билам встал утром, запряг осла и отправился вместе с вельможами Балака в Моав, вдруг сказано, что воспылал гнев Всевышнего на Билама. Что могло вызвать гнев Творца, если было получено разрешение?! Зная правило применения союзов эт и им в ТаНаХе, мы блестяще можем решить проблему. Творец сказал идти [אִתַּם] -- итам, рядом с людьми Балака, но не объединяться с ними в том, чтобы проклясть еврейский народ. А Балак пошел [אִם] -- им, объединившись с моавскими вельможами ради единой цели -- из ненависти к сынам Израиля, чтобы проклясть их, и именно это вызвало гнев Творца.

О важности знаков препинания в ТаНаХе

Свод ТаНаХа был записан без огласовок и без знаков препинания. Информация о том, как правильно читать слова, и о том, как из них верно строятся предложения при помощи т. н. таамей а-микра, была дана Творцом вместе с остальной Устной Торой, и до определенного времени передавалась от учителя ученику и от отца сыну.

Правильное использование знаков препинания важно всегда, тем более, когда речь идет о Книге, по которой создавался мир и по которой он живет. Указания о верной расстановке интонационных пауз были получены как знаки кантилляции -- таамей а-микра. Полноценное чтение ТаНаХа включает в себя определенные интонации, которые четко определены для каждого слова, и ближе к пению, нежели к речитативу. Эти интонации и есть таамей а-микра, и именно они, среди прочего, определяют знаки препинания, т. е. не просто мелодию, а правильное по смыслу прочтение текста. Даже не зная мелодию необходимо правильно прочесть предложение.

Приведем лишь несколько примеров, из которых можно увидеть, насколько важно правильно пользоваться знаками препинания в Писании. В песне, которую пел Моше и весь еврейский народ после того, как Всевышний чудесным образом провел их по суше через море, есть фраза (Шмот, 15:10), в которой, если не знать, где правильно поставить смысловую паузу, можно изменить смысл текста. В этом месте говорится о том, что, когда море вновь вернулось в свое первоначальное состояние, его воды покрыли преследователей, и те пошли ко дну подобно свинцу. В этом стихе есть слово [אַדִירִים], адирим, «мощные». Если прочитать последние два слова вместе, получается, что преследователи утонули в водах мощных. Однако, согласно преданию, слово «воды» должно быть прочитано с интонацией типха, что придает эффект небольшого прерывания текста, смысловой паузы. Поэтому прилагательное «мощные» относится к преследователям, и смысл совсем иной: утонули в водах мощные (преследователи).

Приведем еще один пример. В пророческом благословении нашего праотца Яакова, которое он перед смертью дает своим детям, среди прочего сказано: «Львенок Йеуда, от растерзания [בּֽנִי] (бни, «сын мой» или «сына моего») поднялся, склонился, прилег как лев и как львица, кому удастся поднять его» (Берешит, 49:9). В этом стихе слово [מִטֶּ֖רֶף] -- ми-тереф, «от растерзания», читается с интонацией типха, то есть после него следует прерываться, а со слова бни, «сын мой» или «сына моего», начинается следующая часть стиха. Помимо того, что необходимо читать текст с правильной интонацией, в данном случае от того, где сделать паузу, может зависеть очень важная деталь. В благословении, данном Йеуде, Яаков намекает на то, что Йеуда уберегся от греха ми-тереф -- «от растерзания». Что это за грех растерзания? Продажа Йосефа была представлена Яакову, как будто того растерзал дикий зверь. Поэтому возможное убийство Йосефа названо словом ми-тереф -- «от растерзания». Если слова ми-тереф бни читать без паузы, то их смысл будет «растерзанного сына моего», и под словами «сына моего» имеется в виду Йосеф. Но если прочитать эти два слова с паузой, согласно знакам кантилляции, то слово бни -- «сын мой» -- обращено к Йеуде. В комментарии «Ор а-Хаим» приведено, что словом бни из сыновей Яакова до сих пор были названы только Йосеф и Биньямин. Почему Йеуда удостоился того, что Яаков называет его сейчас бни, «сын мой»? Йеуда был готов пожертвовать собой, чтобы Биньямин, который назван бни, вернулся к отцу, поэтому сам Йеуда удостаивается статуса бни!

Деление животных в ТаНаХе на [חיה] (хая) и [בהמה] (беэма)

Некоторых представителей животного мира Тора называет [חַיָה] -- хая, а некоторых [בֶּהֶמָה] -- беэма. По какому принципу делятся животные на эти две категории? На этот вопрос отвечает великий мудрец Торы, рав Нафтали Цви Йеуда Берлин в книге «а-Эмек Давар» (Берешит, 1:24): «Различие между хая и беэма не таково, как считает Рамбан, что хая -- это животное, которое ест мясо, а беэма -- это животное, которое мяса не ест. Ведь олень мяса не ест, а в Талмуде (Бава Кама, 19б) он назван хая. Да и о том, к какой категории следует отнести собаку, существует спор в Мишне (Килаим, 8:6), хотя пес большой охотник до мяса. На самом деле деление на эти две категории происходит согласно следующему принципу: вид животного, которое по своей природе является диким, даже если оно поддается "одомашниванию", считается хая. Животное, которое по природе своей домашнее, хотя среди представителей его вида есть и такие особи, которые, живя вдали от населенных человеком мест, дичают, принадлежит к категории беэма».

Согласно этому определению можно сделать вывод, что конь, осел и бык -- это беэма, а зебра, жираф, лев и заяц принадлежат к категории хая. Классификация представителей животного мира по их принадлежности к одной или другой категории в законах Торы принципиальна. Законы, относящиеся к разрешенным в еду (чистым) видам животных, принадлежащих к категории беэма, отличаются в ряде вопросов от законов, относящихся к разрешенным в еду видам животных, определенных как хая.

Приведем несколько примеров таких отличий.

1. В качестве храмовой жертвы может выступать только беэма. Животных, относящихся к разряду хая, не приносят в жертву в Храме.

2. Первенцев животных из категории беэма передают коэну, а первенцев животных, которые считаются хая, -- нет.

3. Кровь, пролитую во время шхиты (кошерного убоя животных, разрешенных в пищу), в случае, если это хая, заповедано засыпать землей (заповедь кисуй а-дам), а если это беэма, то такой заповеди нет.

4. В отношении хелева (определенных частей жира) животных, которые считаются беэма, существует ряд специальных законов, а у тех животных, которые являются хая, любой вид жира имеет тот же статус, что и остальные части мяса.

5. Тот, кто режет животное, принадлежащее к категории беэма, обязан подарить коэну три определенные части, а когда речь идет о животном, которое считается хая, нет обязанности отдавать эти части коэну.

6. Запрет Торы варить, принимать в пищу и получать пользу из сваренных вместе мяса с молоком не распространяется на животных из категории хая, -- как в отношении мяса, так и в отношении молока (хотя мудрецы постановили в отношении такого мяса некоторые ограничения для того, чтобы избежать ошибки).

Ряд дополнительных отличий в законах Торы и постановлениях мудрецов в зависимости от того, принадлежит животное к разряду хая или беэма, приведены в трактате Бикурим (2:9-10).

Известно, что репатриация евреев из Вавилонии и Персии проходила очень тяжело. Из второй главы книги Эзры известно, что число вернувшихся в Израиль не достигло даже пятидесяти тысяч. И Мальбим добавляет, что сорок две тысячи -- это не количество евреев первой волны возвращения (из группы Зерубавеля), а общее число евреев, вернувшихся в землю Израиля за весь период шиват Цийон, возвращения в Сион.

Почему так мало евреев вернулось в Израиль? Видится, что для описания состояния народа Израиля в том поколении нет ничего лучше, чем слова Мальбима из предисловия к его комментарию на книгу пророка Хагая.

Пишет Мальбим: «Уже много говорил об этом рав Ицхак Абарбанель, и я также писал об этом в нескольких местах. С момента начала первого порабощения Царства десяти колен царем Санхеривом начинается эпоха изгнания. Но вместе с этим начинается и время потенциального будущего избавления, потому что уже с момента изгнания Санхеривом десяти колен пророки стали говорить о полном избавлении. Но приближение этого момента зависело от того, смогут ли евреи удостоиться его. И если бы евреи смогли правильно использовать предоставляемые им судьбоносные моменты, то немедленно им было бы послано полное избавление. Такие моменты были во времена царя Хизкияу и позже -- во времена царя Йошияу.

Но евреи не исправили свои грехи, Первый Храм был разрушен Навуходнецаром, а евреи были изгнаны в Вавилон. Увидел Всевышний, что если бы они остались еще какое-то время в изгнании, то осквернились бы в среде идолопоклонников и совершенно оставили бы веру своих отцов, потому что уже за семьдесят лет Вавилонского изгнания, многие успели перемешаться с живущим там народом и забыть родной язык и обычаи. Чтобы не произошло окончательной ассимиляции, Всевышний вселил в персидского царя Кореша особый дух, который побудил его дать разрешение евреям вернуться в Святую Землю и начать возводить Второй Храм. И многие евреи вернулись по приказу Кореша, а среди них Мужи Великого Собрания, которые начали восстанавливать утраченные народом духовные позиции.

Все эти моменты в истории еврейского народа могли бы стать переломными, если бы евреи пришли к полному раскаянию в своих грехах и поднялись бы из Вавилона в Святую Землю как стена, в полном составе. Cказали об этом наши мудрецы: могли удостоится евреи полного избавления уже во времена Эзры, и что Всевышний готов был вывести их из изгнания с великими чудесами, но грех смешанных браков стал причиной того, что этого не произошло. И Всевышний лишь частично реализовал это, чтобы предотвратить ассимиляцию.

Царь Кореш повелел строить Второй Храм, но, после наветов притеснителей евреев, им же была заморожено строительство на длительное время, вплоть до правления царя Дарьявеша. А в те годы, когда строительств было остановлено, евреи потеряли надежды на его возобновление. Однако пришел пророк Хагай и от имени Всевышнего сказал им и лидеру народа Зерубавелю, что пришло время для возобновления возведения Храма, несмотря на то, что нет еще разрешения от властей. И об этом времени сказали мудрецы, что оно было способным на великие изменения, и если бы евреи удостоились, то с Небес было бы послано им полное избавление, Зерубавель стал бы Машиахом, а Второй Храм остался бы стоять вечно. Однако этого вновь не произошло, и Зерубавель был возвращен в Вавилон и свои последние дни провел там. И теперь лишь в будущем произрастет росток Машиаха из его потомков».