Лех Леха. Иди из своего дома

— Вопрос: недельная глава Лех Леха. Аврам, авину, наш праотец Авраам, получает указание Всевышнего идти из своего дома — без указания, куда. И он уходит, по сути дела, не зная куда. Из его опыта, из его испытания — что мы можем вынести для нашей жизни сегодня? Что вы считаете для нас важным знать, какой урок?

Знать, что важно для других, — это очень тяжело, хорошо бы, чтобы я сама о себе знала, что и как. Но глобально могу сказать вот что: как говорит Гаон, каждый из нас проходит тот же самый путь, что и Авраам. Мне кажется, когда мы начинаем нашу жизнь — не могу сказать за всех, но за многих из нас, — мы никогда не знаем, где мы её закончим. Мы начинаем, идём куда-то, а чего достигнем и где окажемся — не знаем. Многие из тех, кто сейчас нас слушает, — когда им было 10 лет или 5 лет, разве могли они представить, что окажутся в Израиле или в других местах и будут слушать такие уроки? Поэтому мы все в какой-то мере находимся в этом состоянии «лех-леха». Точный перевод «лех-леха» — «иди к себе». Насколько, как и куда — этого никто не может предсказать. Мы все идём к себе.

И мне кажется, это очень важная вещь — всё время быть человеком, который идёт, никогда не останавливаться. В момент, когда мы останавливаемся, мы уже на каком-то уровне перестаём быть живым человеком.

— Вопрос: что значит останавливаться? Как мы можем понять, что мы остановились?

В какой-то мере, в моих глазах, остановиться — это стать пожилым человеком. Не в смысле физического возраста, а в смысле психологической старости. Такая старость — когда люди вместо того, чтобы смотреть вперёд, начинают смотреть назад. Раньше люди в какой-то мере ещё вели себя иначе, а сейчас — уже не идут вперёд, не продолжают. Жизнь — это всё время идти вперёд. Нас не зря называют «ходящими» — мы всё время ходим. Ходить — значит всё время менять положение, изменяться.

Если мы замечаем, что начинаем сожалеть о прошлом или вздыхать о нём, вместо того чтобы думать о будущем, — значит, мы резко начали стареть ментально. Если же мы смотрим в прошлое и думаем на его основе, как вести себя сейчас, или что было сделано неправильно и как это исправить, а вектор при этом направлен на будущее, — тогда я, в какой-то мере, правильно пользуюсь прошлым опытом и делаю верные вещи на его основе. Прошлое дано нам не просто так. Ещё лучше — смотреть, как вели себя другие люди, и учиться на них, а не только на себе. Это, конечно, нужно, но не тогда, когда мы увязаем в прошлом.

— Вопрос: те испытания, которые прошёл Авраам, — не могли бы вы сделать краткий экскурс в эти испытания и в те качества, которые мы получили от него в наследство? Ведь мы — родился ли человек евреем или пришёл в общину Авраама — унаследовали какие-то силы, заложенные исходя из тех испытаний, которые он прошёл.

Это очень важная вещь, о которой вы говорите. Начнём с того, что в нашей недельной главе — не все испытания Авраама, у нас есть только часть. Испытания Авраама заканчиваются уже в следующей недельной главе, а если совсем точно — даже позже. Но глобально считается, что в следующей. У нас есть несколько мнений о том, какими были испытания Авраама. Первое испытание, которое прямо описано в Торе, — это начало нашей недельной главы: «лех-леха», иди к себе.

Есть предание, что до этого было ещё одно испытание: Авраам был готов, чтобы его бросили в огонь во имя своих убеждений. Но интересно, что это испытание не описано открытым текстом — на него есть только намёк в Торе. Комментаторы задаются вопросом: почему? Ведь отдать свою жизнь, мне кажется, тяжелее, чем пойти неизвестно куда. Когда есть опасность для жизни, люди покидают места и убегают — это естественная вещь, особенно когда есть прямое указание, как было Аврааму. А отдать жизнь — намного сложнее. При этом это черта не только еврейская: скажем, Галилей — хотя в итоге и не отдал свою жизнь — был готов на смерть за то, что земля вращается, хотя в конце передумал. То, что люди готовы отдать жизнь во имя своих убеждений, мы встречаем не только в еврейском народе — все воины, в каком-то смысле, проходят через нечто похожее. Тем не менее у нас это не считается первым явным испытанием, записанным в Торе, — первое записанное испытание — это «идти, не зная куда».

Следующее событие: Авраам, а вместе с ним и мы, ведь мы все его потомки, приходим в Израиль. И часть из нас тоже сейчас, в каком-то смысле, оказались в Израиле. Казалось бы, придя в Израиль, человек должен обнаружить, что нигде нет голода, что всё прекрасно и идеально — жить в Австралии, например, просто идеально, не знаю, как в Канаде. Но именно в Израиле очень тяжело: Авраам столкнулся там с голодом, причём таким страшным, какого раньше вообще не бывало. Что делать? Всевышний велел мне прийти сюда, я пришёл, выложился — и вот что я встречаю.

Так и с нами: когда мы приходим в Израиль, нам всем очень тяжело, Израиль обычно не так просто принимает. Есть понятие, что есть три вещи, которые достигаются только муками, и одна из них — Земля Израиля. Когда мы переходили море, мы, кажется, уже говорили об этом: мы просили Всевышнего привести нас в Израиль и укоренить нас там. Приехать — не так сложно, а вот пустить корни в Земле Израиля — это непросто, это требует времени. И то, что делает Авраам, — он не ропщет. Он спускается в Египет, и там у него забирают жену.

Остановлюсь ещё на одном испытании — это война с четырьмя царями. Тоже непростая вещь: тут видно, что еврейский народ способен делать вещи, которые кажутся совершенно нелогичными. Ещё до этого была коалиция четырёх царей — считается, что это первая мировая война: мировая война — это война, в которой с обеих сторон воюют коалиции, а не одно государство. С одной стороны было четыре государства, с другой — пять. И эти четверо пошли воевать против пятерых — и по дороге смели с лица земли не только эти пять государств, но и вообще всё, что было у них на пути.

Эти четыре царства символизируют четыре царства, под властью которых потом окажется еврейский народ. И то, что Авраам воюет с ними, — это в каком-то смысле символ того, что у нас будет сила выдержать то же самое. Как говорит Рамбан: то, что делали наши праотцы, — знак того, что произойдёт с нами, мы в каком-то смысле унаследовали их «ДНК», и всё, что происходило с ними, потом в какой-то мере происходит и с нами. Но когда они сделали это в первый раз, они проложили первую борозду: каждый раз, когда что-то нужно сделать впервые, потом это делать намного легче. Эту первую борозду проложил Авраам. И когда он проходит по земле Израиля, он тем самым облегчает нам её будущий приход. Он воюет с четырьмя царями — и это символ того, что у нас будет сила выдержать натиск тех же четырёх царств: Вавилона, Персии, Греции и Рима.

— Вопрос: что значит выдержать натиск четырёх царств?

Остаться евреями. Это тоже очень важный вопрос. Еврейский народ побеждает очень странно: мы побеждаем тем, что выстояли, а не тем, что победили в прямом смысле. Наша цель — выжить. У Авраама было триста восемнадцать учеников, и с этими триста восемнадцатью учениками он идёт воевать против четырёх царств, которые до этого победили пять государств и ещё неизвестно сколько по дороге. Это совершенно нелогично, это в каком-то смысле пойти на верную гибель.

Считается, что именно этим Авраам заложил в еврейский народ важное качество. Есть предание, что Авраам брал горсть земли, бросал её — и она превращалась в стрелы. Есть также предание, что в этой войне у него было 318 учеников; по другому мнению, у него было три друга, которые охраняли тыл — ведь идя на войну, нужно охранять и тыл, — а сам Авраам со своими учениками пошёл воевать. На самом деле, есть мнение, что учеников было даже не 318 — войну вели только Авраам и Элиэзер.

Число 318 связано с именем Элиэзер: если сложить числовые значения его букв — алеф (1), ламед (30), йуд (10), айн (70), заин (7), реш (200), — получится 318. То есть Авраам пошёл воевать всего с одним человеком, Элиэзером, чьё имя в гематрии равно 318 — как будто один Элиэзер стоил трёхсот восемнадцати.

Есть и другое сравнение. Как два человека вообще могут воевать против целой коалиции? У нас есть понятие «отчаяние» — на иврите «еуш». Если посчитать гематрию этого слова: йуд (10), алеф (1), вав (6), шин (300) — получится 317. А у Авраама было на одну единицу больше — 318. Этой единицей он победил отчаяние. Символика в том, что разница между отчаянием и действием — это всего одна единица: стоит начать действовать — и мы уже выше отчаяния.

С отчаянием также связана одна из четырёх стихий — земля, вода, воздух и огонь. Отчаяние символизирует земля — в ней нет собственной силы, есть только сила притяжения вниз. И Авраам берёт землю и бросает её — вот понятная символика: он берёт отчаяние и отбрасывает его. Мы — его потомки.

В трактате Сукка рассказывается об одной женщине, у которой армия властителя всё отняла. Ей сказали: всё, теперь только отчаяние, это уже никак не восстановить. А она ответила: «Вы знаете, кто я такая? Я потомок того, у кого было 318 учеников». Вот в этом и есть символика этих 318 — в том, что у нас есть сила, которая выше отчаяния.