После Симхат Тора

Во-первых, скажем благодарность Богу: слава Богу, все заложники, что оставались живы, вернулись, и война прекратилась — а ведь всё это время гибли солдаты. Начинаем читать сто тридцатый псалом. Будем молиться, чтобы Бог хранил нас и дальше: положение с арабами совсем не простое, это каждый понимает, и у Бога на это разные пути. Один из них — через старания Трампа, который помог Израилю. Надо молиться о спокойствии и благополучии еврейского народа — и в Израиле, и вне его, есть о чём молиться.

С другой стороны, не знаю, стоит ли и дальше читать Теилим всем вместе так, как это было в особой связи с войной. Теилим никогда не мешает, они всегда хороши, но когда это массовое чтение в особом положении, каждый чувствует, что говорит с чувством, а когда оно становится постоянным, это чувство стирается. Молиться дальше надо в любом случае, за благополучие — мы не Швейцария и даже не Бельгия.

Слава Богу, праздники были хорошие. Каждый еврей от праздника что-то получает и духовно возвышается — кто-то больше, кто-то меньше, но каждый чем-то очищается. У еврейского народа праздник — это подъём, и это не то же самое, что у других народов: когда в Советском Союзе ввели пятидневную рабочую неделю, многие женщины просили её отменить, потому что в эти два выходных дня мужья пили и хулиганили. А у евреев наоборот: когда есть праздник, каждый духовно возвышается.

На этот праздник каждый еврей поднимается, каждый танцует со святыми свитками Торы, поёт, и с каждым разом всё глубже ощущает свою связь и преданность Торе. Я слышал, что многие евреи в Москве начали свой путь к еврейству именно с танцев на Симхат Тора: человек полюбил Тору — и вот он делает шаг вперёд, а потом ещё много шагов.

Хочу отметить: мы перешли на зимний сезон — пока только в упоминании. Мы начали говорить «Машив а-руах у-морид а-гешем» — «Он посылает ветер, Он низводит дождь», а до самой просьбы о дожде мы ещё не дошли, это будет позже. В Израиле это упоминание начинается вечером седьмого Хешвана, вне Израиля — позже.

Что делать, если по ошибке в это время сказал старую, летнюю формулировку? У тех, кто летом говорит «Морид а-таль» — «Он низводит росу», — молитва после факта засчитывается, даже если человек не сказал «Машив а-руах у-морид а-гешем», при условии что он уже закончил вторую браху; если не закончил — нужно сразу поправиться. А вот те, кто летом вообще ничего не говорит о росе, должны быть особенно внимательны: если они ошиблись и не перешли на зимнюю формулировку, молитва не засчитывается, и её нужно повторить сначала.

Теперь мы заново начали учить Хумаш. Первый урок — о первых шести днях творения, о субботе и о вере: мир создавался не сразу, а постепенно, по ступеням. В первый день были созданы небо и земля, во второй день Бог разделил воды на нижние и верхние, в третий день собрал воды в моря и океаны и создал сушу. В четвёртый день были созданы светила — а по другому объяснению, они уже существовали раньше, и в этот день Бог сделал так, чтобы они начали светить, то есть заработали.