Тора 13. Что значит «уста» и «речь» Вс-вышнего и как словом был создан мир?

Мы продолжаем изучение Торы, разбираем разные вопросы. И, если помните, в прошлый раз мы вошли в одну непростую тему и не успели рассмотреть все вопросы, — сейчас попробуем в этом разобраться.

Итак, что мы сказали в прошлый раз? Что, как мы в последнее время учили, Тора — это мудрость, мудрость Всевышнего. Более того, мы сказали, что это своего рода знание — знание, которое приходит в наше сознание, и мы не знаем, откуда оно приходит: как бы приходит сверху, и у нас нет постижения того, что происходит, мы не можем туда заглянуть, откуда к нам приходит знание. Но когда оно приходит, мы вдруг удивляемся: вот, оказывается, есть такое интересное знание, — и так далее. И это, в принципе, и есть знание Торы. Изучая Тору, мы посмотрим, как это рассматривается и в обычном, светском знании — в науке или еще где-то, — но в основном мы говорим о знании, которое приходит именно через Тору: человек изучает Тору, и оно к нему приходит.

Каким образом? Мы уже говорили, что источник этого знания — древо жизни, эц хаим, как это называется в книгах: то же дерево, о котором рассказывается, что оно росло посреди сада, и что Всевышний после греха изгнал Адама именно для того, чтобы тот не отведал от этого дерева, — потому что тогда он жил бы вечно. Отведать от этого дерева — все это, конечно, говорится в аллегориях: дерево, плоды дерева, — но имеются в виду духовные понятия, понятия мудрости. И действительно, тот, кто как бы присоединяется к этому дереву, живет вечно. Вечно — не в смысле в этом мире, а в том мире, в который человек приходит после смерти, в будущем мире, где нет смерти. Что такое будущий мир — это тоже отдельный, непростой вопрос, мы рассматривали его с разных точек зрения, но, как бы то ни было, это вечная жизнь, и это знание как бы дает человеку жизнь.

Более того, мы говорили, что и та жизнь, которой человек живет здесь, в этом мире, тоже приходит из того же источника — это как бы искры, капли той же жизненной силы, благодаря которой мы живем. То есть в чем суть этой жизни? Мы сказали, что на самом деле это не просто древо познания, а древо жизни, и это же — сама Тора, это система управления, и это сам Всевышний. Другими словами, то, что мы называем управлением Всевышнего этим миром, — это и есть то самое древо жизни, и это Тора: почему древо жизни — это управление? Потому что Всевышний хочет от нас того-то и того-то: сделаем так — будет так, сделаем так — будет так. Это и есть Тора — то, что говорит нам: сделаем так — будет так, это и есть система управления.

С другой стороны, это Всевышний. Почему? На самом деле мы говорим о системе управления, а не о самой бесконечности, но по сути имеем в виду именно бесконечность — то есть Всевышнего. Но с самой бесконечностью мы напрямую не сталкиваемся, мы сталкиваемся с его системой управления. В рамках этой системы управления есть три силы: хесед, дин и рахамим — то есть добро, суд (или справедливость) и милосердие. Мы уже говорили, что это сложная система, как все это распределяется, по каким частям, каким образом строится, — но в принципе это три силы, и это как бы действие Всевышнего, поэтому мы называем это качествами Всевышнего.

Почему мы это так называем? На что это похоже? Это как тело и душа. Когда я вижу человека, я не вижу его душу — душа это не что-то отдельное, что где-то там решает. Мы всегда говорили, что понятие духовности — это мир мыслей: когда мы говорим о человеке, речь о мире его мыслей, это и есть его душа. Просто есть разные уровни мысли, и поэтому есть разные уровни в душе. Есть уровень, где человек просто ощущает какие-то телесные вещи, — мы называем это нефеш. Есть его эмоциональная жизнь — мы называем это руах. И есть его способность к постижению, разум — мы называем это нешама. Вот это и есть душа человека.

И когда мы смотрим на человека и не видим этого, — то есть не видим того, что находится в его мыслях, в его душе, — что же мы видим? Мы видим его тело. Тело совершает разные действия, и по этим действиям мы как бы узнаем этого человека. Скажем, я встретил кого-то на улице, хорошо с ним побеседовал, — с кем я на самом деле встретился? Ты столкнулся с его телом. Но ты говоришь: это он. Почему? Потому что тело — это его проявление, это то, что приходит к нам. В каком-то смысле бесконечность — вот в этом смысле система управления для нее является чем-то вроде тела. Не тело в физическом смысле, а именно в этом смысле: тело — это то, что мы видим, когда не видим мысли, то есть то, что внешнее. Здесь в каком-то смысле то же самое: саму бесконечность мы никак не способны постигнуть, о ней невозможно даже помыслить, — а вот ее систему управления — добро, милосердие и так далее — мы можем постигнуть. Поэтому эти силы управления — как бы внешнее по отношению к бесконечности, и в этом смысле назовем это телом. Не потому что это тело в буквальном смысле, а потому что это то, что видится: тело — это то, что представляет нам то, что находится внутри, представитель души. А для нас эта система управления — представитель Всевышнего, то есть, по сути, это Он сам, Его действие, только Его самого мы не видим, а видим Его действие. Поэтому мы и называем это Всевышним — Кадош Барух hу, так мы Его называем.

И это Тора, потому что система управления — это и есть Тора, которая нами управляет, ведь Тора — это и есть то, чего Всевышний от нас хочет. Сама бесконечность не проявляется нам в своей бесконечной сущности — да и что вообще можно сказать о такой сущности, — она проявляется только через эту систему управления. Больше мы ничего о Нем знать не можем, поэтому для нас Он — Кадош Барух hу. Именно в этом Он для нас представляется. Поэтому мы называем это, с другой стороны, качествами Всевышнего, или Его проявлением, Его системой управления и так далее. И мы сказали, что это — Тора, и это — Всевышний, и что Тора и Всевышний — это одно. Почему одно? Вот по той причине, которую мы объяснили. И получается, это и есть то самое древо жизни, из которого к нам приходит все, что приходит.

Что же приходит от древа жизни? Жизнь, жизненная сила. А зачем она приходит, зачем мы вообще живем в этом мире? Мы уже объясняли, что Всевышний посылает в этот мир нам возможность жить: Он создал этот мир, создал человека для того, чтобы дать ему добро, как мы говорили, — хотя, если точнее, мы смотрим на это чуть иначе, мы тоже когда-то это объясняли, — но, в принципе, чтобы дать нам добро. И лучше, когда мы можем это добро заработать, достичь его сами, — тогда мы получаем это добро в полной мере. С одной стороны — это добро, а с другой стороны, в этом смысле мы становимся как бы похожи на Создателя. Потому что если взять суть всех наших обязанностей перед Всевышним — все мицвот и все, что мы делаем, — то основная идея в том, чтобы уподобиться тем качествам, которыми Он нами управляет: так же как Он проявляется перед нами как добрый, справедливый и милосердный, так же Он требует этого и от нас. И в этом заключается наша свобода выбора — идти по этому пути или нет.

И когда мы ведем себя в рамках этих трех качеств и, соответственно, выполняем заповеди и так далее, — одно связано с другим, — тогда мы в каком-то смысле становимся похожи на Создателя, на Него самого, потому что это Его качество, которое в нас проявляется. И это самая большая награда для нас, потому что тогда мы приближаемся к Создателю и в каком-то смысле сами становимся как бы создателями, участниками Всевышнего в творении мироздания. Что же мы создали? Мы создали самих себя. Мы были созданы с разными желаниями, интересами, — это животное начало, которое создал Всевышний. А вот когда мы работаем над собой, воспитываем себя, изменяем себя, — тогда мы создаем нового человека, которого раньше не было. Тот человек, который родился со своим ецер а-ра и со всем прочим, — как и любое животное, у него есть свои желания и так далее, — начинает работать над собой, и вдруг, когда он приходит к смерти, оказывается уже совсем другим человеком, обладающим этими качествами — хесед, дин, рахамим, — который ведет себя совсем не так, как то животное, каким он родился, ну, может, немного похоже. Что произошло? Это значит, что мы его создали — то есть сам человек в этом смысле создал себя, и в этом смысле он как бы параллелен Всевышнему, похож на Него, он тоже в каком-то смысле участвует вместе с бесконечностью в создании этого мира.

И это та самая награда для него — то, что он сам становится в каком-то смысле создателем, конечно, не в полной мере. И для того, чтобы мы могли это сделать, нам нужна свобода выбора, и нужен именно этот, нижний мир, где все от нас скрыто, — и тогда у нас появляется свобода выбора, и тогда мы можем что-то сделать, подняться из этого состояния и действовать.

И вот эта наша работа — она временная: каждому человеку отпущено определенное число дней в жизни, и каждый день перед ним стоит новая задача, которую он должен выполнить. А если он ее не выполняет? Ну, тогда можно сделать тшуву; на следующий день он уже не может выполнить именно эту задачу, она уже прошла, но можно сделать тшуву и это исправить. Это тоже большой отдельный вопрос — что происходит, если человек делает тшуву: может ли он исправить, в принципе, все то, что должен был сделать за всю свою жизнь. Но, в любом случае, для этого он и пришел в этот мир. А что значит «пришел в этот мир» и живет в нем временно? Временно — это не только про его собственную жизнь, но, с другой стороны, и весь этот мир пришел временно: шесть тысяч лет, не более того, — а потом все закончится, и начнется другая история, и уже не будет у человека свободы выбора, будет уже совсем другая реальность. Там будет уже награда, а не работа: здесь у нас работа, а награда — потом, а там — награда, и уже не будет работы. Мицвот все будут выполнять, но уже не как мицвот, не как обязанность, а как реальность, как истину, которую видят перед собой и иначе просто нельзя себя вести. Это понятно.