Ваикра. Учение о коэнах

Добрый вечер ещё раз всем. С помощью Всевышнего мы с вами подошли к третьей книге Торы — книге, которая называется «Ваикра». Перед началом хочу сказать буквально пару слов, предисловие к этой книге, из тех слов, которые пишет Рамбан, рабби Моше бен Нахман: жизнь еврея, который находился в галуте и выходит из галута, подобна постройке мишкана, постройке Храма. Поэтому этому и посвящена, в принципе, третья книга Торы, которая называется «Ваикра».

«Ваикра» на русском языке называется «Книга Левит». На еврейском языке называется «Торат коаним» — учение о коэнах, коэнское учение. Для человека, который мало знаком с комментариями на Тору и с еврейским взглядом на то, что мы изучаем, книга «Ваикра» может показаться очень странной: она практически вся посвящена храмовой службе, практически вся посвящена храмовому ритуалу. Всё, что есть в этой книге, — это жертвоприношения, это различные формы церемоний, которые проходят в Храме. Это главная тема книги «Ваикра». И человеку, мало ещё знакомому с еврейской традицией, это может показаться странным: зачем целая книга Торы, и немаленькая — по объёму не меньше, чем книга Шмот, — почти без каких-либо действий, и всё, что там описывается, на девяносто девять процентов посвящено Храму, которого уже две тысячи лет как нет? Спрашивается, зачем такая огромная информация?

Вот ещё одна тайна книги «Ваикра». Когда маленького ребёнка начинают учить Торе, приводят его в хедер, — его не начинают учить с книги Берешит, там, где много разных интересных историй: про Ноаха, про Адама, про Хаву, про Ицхака, про Египет, про Моше. Ребёнка начинают учить с книги «Ваикра» — с тяжёлой книги «Ваикра». Берешит — это что-то интересное, что-то понятное. А тут будет что-то для тебя совсем не понятное — это уже, в принципе, такая высшая математика. Книга «Ваикра» практически полностью каббалистическая: всё, что в ней пишется, пишется о структуре и о тайнах управления этим миром. Потому что жертвоприношение, которое там описывается, — а мы сегодня поговорим о жертвоприношениях, ведь вся первая глава посвящена жертвоприношению, — это некая схема управления духовным и физическим миром: как это работает, работало и будет работать всегда.

Человек, который постигает книгу «Ваикра» на глубинном уровне, — это человек, который учит ядерную физику, физику, которая залезает в самые глубины структуры этого мира. Вот что такое книга «Ваикра». Поэтому для человека, который только начинает, книга «Ваикра» может показаться непонятной и сложной, но ни в коем случае не занудной. Серьёзный вузовский учебник по высшей математике или по физике — не «Занимательная физика» Перельмана, а серьёзный вузовский учебник, — может показаться занудным и неинтересным только дилетанту. Почему дилетанту? Потому что он не знает, что такое физика, он её никогда не учил, ему это неинтересно. Но это не значит, что учебник неинтересный — это значит, что он очень глубокий, а человек просто ещё не пришёл к пониманию той глубины, которая там написана. В этом секрет книги «Ваикра».

Мы с вами сегодня поговорим о некоторых особенностях нашей недельной главы «Ваикра». Буквально первые пару строк мы прочтём для затравки и посмотрим, что об этом пишет Раши на уровне пшат, на уровне простого смысла. А потом, словно ракета, мы начнём взлетать ввысь и дойдём, может быть, до каких-то каббалистических, тайных вещей, которые написаны в нашей недельной главе.

Так написано: «Ваикра эль Моше» — «И воззвал [Всевышний] к Моше». Вот что говорит здесь Раши: в Торе ведь нет ни единого случайного слова. Что такое «ваикра»? «Ваикра» — это от слова «воззвал». Корень этого слова — куф, рейш, алеф, «позвал», «воззвал» и так далее. Раши пишет, что так открывается Всевышний еврейскому народу — Он открывается на уровне слова «воззвал». И мы сейчас увидим, что такое «воззвал».

Пишет Раши, что есть ещё одно слово, очень похожее, — оно связано с другим пророком, о котором написано в Торе, пророком, которого зовут Билам. Билам всегда был антиподом: если Моше Рабейну — это вершина пророчества, которого достигает еврей, то Билам — это вершина пророчества, которое достигает народы мира. И мы видим, куда это пророчество ведёт, — история с Биламом и Балаком. Так вот, когда написано про Билама, там стоит слово «ваикар». Оно очень похоже, буквы практически те же самые, отличаются только в конце: корень слова «ваикра» заканчивается на «алеф», а корень слова «ваикар» заканчивается на «рейш». А звучат они точно так же, читаются точно так же, только последняя гласная буква — другая.

Так вот, чем отличается слово «ваикра», когда Всевышний обращается к Моше в начале нашей недельной главы, от слова «ваикар», когда Он обращается к Биламу? «Ваикар» переводится не как «воззвал», а как «случайно повстречался». И это слово, «ваикар», всегда обозначает «повстречался случайно», — не собирался встречаться, а как бы случайно встретился. И Раши пишет очень интересную вещь: бывает, что и у народов мира происходит настоящее откровение, открытие Всевышнего, — народы мира тоже могут войти в какую-то очень глубинную вещь. Но входят они не так, как евреи. Не так, как входит еврейский народ, к которому Всевышний всегда обращается на уровне «ваикра» — и этот голос они как бы слышат, пророки слышат и так далее. У народов мира это происходит на уровне «ваикар» — повстречался: не собирался ничего делать, занимался какими-то своими делами, и вдруг — бах! — попал куда-то и вышел на канал, который соединяется со Всевышним.

«Ваикар» — плохое слово, оно означает «повстречался», и очень напоминает то слово, которое связано с Амалеком. Вообще слово «ваикар», «повстречался», всегда идёт на уровне слова «случай»: что-то услышал, что-то сделал — случайно, это не закономерность, случайно так произошло, случай. А когда говорится про евреев, тут написано именно слово «ваикра» — «воззвал». «Воззвал» — это не случай, «воззвал» — это закономерность, это правило существования этого мира.

Очень интересную вещь пишет Раши. Написано, где Он с ним говорил: Он говорил с ним из Оэль Моэд. Что такое Оэль Моэд? Шатёр собрания. Он говорил с ним из Храма. Ещё точнее — из той части Храма, которая называется Кодеш кодашим, Святая святых. А ещё точнее — из той части Храма, где находился Ковчег завета: голос звучал между двумя керувами. Интересную вещь пишет Раши: написано, что Всевышний говорил с Моше Рабейну именно через Оэль Моэд, через этот шатёр собрания, — зачем нам такая точная информация, где конкретно Он с ним говорил? Раши даёт потрясающий ответ: это сказано для того, чтобы научить нас, что Всевышний говорил с Моше, но то, что Он говорил, никто больше не слышал — слышал только Моше.

И Раши спрашивает: но ведь, может быть, Всевышний говорил очень тихо, почти шёпотом, — настолько тихо, что это слышал только Моше Рабейну? Ведь в более поздней эпохе, когда Храм уже был разрушен, мы читаем про одного из танаим, который заходит в разрушенный римлянами Иерусалим и слышит голос Всевышнего — в Талмуде рассказывается, что этот голос звучал как воркование голубки. Голубка, когда воркует, не кричит, как попугай какаду, который где-нибудь в Австралии кричит во весь голос, как петух, — нет, она воркует очень тихо. И вот этот танай, прислушиваясь, слышит голос Всевышнего в развалинах Иерусалима как такое тихое воркование. Но это было спустя, ну, практически полторы тысячи лет.

А что же Моше Рабейну? Неужели Моше Рабейну в шатре собрания тоже слышал голос Всевышнего так тихо, что его больше никто не слышал? Раши пишет: нет. Он слышал его подобным гремящему грому, подобным реву льва — но слышал его только Моше. Он слышал его очень громко, но при этом снаружи он звучал очень тихо. Как такое может быть? Если голос звучит громко — значит, звучит громко, если тихо — значит, тихо. Опять начинается: то ли громко звучит, то ли тихо звучит.

И тут есть одно очень интересное объяснение, которое пытается нам показать Раши, — из истории про пророка Элияу. Написано, что еврейскому народу тяжело было выносить то, что евреи такие: сегодня они на пике вдохновения, а завтра плюют на всё и нарушают всё, что угодно. Если сегодня ты приблизился к духовности, назавтра можешь упасть в самый низ. Написано, что когда Элияу а-Нави показал всему народу Израиля огромное чудо и весь народ Израиля поверил во Всевышнего, увидел явное Его проявление, — царица Изевель сказала: завтра я ему отрежу голову. И наш комментатор спрашивает: почему завтра? Потому что сегодня еврей ещё в приподнятом настроении, у него ещё вдохновение, а назавтра он проспится ночь, утром проснётся нормальным человеком и подумает: что за глупости мне вчера вечером в голову пришли? Вот когда они проснутся нормальными людьми и забудут про Элияу а-Нави — тогда мы ему и отрежем голову.

И Элияу а-Нави не мог этого принять: как это так, они только что всё это видели — и уже отрекаются? Элияу а-Нави хочет уйти из этого мира, и перед тем, как уйти, идёт на гору Синай — точнее, на гору Хорев, где Моше получил Тору. И Элияу а-Нави удостаивается своего личного откровения от Всевышнего. Происходит очень интересная вещь: когда Элияу а-Нави приходит на эту гору, Всевышний спрашивает его: зачем ты сюда пришёл? И отвечает Всевышний примерно так: неужели ты ещё не привык к тому, какой у нас народ? Такой вот народ: нееврей, если услышит что-то подобное, сразу готов принять это, пойти на гиюр и так далее, а еврею хоть кол на голове теши — он и девяносто лет может прожить, и всё равно будет есть некошерное.

Такой вот народ. И Всевышний говорит: зачем ты сюда пришёл, неужели ты ещё не раскусил этот народ? А Элияу отвечает: раскусил, но не могу я так, я не такой, я не могу так с этим народом. И тут Всевышний начинает ему открываться. Происходит очень интересное откровение. Элияу а-Нави стоит на горе Хорев и видит, как мир вокруг него начинает меняться — начинает видеть совершенно потрясающие картины. Если бы снимали голливудский фильм, получился бы совершенно потрясающий сюжет, похлеще анимационной «Алисы в стране чудес».

Стоит Элияу а-Нави, смотрит на мир — что он видит? Пустыню, летают ястребы, светит солнце и так далее. И вдруг вся эта картина, будто нарисованная красками, начинает потихоньку, как краска, на которую льют воду, расплываться, — и под этими красками он видит уже совершенно другую картину: там уже нет пустыни, там что-то совсем другое. И это явление называется словом «руах» — ветер: слышится какой-то страшный ветер. Он видит новый мир, совершенно другой мир, и говорит: наверное, вот это и есть постижение Всевышнего в этом мире. Всевышний отвечает: не в руахе Всевышний.

Он смотрит дальше и видит совершенно другую, словно марсианскую картину. И вдруг эта картина тоже начинает, будто на неё льют воду, расплываться, — и это явление называется словом «рааш», землетрясение: всё начинает трястись. И он говорит: наверное, вот это и есть Всевышний. Всевышний отвечает: нет, не в этом Всевышний. Потом картина снова начинает меняться, и это уже похоже на вид огня — всё горит, необыкновенный свет. Он понимает, что сейчас забрался в самые глубины мироздания, — и это называется словом «эш», огонь. И он говорит: наверное, вот это и есть постижение Всевышнего. Всевышний отвечает: нет, это тоже не Всевышний.