Жестокость и милосердие: где граница?

Добрый вечер, мы продолжаем с вами эту серию уроков — она основана на «Орхот Цадиким». Мы уже говорили о нескольких свойствах характера, и, как вы помните, в «Орхот Цадиким» эти свойства рассматриваются парами. Последнее, о чём мы говорили — правда, это было давно, — очень важная тема: милосердие, рахамим. Тема действительно очень важная, одного часа определённо недостаточно, чтобы в ней разобраться. Мы дали какие-то определения, но хочу добавить ещё несколько слов, а потом перейдём к рассмотрению свойства, кардинально противоположного рахамим, — а именно жестокости, акзарут.

Хочу напомнить и добавить к тому, о чём мы говорили насчёт милосердия: как оно выражается, каким образом мы видим, что это свойство проявляется? «Орхот Цадиким» подчёркивает, что это выражается главным образом в нашей речи, в том, как мы с людьми разговариваем. Это не только вежливое обращение к человеку, но и такая коммуникация, когда мы учитываем слабые и сильные стороны человека, щадим его, стараемся не задеть его достоинство. Дальше мы увидим, что применительно к мере жестокости всё выглядит совершенно противоположным образом.

Но эта глава о милосердии завершается немного неожиданно: «Орхот Цадиким» подчёркивает, что человек должен быть милосердным также и к своей душе. Себя мы как будто бы щадим, себя мы оправдываем, но не заботимся о собственной душе и допускаем при этом достаточно грубые ошибки. Что значит быть милосердным к собственной душе? Удивительным образом это тоже означает щадить самого себя — не только в тех жизненных ситуациях, где мы видим лишь физическую сторону дела, но и видеть духовную сторону: не совершать поступки, которые болезненно воспринимает наша душа, о которых мы впоследствии будем жалеть и себя упрекать, не всегда зная, как это исправить. Нужно принимать какие-то превентивные меры, не оскорблять собственную душу — и в этом тоже проявляется милосердие.

Последние строчки этой главы чрезвычайно важны: работая над мерой милосердия, мы ходим путями Всевышнего. Здесь в качестве ссылки приводится известное место из Теилим: милосердие Всевышнего распространяется на все Его создания без исключения. И тогда, когда мы чувствуем по отношению к себе это милосердие, а осознаём и рахамим, и хэсед по отношению к нам порой лишь спустя какое-то время, иногда спустя много времени, — мы должны усвоить это отношение Всевышнего к миру, осознать его на примере собственной жизни и стараться быть милосердными по отношению к людям.

Напомню, что и милосердие, и жестокость человек проявляет по отношению к другим людям, к животным и даже к самому себе, не всегда это сознавая. Стоит вспомнить, с чего мы начинали предыдущую главу: у нашего народа есть три отличительных свойства — байшаним, рахманим, гомлей хасадим. Байшаним — это сознание собственных ошибок и промахов, когда мы стыдимся и понимаем, что сделали нечто явно неподобающее. Рахманим — это милосердие, о котором мы пытались говорить. А гомлей хасадим — это делать добро людям, не задаваясь вопросом, заслуживают ли они этого, и без дополнительного, довольно оскорбительного вопроса, что же я получу от того, что буду делать добро людям. Гомлей хасадим никогда этим вопросом не задаются — они делают добро, потому что для этого мы сотворены и для этого находимся в этом мире.

Теперь перейдём к понятию жестокости. Как мы сказали, это свойство, изначально противоположное нашей душе, — если мы не причинили ей особо тяжкого вреда, оно нам не присуще. Но, к сожалению, под влиянием каких-то внешних условий, чужих влияний оно у нас тоже проявляется.

Приведу небольшой известный пример — это история про гивоним. Гивоним — это люди, которым в своё время удалось обмануть Йеhошуа, когда мы пришли на эту землю: они выдали себя за чужеземцев, которые пришли издалека, интересуются нашим образом жизни и хотят жить с нами в мире. Йеhошуа действительно им поверил, потому что представление было очень убедительным. Но нас сейчас интересует другая сторона этой истории: царь Шауль, первый царь, не мог смириться с этим обманом. Йеhошуа смирился и заключил с ними договор, и никто этот договор впоследствии не оспаривал, а царь Шауль не мог с этим смириться и вёл себя с гивоним достаточно строго.

После гибели царя Шауля возникает очень тяжёлая ситуация: становится понятно, что беда, постигшая народ ещё при царе Шауле, отзывается и после его гибели, и нужно просить прощения у гивоним. Не буду сейчас уточнять все детали этой непростой истории, но когда у гивоним спрашивают, на каких условиях они готовы простить, они выдвигают условие, которое само является жестокостью, совершенно ничем не оправданной, — казнь всех оставшихся в живых потомков Шауля. И здесь мы встречаем удивительную фразу: подобная жестокость свидетельствует о том, что речь не идёт о [настоящих] сынах Израиля. Похожие примеры мы можем видеть и в Танахе, и в нашей жизни.

В начале главы о жестокости «Орхот Цадиким» подчёркивает, что жестокость — это свойство, присущее преступникам и грешникам, и никак не присущее праведникам. Есть ещё одна категория людей, которым присуща жестокость, — азей паним, люди дерзкие и грубые, убеждённые в том, что к окружающим — не только к людям, но и к животным, и к растениям — нужно относиться строго, жестоко. Эта жестокость, которая нам часто кажется душевным недугом, определённым людям доставляет удовольствие — это мнимое сознание своего превосходства, доказательство своей силы, и смотреть на это невыносимо. Как правило, жестокость не приносит жестоким людям никакой пользы, и мы нередко замечаем, что жестокость по отношению к тем, кого жестокий человек считает врагами, делает неожиданный поворот и изливается на самого жестокого.

Стоит обратить внимание на известное высказывание мудрецов: тот, кто милосерден к жестоким, в конце концов становится жестоким к милосердным. Это парадоксальное явление, о котором «Орхот Цадиким» говорит в этой главе не раз. Кстати, глава о жестокости на удивление большая — объёмнее, чем предыдущая, о милосердии: казалось бы, с милосердием всё понятно, но здесь есть много вещей, которые требуют особого объяснения.

Итак, давайте попробуем понять, в чём именно выражается жестокость, в каких областях она проявляется и какие ситуации её провоцируют. Назовём несколько таких моментов. Чего не делает жестокий человек? Оказывается, он не делает добра людям просто так.