Молитва в общественном транспорте

Нужно молиться сидя, поскольку, если он будет молиться стоя, то не сможет как следует сосредоточиться (как это обычно бывает в автобусе, когда он набит или едет по извилистым улицам, или при поездке на частном автомобиле). Тем не менее, в тех местах, где надо поклониться, следует постараться встать и поклониться. Если же нет возможности встать, то следует поклониться сидя. И то же самое относится к отступлению назад в конце молитвы — если есть возможность встать (как, например, в автобусе), следует встать. Сидеть следует со сдвинутыми вместе ногами, как во время молитвы стоя.

В Талмуде (Брахот 30а) написано: «если он ехал на осле, и пришло время молиться, если есть у него кто-либо, кто может подержать его осла, пусть слезет с осла и помолится. Если же нет, пусть помолиться, сидя на своём месте. Реби говорит: ’в любом случае пусть молится, сидя на своём месте, поскольку мысли его неспокойны.’ Сказал Рова, а по другому мнению, это было сказано Раби Йеошуа бен Леви: ’закон установлен в соответствии с мнением Реби’.»

Практический закон действительно установлен в соответствии с мнением Реби, по которому в любом случае следует молиться, не уходя со своего места, как объясняется в книге Рамбама «Йад а-хазака», раздел «законы молитвы» (гл. 5, пункт 2), и книгах «Арбаа турим» и «Шулхан арух» (раздел «Орах хаим», гл. 94, пункт 4).

Далее в Талмуде приводится следующее: «тот, кто поднялся рано, чтобы сидеть в карете или на лодке, молится». Есть два объяснения, каков смысл данного отрывка. По одному из них, он означает, что сидящий в карете не должен выходить из нее, чтобы молиться стоя, но должен встать в карете или в лодке. И в этом относящийся к нему закон отличен от закона, относящегося к едущему на осле, который не может встать когда едет. По другому объяснению, в карете можно молиться сидя, так как мудрецы не обременили его обязанностью вставать во время поездки.

На первый взгляд, можно было бы выбрать одно из этих объяснений, и отвергнуть другое, опираясь на слова Меири (в комментарии к трактату Брахот там), который пишет, что даже тот, кто молится, сидя на животном, должен встать, если это возможно. Мудрецы сделали послабление только в том, что не обязали всадника слезать с животного, чтобы молиться, даже когда это возможно. Из этого следует, что тот, кто едет в карете или на лодке несомненно должен встать, если может. Но в действительности, мы видим, что законоучителя разошлись в этом вопросе. Вот, что говорит «Шулхан арух» (там) по поводу того, кто едет в карете или плывет в лодке: «если может встать, пусть встанет; если не может — пусть молится, сидя на своём месте». Очевидно, что «Шулхан арух» следует мнению Меири, по которому едущему в карете или плывущему в лодке не всегда разрешается молиться сидя. Если у него есть возможность встать, он должен встать. (Однако, что касается едущего на осле, тут «Шулхан арух» спорит с Меири, и считает, что неважно, может человек встать, или нет; [он в любом случае может молиться сидя]. Комментаторы объясняют, что закон, относящийся к всаднику, менее строг, так как ему намного сложнее встать, чем едущему в карете.)

С другой стороны, «Арбаа турим» (там) пишет так: «и также тот, кто находится в карете или в лодке, молится сидя». «Арбаа турим» не упоминает того, что тот, кто может встать, должен встать, из чего можно сделать вывод, что он разрешает сидящему в карете молиться сидя. Того, кто едет в карете или плывет на лодке, не заставили вставать для молитвы. Можно предположить, что «Арбаа турим» опирается на закон, связанный едущим на осле. Также как того не заставили слезать с осла, так и едущего в карете не заставили выходить из кареты или даже вставать, оставаясь в ней. Но практически, надо следовать решению «Шулхан арух» и тем законам, которые можно вывести из комментария «Биур алаха» (там).