Короткие рассказы о раве Ицхаке Зильбере. Глава 11

Он знал, что деньги нужны, и по отношению к себе был достаточно экономным, но по отношению к другим — щедрым Рассказывает Авраам Коэн НЕ ПРИВЫКАЙ Рав Ицхак не раз говорил о том, что желательно не просить у людей, не одалживаться, чтобы ни от кого не зависеть и не быть в долгу. Он рассказывал про своего папу, что когда у них дома ничего не осталось есть, отец просил маму искать и доедать остатки еды, но не одалживать у соседей, и приводил слова «Биркат а-мазон» — молитвы после трапезы: «Чтобы не зависеть от руки дающего человека, а только от руки Всевышнего». Один ученик хотел сделать раву Зильберу подарок, приятное, выразить свою любовь к Раву, — но это было трудно, так как рав Ицхак почти не замечал материальный мир.

Истинными подарками для него были только мицвот — свадьбы, спасение агунот, обрезания и т.д., — любые, самые маленькие добрые дела — в них он видел реальную ценность. Тем не менее, этот ученик старался каждую осень привезти раву Ицхаку из Москвы несколько килограммов фруктов фейхоа — в Израиле их нет, а рав Зильбер любил и ценил фейхоа. Считалось, что они лечат сердце, и Рав очень радовался, получая их, но каждый год повторялся один и тот же диалог: — Рав Ицхак, это вам из Москвы, фейхоа. — Большое спасибо.

Сколько я должен? — Это же подарок! — Я хочу за все уплатить. — Рав Ицхак!

— Так они же наверно дорого стоят? Сказано: «Соне матанот ихье» — не привыкай получать бесплатно. — Рав Ицхак…

— Да? Большое спасибо, я буду есть по-одному каждый день, ведь мне это очень полезно… Рассказывает Йеуда Аврех ЗВОНОК Мы ехали в Москве отдавать гет, и ему нужно было позвонить, чтобы проверить адрес. Мобильных телефонов тогда не было, — он зашел в какой-то магазин и попросил сделать один звонок…

После разговора рав Зильбер пытался заплатить, но продавщица отказалась. Он никак не мог с ней согласиться, и несколько раз пытался уговорить взять деньги… Рассказывает Софья Кругляк СКИДКА Мой муж рассказывал, что однажды шел с ним покупать лекарства. На улице Цфания была аптека «Керен Авраам», и Яша знал хозяина аптеки, — тот тоже приехал когда-то из Закарпатья.

Яша сказал ему: — Смотри, чтобы ты этому человеку сделал скидку. — Что? Мне — скидку? — удивился реб Ицхак.

— У меня есть доллары и американские, и канадские… Зачем мне скидки?! Мне скидки не требуются! Для себя самого он не просил скидок.

Для других… это другое дело. Рассказывает р. Йеуда Гордон БОЛЬНО Как-то он послал меня в Афулу.

Женщина выходила замуж без гета, должна была быть хупа, а гета не было. Рав Ицхак нашел ее мужа в Афуле, дал мне денег на такси, и я поехал, взяв с собой свидетелей. Встретился с ним на автобусной станции Афулы, а этот бывший муж запросил пять тысяч за гет! Тогда это были большие деньги.

Я позвонил раву Ицхаку. Он сказал: — Так дай! — Как? Чем?

У меня минус в банке. — Дай ему чек. Я тебе отдам. Приедешь обратно, я тебе отдам.

Как он мне отдал? Откуда рав Ицхак взял деньги? Он взял себе в ешиве, где он преподавал, три или четыре месячных зарплаты вперед. А денег у него самого никогда не было.

За каждого еврея ему было больно. Он относился к другому, кого он совершенно не знал, лучше, чем родители — отец и мать — относятся к своим детям. Все отдавал, всего себя отдавал, а уж про деньги нечего говорить. Рассказывает Хава Куперман ДЕНЬГИ Папа знал, что деньги нужны, и по отношению к себе папа был достаточно экономным, но по отношению к другим — щедрым.

Деньги для папы были инструментом, а не целью. Мама даже говорила иногда, что если она не будет жить, то папа один не сможет выжить, так как не умеет сохранять деньги, — он все сразу раздаст. Но работники банка рассказывали, что он все помнил, знал, сколько он потратил, сколько у него на счету. Он не был аскетом.

Умел получать полное удовольствие от жизни. Например, мог купить себе мороженое, клубнику — то, что ему нравилось, и то, что он считал нужным для поднятия настроения и здоровья. Но если чего-то не было, — папе совсем это не мешало. Например, после женитьбы мама высказала какую-то просьбу, не помню точно…

Папа сказал: — Есть хлеб, есть картошка, — грех говорить, что чего-то не хватает. То есть папа относился очень легко, если чего-то не было, и умел радоваться тому, что есть. Папа мог быть актером, и, если это нужно, был достаточно хитрым. Мог играть роль простодушного старичка, человека, который витает в облаках.

Его характер его не порабощал, — он им пользовался. Психологическая трудность у папы была намного сложнее — если кто-то его не понял, был обижен… Он был так воспитан: для него быть с кем-нибудь в плохих отношениях было просто ужасно! Он терпеть не мог принципиальных людей, — это была для него одна из самых сложных вещей.

Есть люди, которые говорят: «Я — туда не пойду, я — этого делать не буду принципиально!» Папа так никогда не говорил. Он не любил людей с принципами, и с ними ему было очень тяжело. У него была Тора, и всё.

Как Тора считает в каждом случае? Как в этом случае правильно себя вести? У него был свой характер, и он воспитывал себя, старался переступить через свой характер. Он ставил его в определенные рамки и в трудных случаях старался его преодолевать.

Известно, что он терпеть не мог занимать деньги. Ему было неописуемо трудно — быть должником, но он старался переступить через это. Когда мой дедушка болел, денег тогда вообще не было, нужно было ехать то к одному врачу, то к другому… Денег, чтобы отвезти дедушку на машине к врачу, не было, и когда через некоторое время дедушка умер, папа всю жизнь ощущал, что если бы он одолжил у кого-то денег, он, возможно, мог бы спасти своего отца…

Это вероятность была очень-очень маленькой, но, тем не менее, папа себя корил. Чем старше становился папа, тем чаще он старался перебороть себя, старался одалживать деньги. Нам он говорил: — Вот я пойду к такому-то человеку в дом, постучу и одолжу у него! Рассказывает Яков Цацкес ОТВЕТСТВЕННЫЙ Один раз рав Ицхак прибегает к нам в двенадцать ночи, довольно бесцеремонно стучится и сходу: — Мне надо срочно, чтобы ты одолжил две тысячи шекелей!

— А что это вам ночью понадобились деньги? Кому? Этому? — Да.

— Я не одолжу, — говорю. — Почему? Раз человек просит, надо ему одолжить. Надо помогать!

Я ответственный! — Реб Ицхак, потому что вы — ответственный, тем более я не одолжу! — Почему? — Потому что он хочет купить магнитофон с четырьмя головками!

Он у меня был сегодня и все объяснил. Я даже не знаю, что это такое. Вы знаете, что это такое? — Нет.

— И я не знаю. Вот приходил к вам человек дня три тому назад, вы ему хотели одолжить сто шекелей, потому что ему нечего было кушать. Я не стал с вами спорить, хотя и были у меня сомнения… А здесь что?

Зачем мы должны давать ему на вещи? Я знаю, вы хотите всему миру помочь, но в данном случае нет никакого резона… Рав Ицхак подумал и говорит: — Знаешь, может быть, ты и прав. В самом деле, почему мы должны давать ему на вещи…

Что это за магнитофон такой вообще? Мне кажется, иногда его доброта граничила с наивностью. Он всем-всем хотел помочь. Можно говорить об этом день и ночь.

Рассказывает Йеуда Аврех ЕСТЬ! Как-то к нему пришли настоящие жулики. Рава Зильбера было нетрудно обмануть — он очень боялся принять честного человека за жулика и отказать ему. Он считал, что пусть лучше его десять раз обманут и он десять раз даст деньги недостойным людям, лишь бы в тот раз, когда придет настоящий бедный, не отказать ему в помощи.

Так эти жулики разыграли спектакль, плакали, как им плохо, и вытащили из него все деньги. А рав Зильбер их одолжил у своего соседа Людмира. Чтобы отдать эти деньги, Рав послал меня к другому своему ученику занять денег. Я принес ему тысячу долларов, и как раз в этот момент к нему пришел просить деньги еще один человек.

Не знаю, был он жулик или нет. Рав не дал мне слушать, о чем они говорили с этим человеком. Потом он пошел вроде бы спокойно кушать, но я видел, что он нервничает… Вдруг он вышел.

Потом вернулся и снова сел кушать — и вдруг во время еды опять встал и вышел. Через некоторое время он вернулся на кухню и попрыгал с одной ноги на другую. Пропел что-то веселое, еще попрыгал, и опять сел кушать. Я спросил: — Рав Ицхак, почему вы прыгаете?

— Вот что я тебе скажу. Я отдал ему эти деньги, которые я взял у ученика, чтобы отдать Людмиру, я дал эти деньги ему. — Но теперь вы будете должны и тому, и другому! Где же вы эти деньги возьмете?

Как отдавать? И тогда он сказал: — Когда я купил квартиры для дочек, у меня не было денег, чтобы вернуть всем, кому я был должен. Каждый месяц я должен был что-то отдавать, но я даже не знал, откуда мне взять деньги! Как-то ко мне подошел один простой работник раббанута и спросил: «Рав Зильбер, ну что ты так нервничаешь?»

Я ответил, что должен очень большую сумму и не знаю, откуда ее взять. А он сказал: «Рав Зильбер! Разве ты забыл, что есть Б-г?» Он схватил меня за руки, и мы стали прыгать, как два ненормальных, и повторяли слова молитвы, что есть Всевышний, Который всегда может помочь!

На нас смотрели, как на двух дураков. И вот теперь я делаю то же самое. Потому что я верю, что есть Тот, Кто всегда может помочь! Рассказывает Мира Вайсбин МАШКАНТА Покупая квартиру, мы искали, кто нам подпишет машканту…

обычно ведь трудно найти гарантов. Спросили его, и он со своим характерным жестом, — поднимая плечо, посмеиваясь, сказал: — Конечно подпишу, хорошо, хорошо, я же все равно уже одну машканту выплачиваю, вы знаете. Не свою… — Как это?

— Ну как? Человек взял машканту, двадцать тысяч, а сам смотался за границу. А я, как гарант, выплачиваю. Вокруг него крутилось много разных людей…

Что важно в этой истории? Что он продолжал и после этого случая подписывать… Рассказывает Софья Кругляк ПРИНЦИПЫ Ему было трудно быть должником, у него было принципом — не занимать. Когда они приехали в Ташкент и близко познакомились с моими родителями, то родители сказали, что нужно купить квартиру.

Реб Ицхак ответил, что у них с Гитой нет денег и не у кого занимать. Так мой папа на него даже повысил голос: — У вас нет битахон (то есть, у вас нет уверенности, что вам Б-г поможет отдать). В результате они нашли ссуду и купили в Ташкенте квартиру… Рассказывает р.

Бенцион Зильбер НЕЛЬЗЯ Папа очень не любил долги и стремился их как можно быстрее отдать. Он говорил: — Человек не имеет права себе даже книгу купить, пока у него есть долги. Нельзя себе даже книгу купить! Сначала нужно рассчитаться с долгами.

Это то, что написано в книге «Сефер Хасидим», которую папа любил и часто цитировал.